Беспощадные чувства - Екатерина Юдина

— Нет. Тебе холодно.

— Если разговор будет недолгим, я не успею замерзнуть.

— Элис, сядь в машину.

Я поджала губы. Брендон был альфой во всем своем воплощении. И даже, когда он говорил нечто такое, омега во мне ощущала желание немедленно подчиниться хищнику.

И такое у меня было только с Диланом.

Я вновь начала скучать по Сэму. Рядом с ним было спокойно.

Застегнув последнюю пуговицу на пальто, я все же прошла мимо альфы и села в машину. Тут и правда было теплее.

— Ты так и не ответил. Что-то случилось? — я повторила свой вопрос, когда Брендон тоже сел в машину.

— Нет, я просто хотел тебя увидеть, — Дилан закрыл дверцу. По мне тут же ударило отсутствие свежего, уличного воздуха. Вернее, то, что запах Брендона в закрытом пространстве тут же стал подобен яду.

— В три часа ночи?

Альфа посмотрел на меня. Прежде чем, я вообще что-либо поняла, он положил ладонь на мою щеку. Прикосновение, как ожог. Но хуже был его внимательный, пронзающий взгляд, которым Дилан окинул мое лицо.

После чего, посмотрев мне в глаза, он произнес:

— Больше не исчезай.

Глава 14. Смотри

Я тут же отстранилась от альфы, убирая его ладонь от своего лица. В какой-то степени, думала о том, что таким образом спасалась.

— Так нужно было, — произнесла, положив ладонь на свою щеку. Потерла ее, пытаясь избавиться от ощущения прикосновения Брендона, но безрезультатно. Жар будто бы впитался в кожу. Проник глубоко под нее.

— Знаю. Я связывался с твоей матерью. Но это не меняет того, что ты исчезла вместе с нашим сыном, — дистанция между мной и Диланом сохранилась, но почему-то от взгляда его потемневших глаз стало жутко. — Если в будущем будут возникать такие ситуации, я хочу лично дать вам защиту.

Брендон владел самым крупным охранным агентством. Возможно, он мог обеспечить ту защиту, на которую никто другой не способен. Но мы с Дереком в этом не нуждались.

— Это лишнее, — я отрицательно качнула головой. — Тем более, учитывая все нюансы, я не могла рассказать тебе о том, где мы находились.

— Даешь понять, что все еще не подпускаешь меня к себе?

— Я никогда полностью не смогу этого сделать. И я считаю, что подобного не требуется, — произнесла, отводя взгляд. Вот и наступило время поговорить. Положив ладони в карманы пальто, я попыталась собраться с мыслями, после чего произнесла: — Наверное, сейчас у нас отношения куда лучше, чем раньше. Хоть и, честно, совсем недавно я думала о том, что такое невозможно.

Я почувствовала то, что Брендон немного приоткрыл окно и была благодарна ему за это. Свежий воздух, проникший в машину, немного разбавил запах альфы. Вот только, почему-то мне совершенно не стало легче.

— Иногда ты находишь проблемы там, где их нет, — Брендон подкурил сигарету. Я и этому обрадовалась. Подумала, что, может, сигаретный дым перекроет запах альфы.

— Когда дело касается тебя, мне кажется, что ты одна сплошная проблема.

— Взаимно, Элис.

— Если мы в этом сходимся, почему вообще находимся рядом друг с другом? — я спрашивала без сарказма и иронии. По большей степени, мне действительно было интересно. Нам ведь было проще больше никогда не видеть друг друга. — Я понимаю, что у нас есть общий сын, о котором ты теперь знаешь, но почему мы до этого просто не разошлись в разные стороны?

— Потому, что для меня ты единственная омега, — Дилан выдохнул дым. На меня он не смотрел, но я все равно ощутила мурашки, которые побежали по коже от того, как альфа произнес эти слова.

— Не преувеличивай. Придет время и ты без проблем найдешь ту омегу, которая станет для тебя хорошей парой.

— Почему ты говоришь мне это? — голос Брендона стал более тяжелым. Уже теперь он давил. — Разве я не дал тебе понять, что уже выбрал себе пару?

— Потому, что ты сказал, что твой выбор касается меня, а я это отвергаю, — я пожала плечами. — Если честно, я до сих пор не понимаю, почему ты так зациклен на мне. Если это вообще так можно назвать. Порой я в этом вижу сильный подвох. Знаешь, это настораживает.

— Почему?

— Разве это не очевидно? Я уже однажды поверила в то, что ты можешь быть серьезен по отношению ко мне и ничем хорошим это не закончилось. Я не верю в то, что люди меняются.

В сознании тут же вспыхнули старые, болезненные воспоминания. Почему-то рядом с Брендоном они были особенно ощутимы. Напоминали острые, раскаленные иглы, вонзающиеся в так и не зажившую рану.

— Значит, ты тоже не изменилась?

В этот момент я смотрела на деревья, растущие вдоль тротуара. Высокие, аккуратно подстриженные и сейчас сильно колышущиеся от дуновений ветра.

Но, услышав то, что у меня спрашивал Дилан, я медленно повернула голову и встретилась с альфой взглядами. В машине тоже не горел свет и глаза Брендона казались полностью черными. Такими страшными. Но почему они именно этим завораживали?

— Ты задал интересный вопрос.

Он полностью противоречил моему утверждению, что люди не меняются.

Я ведь уже не была той же, что и прежде. Или нет? Осталось ли во мне что-нибудь от забитой, одинокой омеги-подростка? Она полностью не исчезнет. Никогда. Та омега возникла в следствии нарушения психики, а такое починить нельзя. Но все же с годами она поменялась. Возраст вообще многое делает иным. В том числе и взгляды на жизнь.

— Ответишь на него? — спросил Брендон. Не отрывая от меня взгляда, он немного повернул голову к окну и выдохнул дым.

— Нет. Не хочу.

— Если сделаешь это, тебе придется признать, что люди меняются. Ты изменилась.

— Ладно. Возможно, — ответила, в этом плане сдаваясь Дилану. — Но не факт, что ты стал другим.

В машине повисла тишина. Дилан поднес сигарету к губам, а я смотрела в окно. В настолько позднее время даже фонари не горели и в полной темноте, хорошо знакомая улица казалась совершенно другой. Пустой. Но почему-то именно такой она мне даже больше нравилась. Я будто бы забывала про существование всего мира. Сосредотачивалась на своей главной проблеме. А это было непросто.

— Я долго думала над тем, как отношусь к тебе, — произнесла, разрывая тишину. Но на альфу я все так же не смотрела. — Изначально для меня все было однозначно. Я тебя ненавидела. Позже многое произошло. Даже больше, чем мне бы хотелось и просто ненавидеть тебя уже не получалось. А жаль.

— Что же