Роковая любовь - Кэндис Кэмп

Эмиль расхохотался.

— Не беспокойся, моя маленькая сестрица! — сказал он. — Неужели ты думаешь, что я не смогу перехитрить янки?

— Но, Эмиль! Город ведь наводнен ими. Они везде, и им легко будет поймать тебя.

— Не беспокойся. Дело уже сделано, и я здесь. Перестань сейчас же беспокоиться. Ты причитаешь даже похуже нашей мамы.

— Это потому, что у меня больше разума, чем у мамы, — сказала Энэлайз и улыбнулась, так как она всегда не могла устоять перед обаянием своего брата.

Он также улыбнулся в ответ, зная, что убедил ее.

— Пойдем сядем, и ты расскажешь, как тут у вас дома обстоят дела, — обратился к ней Эмиль.

— Я бы сказала, не так уж и плохо, — ответила Энэлайз. — Самое ужасное то, что большинство рабов сбежало, поэтому и мама, и я теперь работаем по дому.

— Боже! Энэлайз! Я не перенесу этого! Вы с мамой работаете как служанки?! Какой ужас! Энэлайз усмехнулась.

— Это не так ужасно, как тебе кажется. Мэй и Джозеф выполняют всю тяжелую работу, а нам с мамой достается только вытирать пыль и приводить в порядок одежду. Да еще я сама стала закупать продукты на рынке, но мне это занятие даже понравилось.

— И как ты только с этим справляешься?

— Эмиль, ты ведь знаешь, что я никогда не была изнежена, поэтому такие проблемы мне нетрудно решить. Главное — что нас не выгнали из наших домов и не насилуют, и не пытают.

— А у нас говорят, что янки только этим и занимаются, — озабоченно сказал Эмиль. Энэлайз нахмурилась:

— Нет, Эмиль, это только слухи. Янки, действительно, заняли некоторые дома, но это дома тех, кто бежал из города. Здесь тоже ходят слухи о насилиях, но лично я еще не встретила женщину, которая…

— Энэлайз! — перебил ее Эмиль. — Ты говоришь так, будто защищаешь этих подлецов и негодяев!

— Нет, я никого не защищаю. Я только хочу тебя заверить, что с нами все в порядке. Конечно, все, что произошло, страшно, но поверь мне, нам не угрожают те опасности, о которых ты думаешь. Вспомни, когда вы отступали, тебе некогда было размышлять, что будет со мной и мамой. Мы надеемся, что вы скоро вернетесь в город, но пока это не произойдет, ты можешь быть за нас спокоен. Мы будем ждать.

Эмиль внезапно покраснел и отвел взгляд от Энэлайз.

— Это одна из причин, почему я здесь, Энэлайз. Чтобы вернуть Новый Орлеан, армия должна прегруппироваться и набрать пополнение. Пока мы отступаем и направляемся в Виксбург. Вот почему рискнул пробраться сюда, чтобы увидеть вас.

— Значит, армия оставляет нас на произвел судьбы? — спросила Энэлайз.

Эмиль тяжело вздохнул.

— Для всех нас это очень тяжело. Но мы вынуждены пойти на это. Вернуть Новый Орлеан мы должны заставить янки, но теперь это будет в процессе переговоров.

Энэлайз пристально посмотрела на брата, но ничего не сказала. Ей стало страшно. Несомненно южане проигрывают войну. С блокадой и оккупацией Нового Орлеана полностью прекратилась торговля по реке и экономика Конфедерации была подорвана. А без денег выиграть войну невозможно. Рано или поздно всем придется признать, что Юг проигрывает войну. Но Энэлайз знала, что брата ее доводы не убедят. Он стал храбрым солдатом и будет исполнять приказ, сражаясь за свою родину до конца.

Чтобы не расстраивать Эмиля, Энэлайз не стала излагать свои мысли и решила перевести разговор на другую тему.

— Я уверена, что все будет, как ты сказал. И знай, что с нами все будет в полном порядке. Расскажи мне, как долго ты можешь остаться здесь?

— К сожалению, только на сутки. Следующей ночью мне необходимо выбраться из города. Здесь рискованно оставаться надолго. Кроме того, я сказал своим, что хочу навестить родственников в Батон Руже, потому что сюда они меня не отпустили.

Энэлайз подумала, что брат недооценивает опасность, которой подвергается, но она была так рада видеть его живым и невредимым, что тревога на время отступила.

Кроме того, Эмилю всегда легко удавалось выходить из трудных ситуаций. Может, и на этот раз все обойдется?

— Слушай, я смертельно проголодался! Осталось что-нибудь на кухне перекусить? — спросил Эмиль. И Энэлайз, улыбаясь, повела брата на кухню.

Майор Марк Шэффер невозмутимо слушал рапорт офицера, стоявшего перед ним. Тому, о чем докладывал офицер, вряд ли надо придавать большое значение. О шпионах-южанах докладывали постоянно, но, как правило, сведения не подтверждались.

— Ну, и куда же направился этот подозрительный молодой человек в гражданской одежде? — лениво спросил майор Марк Шэффер. — Кто-нибудь из ваших людей проследил за ним дальше?

— Да, сэр, — ответил офицер. — За ним проследили. Он направился в один из тех фешенебельных домов, что на Кэмп-стрит. Дом номер двести… Он, кажется, принадлежит Джону Колдуэллу, который…

Марк Шэффер весь напрягся, когда услышал знакомый адрес и сказал:

— Да, я знаю этот адрес. Мне известна семья, которая проживает там.

— Он подошел к дому и тихо постучался, — продолжил свой рапорт офицер. — Думаю, что с официальным визитом в такое время не ходят, не так ли, майор? — обратился офицер к Марку.

— Что было дальше? — поинтересовался Марк.

— А дальше, — продолжил офицер, — дверь отворили и его впустили в дом. Он вошел туда. Сержант Бэнсон осторожно подкрался к окнам и стал подсматривать. На кухне зажегся свет, и стало видно, что там сидит очень красивая девушка, одетая только в ночную сорочку, и незнакомец. Они разговаривали и смеялись, пока тот ел. Вот что доложил сержант Бэнсон, — закончил офицер свой доклад.

Марка передернуло от услышанного. Сидеть перед мужчиной в ночной сорочке, весело смеяться и беседовать!?! Ни одна уважающая себя женщина не станет этого делать, если только этот человек не является очень близким ее родственником или же она с ним находится в интимных отношениях.

— Что они делали потом? — грубо спросил Марк.

— Они погасили свечу и больше ничего не было видно, — ответил офицер, наблюдая за тем, как реагирует майор на доклад. — Но тот незнакомец больше не выходил из дома, — закончил офицер.

Марк, стараясь сохранить невозмутимый вид, между тем умирал от ревности. Ужасная мысль навязчиво лезла ему в голову — неужели Энэлайз так же неразборчива, как его матушка? Но нет, ведь она была девственна до встречи с ним. Но нет, она не могла, не любя, отдаться ему.

И он помнит прекрасно, с какой страстью она это сделала! Может быть она, разозлившись, решила назло ему завести другого любовника? Может быть, она хочет таким образом отомстить ему?!

— Ты сказал, что неизвестный человек все еще находится в том доме? — резко спросил Марк Шэффер.

— Да, майор, — ответил офицер.

— Собирайтесь! — сказал Марк. — Мы пойдем в тот дом и проверим, кто этот неизвестный человек.