Поцелуй в облаках - Натали Старк

Как Джессика ни отнекивалась, идти все-таки пришлось.

— Ты что, хочешь бросить меня одну? — Луиза взывала к ее совести.

— Я предлагаю вообще не ходить.

— Но это невежливо!

— Ну и что.

— Нет, так нельзя. И чего ты вообще так упираешься? Ну посидим немного, поболтаем, съедим обещанный грушевый пирог… Что такого страшного?

— Там будет Берт.

— Во-первых, это еще неизвестно. Про Берта речи не было. Вполне может оказаться, что он будет где-нибудь совсем в другом месте. А во-вторых… неужели он вызывает у тебя такое отвращение, что ты не хочешь находиться с ним рядом?

— Я не хочу находиться с ним рядом в присутствии Миранды Слоу.

— Потому что не сможешь вести себя как дерзкий маленький бесенок?

— Вот именно, — отрезала Джессика.

Но она все-таки пошла. Просто невозможно было устоять под напором Луизы.

У себя дома Миранда ничем не напоминала строгую учительницу. Она встретила подруг, одетая в домашний костюм из мягкой ткани, с волосами, убранными в конский хвост.

— Я так рада, что вы пришли! — радостно провозгласила она. — Проходите в гостиную. А я присоединюсь к вам через пару минут.

Джессика с Луизой вошли в довольно уютную гостиную, заполненную мягкой мебелью и многочисленными безделушками, и чинно уселись на диване, как две школьницы.

— Никогда бы не подумала, что у Реакции такая гостиная, — сказала Луиза, оглядываясь по сторонам. — Все так женственно…

— На мой взгляд, даже чересчур, — заметила Джессика.

— Ну да, ведь ты у нас поклонница минимализма.

— Просто я не люблю, когда помещение загромождено. Мне нравится, когда вокруг много пространства. И света.

— Ну, света-то здесь достаточно. И вид из окна красивый.

За большими окнами, достигающими пола, был виден небольшой ухоженный сад с клумбами и дорожками, посыпанными гравием.

Через несколько минут вошла Миранда с подносом, на котором красовалось огромное блюдо с грушевым пирогом.

— Как вкусно пахнет! — воскликнула Луиза.

— Надеюсь, что вкус ничуть не хуже запаха, — улыбнулась Миранда, водружая поднос на стол расставляя чашки. — Давайте придвинем этот столик поближе к дивану. Так будет удобнее.

Общими усилиями стол был придвинут и накрыт, пирог разложен по тарелкам, и девушки приступили к дегустации.

— Мм! — воскликнула Джессика, прожевав первый кусочек. — Ужас как вкусно!

— Никогда не ела таких пирогов, — поддержала ее Луиза. — Да он просто тает во рту!

— Рецепт достался мне от бабушки, — произнесла Миранда, чрезвычайно довольная похвалами. — Это большой секрет, но, если хотите, могу с вами поделиться.

— Это было бы замечательно, — сказала Луиза.

— Да, — кивнула Джессика. — Правда я никогда в жизни не пекла пирогов… Но вдруг когда-нибудь придется. А у меня раз — и есть такой чудесный рецепт!

— Он очень сложный? — спросила Луиза.

— Вовсе нет. Тут важно взять правильные груши — твердые, но сочные, — очистить их, подержать несколько минут в горячей духовке, а потом залить тестом…

— А у теста, наверное, какая-нибудь жутко сложная формула, — вставила Джессика.

— Ну что вы, ничего общего с химией! — воскликнула Миранда. — В кулинарии точность рецептов, конечно, важна, но не менее важно вдохновение и прирожденный талант.

— Хорошо бы, он у меня был, — вздохнула Луиза. — В семейной жизни очень пригодится.

— По-моему, ты прекрасно готовишь, — сказала Джессика. — Обожаю твой салат с хрустящими сухариками и суфле из ананаса.

— Вот именно, — возразила Луиза. — Только это я и умею. Салаты, суфле, легкие супчики. А мужчину нужно кормить отбивными, жарким и эскалопами.

— Это зависит от мужчины, — сказала Миранда. — Вот, например, мой кузен Берт не возражает против того, чтобы питаться салатами и прочей легкой и полезной едой. Хотя… может, когда он уходит от меня, то идет в ресторан и заказывает себе отбивную с кровью. Мне это только сейчас в голову пришло.

— Ну и пусть это будет на его совести, — произнесла Джессика.

— А ваш кузен… он не у вас останавливается? — спросила Луиза.

— Нет, — покачала головой Миранда. — Он живет в «Бенедикт-отеле». Не хочет меня стеснять. Хотя какое тут стеснение! Раньше, когда ему было от семи до семнадцати, он каждое лето приезжал к нам. Правда, тогда еще были живы мои родители. Они его обожали. — Миранда задумалась, погрузившись в воспоминания.