Лицо любви - Джулия Тиммон

— Посмотрим.

— Буду ждать этого дня с нетерпением, — опять шепотом произнес он. — Ты и представить себе не можешь…

— Оливер, мне некогда, — прервала его Кристина. — Я ухожу, должна успеть собраться.

— Уходишь? — растерянно пробормотал он. — Куда?

— Тебя это больше не касается. Будь здоров!

Нажав на кнопку прерывания связи, Кристина в негодовании качнула головой. Он, наверное, думал, я весь остаток дня и целую ночь буду умываться горючими слезами! Не дождешься! Я продолжу нормально жить и больше никому не позволю над собой измываться!

Фредерик заказал столик на балконе. Дождь прекратился, и было довольно тепло. Кристина обрадовалась, узнав, что они будут ужинать на свежем воздухе, — после сегодняшнего происшествия закрытые помещения действовали на нее несколько угнетающе.

Когда официант подвел ее к столику, Беатрис и Фредерик уже о чем-то оживленно болтали. Кристина не без умысла немного опоздала — ей хотелось, чтобы на улице стемнело и ни Фредерик, ни Беатрис, взглянув при свете ламп в ее глаза, ни о чем не догадались.

— Простите, я припозднилась, — сказала она, садясь на свободный стул. — Как вижу, вы благополучно друг друга вспомнили, даже успели найти общий язык.

— Я рассказываю, как ты налетела на меня в метро, — с улыбкой сообщил Фредерик. — И как подумала, что я какой-то проходимец и хочу к тебе пристать.

— Я так подумала? — Кристина округлила глаза, замечая про себя: как хорошо, что они увлечены беседой и не особенно внимательно на меня смотрят.

— Подумала, подумала! — весело смеясь, заявил Фредерик. — В противном случае не стала бы напускать на себя такой строгости.

— Кристина у нас девушка порядочная! — Беатрис, скорчив забавную рожицу, подмигнула подруге. — В метро и на улице знакомится исключительно с бывшими одноклассниками.

Все трое засмеялись и принялись просматривать списки блюд в меню, которые бесшумно опустил на столик другой подошедший официант. Перед глазами Кристины запрыгали черные буквы. Держалась она, как надлежало, но внутри все не унималась дрожь, а от пролитых слез кружилась голова. Сосредоточиться на еде никак не получалось.

Интересно, надолго ли исчез Оливер? — потекли мысли в том же направлении. И как расстался сегодня с этой своей Изабеллой? Впрочем, какая мне разница? Кто-кто, а она совершенно не должна меня волновать!

При воспоминании о бесстыжей девице, стало до жути противно, и ее передернуло.

— Кристи? — взволнованно позвала Беатрис. Кристина очнулась от дум и медленно перевела взгляд на подругу.

— Что с тобой? — спросила Беатрис, внимательнее к ней присматриваясь.

— Ничего. — Кристина пожала плечами, лишь мельком взглянула на Беатрис и сделала вид, что продолжает изучать меню. О салатах и закусках все никак не думалось. В памяти навязчиво плавали картины из сегодняшнего дня, их сменяли воспоминания из совместного с Оливером прошлого. Хотелось понять, по каким законам все случается в жизни, постигнуть тайный смысл всего произошедшего, найти хоть в чем-нибудь успокоение.

— Кристина… — Фредерик осторожно дотронулся до ее руки. Она вздрогнула. — Делай заказ, — сказал он, кивая на застывшего в ожидании официанта.

— Что? — Кристина подняла глаза, с трудом переключаясь на окружающую действительность. — А, да. — Она закрыла меню, так и не прочтя ни единого названия. — Палтус-гриль, пожалуйста.

— Гриля нет, есть только тушеный, с винным соусом.

— Пусть будет тушеный. — Кристина рассеянно кивнула.

— И все?

— Да.

Она заметила, что Фредерик и Беатрис смотрят на нее с тревогой и подозрением, как могла беззаботно им улыбнулась и, чтобы избежать ненужных расспросов, сама заговорила про школу — про первое, что пришло на ум.

— А помните нашего учителя истории?

— Ганнибала? — спросила Беатрис. — Как можно такого уникума забыть! Замучил нас своим Карфагеном до такой степени, что я на всю жизнь воспылала ненавистью к Пуническим войнам, да и вообще к древности.

Фредерик рассмеялся.

— А я вот что-то его не припомню.

— Неужели?

Беатрис пустилась рассказывать о многочисленных странностях пылко влюбленного в свой предмет учителя, корча потешные гримасы и оживленно жестикулируя. Фредерик покатывался со смеху, а в какую-то минуту вспомнил, о ком речь, и подключился к воспоминаниям. Кристина первое время то и дело улыбалась и кивала, хоть почти ничего и не слышала, потом снова забылась и, устремив невидящий взгляд куда-то мимо Беатрис, погрузилась в мысли.

На политый винным соусом палтус даже не посмотрела. В последнее время она вообще почти не ела — жила одним кофе и изредка бутербродами.

— Кристина, расскажи же в чем дело, — донесся до нее настойчивый голос Беатрис. — Плохо себя чувствуешь? Если так, давай сейчас же уйдем отсюда.

Кристина тяжело вздохнула и посмотрела сначала на подругу, потом на Фредерика. Лица обоих были озадаченно-серьезными.

И когда это и он, и она успели забыть про то, над чем вроде бы только что так охотно потешались?

— Я ездила к Оливеру в студию, — услышала Кристина собственный голос. — И застала его в компании одной красавицы. Оба были на тахте, совершенно голые. Спорили о том, как скоро Оливеру следует отделаться от меня… — У нее сильно задрожали губы, и, хотя на сердце, оттого что она поделилась бедой с друзьями, вдруг стало легче, снова захотелось плакать.

— Кристина! — Фредерик взял ее за одну руку, а вторую обвили теплые пальцы Беатрис.

— Кристи!

— Придурок он, что тут еще скажешь! — злобно воскликнул Фредерик.

— Это было сразу понятно. Ох, если бы этот гад попался мне под руку! — Беатрис сжала кулак и легонько ударила по столу.

Слабачка я, решила все переварить в себе, а сама в этот же день взяла и обо всем им рассказала, подумала Кристина, хоть раскаяния и не чувствовала. Сознавать, что с тобой рядом верные друзья, видеть праведный гнев в их блестящих глазах, ощущать тепло их рук — это как раз то, что нужно, чтобы испытать живительное облегчение. На сердце сделалось легче, пустота и холод стали понемногу отступать.

— Тебе надо расслабиться, — заявила Беатрис. — Закажем-ка вина. — Официант!