Дорогами сна - Снежана Масалыкина

небеса черной тонкой струной, пропарывая своим могучим телом грозовые облака, сгрудившиеся вокруг нее. Временами по агатовым каменным бокам всполохами мелькали радуги. Маленькие и юркие, они радужными семицветными змейками, похожими на электрические разряды молний, появлялись то тут, то там и тут же исчезали в глубине агатовой, отполированной до зеркальной прозрачности, черноты. Башня поглощала все цвета, оставаясь невозмутимо черной, молчаливой, живой.

– Аида, кто вы на самом деле, и что это за место? – хрипло произнесла я, с опаской глянув в глаза богини, что вдруг оказалась у входа. Только сейчас до меня дошло, не меньше получаса мы шли к зданию, у порога которого я стояла в ипостаси дракона, а затем снова обратилась в человека. «Страшно» еще не наступило. Но я напряглась и приготовилась к худшему. Кто его знает, что надо этой прабабке все местных богов от меня, любимой.

– Чего ты хочешь на самом деле? Больше всего на свете? – раздался вопрос.

«Ребенка!» – пронеслось у меня в голове, и я уже почти открыла рот, чтобы выдохнуть заветное слово, в очередной раз опалившее все мое нутро надеждой. Но … Наташка умерла на чужом алтаре во имя каких-то нелепых богов, чьих-то чужих желаний и жажды власти.

Никто не заслуживает такой смерти. Никто и никогда. Особенно, когда дома ждут родные и любимые. Ждут и надеются на встречу, не ведая, что их девочка – дочка, мама, внучка – сгинула в чужом мире. И в этот мир мы, две великовозрастные тетки, попали по собственной глупости, дурости, безалаберности. Просто потому, что все и всегда надо делать вовремя. И взрослеть в том числе.

И я выдохнула:

– Хочу, чтобы Наташка жила.

И даже зажмурила глаза, надеясь на моментальное чудо и одновременно страшась, что подобное исполнить невозможно. Воскрешать простых людей, без примеси божественной крови, дело гиблое. Добром ритуал не заканчивается. Вернуться в себя из объятий смерти может только истинный Бог. Если в него истово верят.

Не услышав ни грома, ни молнии, не ругани в адрес моих слов, я открыла глаза и увидела удовлетворенную улыбку на лице Аиды Ведо.

– Я не ошиблась в тебе, девочка, – склонив голову на плечо, разглядывая меня как диковинную букашку, молвила Аида. – Ваши желания созвучны.

С этими словами божество развернулось вновь к дверям башни, и приглашающе поманила меня внутрь.

Упрямо сжав зубы, чтобы не показать страха, шагнула следом. Дверь стекла к нашим ногам радужным водопадом и следом за Аидой я переступила порог божественного жилища. И потрясенно замерла на пороге.

Давным-давно отдыхая на Красной Поляне, поднимаясь с группой в горы, путешествуя пару раз горными тропами, я видела водопады. Много раз любовалась по телевизору мощью Ниагарского водопада. Была уверена, что круче не бывает. Я ошибалась.

У башни не было потолка. Во всяком случае, я не увидела его. Как и снаружи, агатовые стены уходили вверх и терялись теперь уже в белых пушистых облаках. Сквозь которые с неизведанной высоты в бездонную пропасть под нашими ногами низвергались тонны воды!

Водопад водопадов, царь всех рек, ручьев, родников, переливаясь всеми цветами радуги в лучах солнечного света и оседая влажными каплями на окружающий мир, в абсолютной тишине стекал, лился, обрушивался вниз. Хотя нет, тишина была не абсолютной. Вместо тяжелого гула от падающей вниз воды в круглом зале, где мы оказались с Аидой, раздавалось веселое журчание лесного весеннего ручья. Только-только проснувшегося, напитанного талым сыктывкарским снегом и радостью пробуждения после долгой зимы.

Потрясенная, я стояла, забыв дышать и задрав голову, пыталась проследить путь гигантского водопада. Едва кинув взгляд вниз, туда, куда стремились мощные струи, испуганно отступила подальше от края. Вода утягивала за собой. Буквально в ту же секунду возникало желание, раскинув руки, сигануть в водную бездну и парить, раскинув руки или крылья, вдыхая свежесть влаги полной грудью. Наслаждаться полетом и ощущением абсолютно свободы. Не думать ни о чем. Быть всем и никем. Стать самой собой. По-настоящему сводной. И неважно, что не видно дна.

Бездна манила ласково, прозрачным синим голосом земных родников нашептывала обещания, вытаскивая из тайников души все желания и нереализованные фантазии, все страхи и неудачи смывая хрустальными прохладными струями. Хотелось пить божественную воду жадными глотками. Но глубоко внутри, в полушаге от бездны, гранью сознания я чувствовала: однажды сделав глотов из этого водопады, невозможно будет остановиться. Жажда станет моим приговором и благословением. Жажда поглощать знания, что несли в себе волшебные струи.

Сумбур из чувств, эмоций и мыслей пронесся по мне огненной лавой, я судорожно вздохнула, ощущая, как капли влаги оседают на мои губах, ресницах, скатываются по глотке внутрь меня. Я потрясла головой, чтобы отогнать голос воды и бездны. Прижалась спиной к мокрой каменной кладке и прохрипела из последних сил:

– Кто-то обещал чаю.

Аида улыбнулась и поманила за собой. Осторожно отлипнув от стены, двинулась по большому кругу следом за богиней. Водопад беззвучно падал в бездонную круглую чашу-бездну в полу, из ниоткуда в никуда. Буквально оторвав себя от созерцания водных хлябей, попыталась осмотреться по сторонам. Бесконечное беззвучное кино показывали агатовые стены башни. Все, что происходило в мироздании с момента сотворения песчинки, которая однажды взорвалась и дала и жизнь многим вселенным.

Я видела рождение звезд, и взрывы сверхновых. Странные гуманоидные и не очень расы, полулюдей и полузверей. Историю радужного мира и многомиллиардный жизненный цикл нашей земли. Появление богов и их смерти. Картинки сменяли одна другую внутри стен, пока мы снова шли неизвестно куда. Очнулась я, ткнувшись носом в двери. Недоуменно нахмурилась и поняла, что обошла зал по кругу. Аиды рядом нет.

Я стою возле выхода из башни. И судя по тому, как я устала, времени прошло не мало. Морок, не иначе. Или игра божества со временем. «Скучно, бедняжке. Оно и понятно, столько веков торчит тут одна, вот и морочит голову честным женщинам и черным драконам. Впечатляет, так сказать», – усмехнулась я про себя.

Кстати, где богиня-то? Огляделась и обнаружила Аиду Ведо в противоположном конце зала возле небольшого чайного стола. «И вроде кресло с виду, а такое чувство, что на троне восседает!», – хмыкнула я про себя и сосредоточенно двинулась по второму кругу в сторону богини, стараясь более не отвлекаться на чудеса агатовых стен. Пройдя полпути, косясь краем глаза на хроники вселенских событий, сообразила: одного не показывает божественный кинотеатр – рождение Аиды Ведо.

Добравшись без приключений к вожделенному чаю (хорошо бы, кофе!), плюхнулась в кресло, не выпуская из виду водопад и богиню. Повертела головой по сторонам, присматриваясь к обстановке и поняла, что пространство круглой комнаты не ограничивается стенами башни. Оно не стоит на месте, расширяется в другие миры, живет своей жизнью. Более-менее стабильными остаются лишь часть стен от входа в здание до места, где мы расположились с Аидой. Далее за нашими спинами шла веерная перетасовка живых картин, где, словно в калейдоскопе один мир плавно перетекал в другой, и мне даже показалось, я увидела землю в чехарде изменений.

– Зеркало Мироздания. Из его осколков в этом мире создавали раньше Зеркала За-Гранья, – разливая чай по чашкам, произнесла Аида Ведо. – Башня – это столп Мироздания, в этой точке Вселенной однажды все началось, здесь же когда-нибудь все и закончится.

– Надеюсь, не скоро, – пробормотала я, осторожно поднося к губам чашку и принюхиваясь. Пахло вкусно и почему-то настоящей арабикой. «И на том спасибо», – пробуя на вкус угощение, съёрничала про себя. Кофе оказался выше всяких похвал, и я искренне поблагодарила хозяйку башни за доставленное удовольствие.

В тишине и покое поглощали мы свои напитки. Я по-прежнему восторженно наблюдала за низвергающимся водопадом, наслаждаясь водной пыльцой и игрой света в струях. Здесь, где мы находились, голос водной бездны звучал еле слышно и казался не чем иным, как придумкой воспаленной моей фантазии.

Напряжение отпускало, настороженность расслабила поводок, мозг перестал хаотично выдавать одну версию предполагаемых событий за другой. Вроде можно и расслабиться, да нутро, попивая вкусный кофеек, по-прежнему ожидало подвоха. Не жди хорошего от богов, особенно от чужих, это я усвоила давно, запоем читая фэнтези. Одарят, догонят и еще раз одарят, да так, что не унесешь, или расхлебывать