Положение обязывает - Кэтрин Полански

— Все. — Оливия устроилась на сиденье лимузина, и Линда заметила, что ее глаза покраснели. Миссис Хедж тоже была серой от усталости. — Это был последний пункт на сегодня. Тони?

— Да. — Он с силой потер лицо. — Переведи туда полмиллиона завтра же. Пусть купят эти чертовы аппараты.

— Хорошо. — Оливия сделала себе пометку.

— Каждый раз думаю: как хорошо, что мы имеем возможность это сделать, — буркнул Редд, комкая салфетку, и полез в бар за текилой.

Тони снова пил виски.

— Эй, приятель, отставить меланхолию. Мы не можем исправить все несправедливости мира, но кое на что нас хватит. — Он повернул голову. — Линда, ты как?

— Спасибо, нормально. — Большего она сказать не смогла, ее душили рыдания. Тони внимательно вгляделся в ее лицо и, приподнявшись, провел рукой по ее волосам.

— Все нормально, детка, — тихо произнес он. — Извини, что мы втянули тебя в это.

— Не смей извиняться! — возмутилась Линда. — Это был один из самых полезных дней в моей жизни!

— Аут, — засмеялся Редд, а Тони шутливо поднял руки.

— Моя мать тоже занималась благотворительностью, — сказала Линда минуту спустя. — Конечно, не в таких масштабах. Но в детские дома мы ездили.

— Детские дома — это следующая Святая суббота, — сказал Тони. — Если захочешь присоединиться, я не стану препятствовать.

— Тони, мисс Тайлер, наверное, иногда хочется отдохнуть или заняться своей основной работой, — заметила Оливия.

— По субботам я свободна, — поспешно произнесла Линда.

Миссис Хедж еле заметно шевельнула бровями.

— Вот как? Ладно. Я внесу вас в расписание.

Тони допил виски и, кажется, дремал. Оливия включила ноутбук и работала. Редд смотрел на экран телевизора. Лимузин мчался по вечернему городу. Зажигались фонари, по тротуарам спешили прохожие, в кафе и ресторанах кипела жизнь… Линда смотрела на это сквозь толстое затемненное стекло.

— Вас отвезти домой, мисс Тайлер? — вполголоса осведомилась Оливия. Линда посмотрела сначала на Тони — тот не шевелился, — потом на его ассистентку.

— Да, пожалуйста, — тихо сказала она.

От Оливии не укрылся ее взгляд.

— Тони сейчас вернется домой и немедленно ляжет спать. Нам всем нужно отдохнуть перед завтрашним днем.

— Завтра будет продолжение? — осведомилась Линда.

— Нет. В семь утра мы вылетаем в Вашингтон, на переговоры.

— Но воскресенье…

— Мисс Тайлер, у нас редко бывают выходные дни.

Оливия не хвасталась, не делала вид, что объясняет очевидное, она просто констатировала факт. Линда поражалась этой женщине. Хотелось бы ей самой в пятьдесят с лишним лет быть такой собранной… и так уметь работать.

— Надеюсь, вы все успеете выспаться.

— Мы с Реддом поспим в самолете. А вот Тони ненавидит спать во время перелетов, поэтому ему нужно сделать это сейчас, как бы он ни сопротивлялся.

— Я все слышу, — сонно пробормотал Мэтьюс.

— Вот и хорошо, — спокойно сказала Оливия. — Значит, ты понял, что сопротивление бесполезно.

Алекс приехал почти в полночь, когда Линда уже падала с ног. Ей очень хотелось спать: предыдущая ночь и сегодняшний день оказались сверхутомительными. Но шеф сказал, что непременно заедет, и пришлось ждать его.

— Итак? — Худой, со всклокоченными волосами, Алекс походил на сумасшедшего изобретателя, а не на главу одного из отделов секретной службы.

Линда четко изложила ему последовательность событий и свои выводы.

— Я не знаю, Алекс. Он не похож на торговца оружием и героином. Вполне возможно, он сам сидит на наркотиках, но хладнокровно руководить поставками…

— Линда, не защищай его. Все реакции налицо, хотя, конечно, хорошо бы заполучить анализ крови. Что там с этими шрамами? Это может быть важно.

— Смотри. — Линда нарисовала на листке фигуру человека и провела несколько линий на груди. — Шрамы располагаются вот так и так. На хирургические не похожи, хотя, несомненно, раны зашивали. Никакой последовательности, сплошной хаос.

— На мексиканской границе входе беспорядков прогремело несколько взрывов. — Алекс отхлебнул остывший кофе и поморщился. — Позволь, я выскажу свои предположения. Мэтьюс ошивался именно там, а не на Карибах, и его зацепило взрывом. Его наскоро заштопали, но шрамы не скроешь. Ты смотрела фотографии его отпуска?

— Да. — Вырезки из журналов были разбросаны по всему столу. — Там все чисто. То ли фото-шоп, то ли…

— То ли пиар-отдел Мэтьюса продал журналам снимки годовой давности. Ну, это мы выясним. Я уверен, что все было именно так, как мы подозреваем. Если мы найдем клинику, где Мэтьюсу зашивали эти раны, и получим копию медицинской карты, можно начать действовать открыто.

Линда потерла лицо, как недавно в лимузине делал Тони.

— Алекс, это сомнительно.

— Этот человек игрок! — прервал ее он. — Ему нравится такая жизнь. Он любит крайности. Линда, мы должны его посадить, иначе он почувствует себя безнаказанным, и тогда от него можно ожидать чего угодно.

— Хорошо-хорошо! Меня больше волнует тот факт, что он знает о наших планах проверки.

— Да, неплохо бы вычислить того, кто сливает Мэтьюсу информацию. — Алекс заскрипел зубами. — Но это тоже моя задача. Сосредоточься, Линда. Мэтьюс обещал тебе следующую встречу?

— До вторника он в Вашингтоне. А в среду ведет меня на благотворительный бал, средства с которого пойдут в помощь семьям пострадавших при терактах одиннадцатого сентября.

— Какая ирония, — хмыкнул шеф, — если учесть, что Мэтьюс сам продает оружие террористам!