Бразильская история - Рэчел Линдсей

На следующее утро Филиппа с трудом заставила себя выйти из спальни. Только опасение, что Лукас сам зайдет за ней, придало ей силы открыть дверь и шагнуть в гостиную.

Лукаса здесь не было, хотя дверь в его спальню была открыта. Подойдя к своему рабочему столу и убирая печатную машинку в футляр, девушка мельком увидела краешек неубранной постели и небрежно брошенную поверх нее шелковую пижаму кремового цвета.

Она старалась двигаться бесшумно, но Лукас появился почти сразу, как только она вошла в комнату, – словно поджидал и прислушивался. Несмотря на решимость держать свои эмоции под контролем, увидев его, Филиппа задрожала.

– Я хочу извиниться за свое поведение прошлой ночью, – напрямик сказал Лукас. Он был бледен, и Филиппа поняла: чего бы ей ни стоило выслушивать его, ему было еще труднее заговорить с ней.

– Я не хочу говорить об этом, – сказала она через силу. – Я хочу забыть то, что случилось.

– Если мы не поговорим о том, что произошло, нам будет неловко работать вместе. – Поколебавшись, Лукас добавил: – Как я понимаю, вы намерены по-прежнему работать у меня?

– До возвращения в Англию.

– Понятно. – Он прикусил губу. – Этого… Такого больше не повторится. Вам нечего бояться.

– Я и не боюсь, – холодно отозвалась Филиппа. – Просто не хочу в дальнейшем видеть вас каждый день.

– Если вы хотите немедленно вернуться домой…

– Нет, благодарю вас. Я приехала, чтобы помочь вам, и останусь здесь до конца.

– Очень рад. Я был бы огорчен, если бы вы улетели. И не только потому, что вы превосходный секретарь, но и потому, что вы мне нравитесь.

Щеки Филиппы вспыхнули. Для виду она начала подравнивать стопку бумаг, которые и без того лежали в безукоризненном порядке.

– Кстати, – продолжал он, – благодарю вас за то, что вы не заперли на ночь дверь в свою комнату.

– Я знала: вы не зайдете настолько далеко, пытаясь продемонстрировать мне, на какого сорта отношения я напрашиваюсь.

На этот раз настала его очередь покраснеть. Филиппа зачарованно наблюдала, как заливается краской его лицо.

– Филиппа, я…

– Мы можем опоздать на самолет, – перебила она его. – Вы уложили вещи?

– Да. Носильщика можно не вызывать. Я сам снесу чемоданы вниз.

Час спустя они сидели в самолете, летящем на север от Рио.

– Там, куда мы направляемся, условия довольно примитивные, – пояснил Лукас, когда зажглись лампочки, подсказывающие, что можно расстегнуть ремни. – В лесах Амазонки каждый шаг – своего рода испытание на прочность, восхищаться там некогда. Бразильцы прозвали эти места зеленым адом.

– А кто здесь живет? – поинтересовалась Филиппа.

– Золотоискатели, рудокопы, плантаторы – выращивают каучуковые деревья, какао и кофейные деревья – ну и, конечно, примитивные племена индейцев, хотя они постепенно вымирают.

– Я видела несколько жутких фильмов о том, что сотворил с ними белый человек, чтобы приобщить к так называемой цивилизации. Мне стало стыдно за то, что я белая.

– Мне тоже. Но понимаете, страна должна развиваться. Здесь находятся месторождения полезных ископаемых, в которых отчаянно нуждается весь мир.

– И здесь нужно возводить плотины, – сухо добавила Филиппа.

– Давайте не будем ссориться, – попросил он.

– Я и не собиралась ссориться, просто выражаю ваши мысли вслух. Я не обвиняю вас за то, что вы честолюбивы. В конце концов, такие, как вы, помогли создать Британскую империю.

– Она уже в прошлом, – шутливо проговорил он. – На что вы намекаете?

Филиппа не ответила, и Лукас откинулся на спинку кресла.

– У ваших ног лежит пакет, – заметил он. – Взгляните, возможно, он вам пригодится.

Девушка с любопытством раскрыла его и, к большому своему изумлению, увидела три больших путеводителя по Бразилии.

– Я ходил вчера по магазинам и вспомнил, что вам нечего читать, – пояснил Лукас, когда Филиппа начала благодарить его. – Они помогут вам скоротать время, пока мы здесь.

– Спасибо за заботу. – Она погладила одну из красочных обложек. – Книги просто роскошные!

– Вам легко угодить, Филиппа. Некоторые из знакомых мне молодых особ гораздо меньше радовались подаренной драгоценности от Картье.

– Это меня нисколько не удивляет, – моментально ответила девушка. После его слов удовольствие, испытанное от подарка, сошло на нет. Она почувствовала себя наивной простушкой. – Вероятно, это один из немногих ваших подарков, который секретарше не пришлось выбирать за вас.

Лукас отрегулировал кресло и внимательно оглядел ее прищуренными глазами:

– У вас просто-таки особый дар ударить по больному. Должно быть, из-за этого вы часто попадали в беду.

Она покачала головой:

– Я никогда и ни с кем не разговаривала так откровенно, как с вами.

– То же самое и со мной. Я даже не знал имени моей предыдущей секретарши, а ведь она проработала у меня пять лет.

– Мое вы тоже не узнали бы, если бы не отправились в Бразилию.

– Неправда. Мысленно я называю вас Филиппой уже не один месяц. – Заметив, как застыла в кресле Филиппа, он поспешно добавил: – Я не буду больше приставать к вам, просто хочу быть честным.

– Вы всегда ведете себя честно с женщинами? – задала она вопрос.

– Обычно нет. Вы – совсем другое дело.

– Вы хотите сказать, что для вас я не женщина, а секретарь.

Лукас улыбнулся:

– Что-то вроде этого.

Такое признание было для нее не слишком лестно, но Филиппа знала: Лукас пытается восстановить с ней дружеские отношения, чтобы она перестала его опасаться, и воздержалась от язвительных замечаний.

К ее огорчению, Лукас погрузился в какие-то бумаги и не поднимал головы все три часа, пока они не приземлились в Белене.

Едва открылась дверь самолета, как их поглотил поднимающийся от земли зной. Короткий переход от трапа самолета до аэропорта они совершили в удушающе-влажной атмосфере, по сравнению с которой жаркий и влажный воздух Рио показался чуть ли не бодрящим. За несколько мгновений накрахмаленный костюм Филиппы превратился в мятую тряпку. Даже Лукас, до этого не реагировавший на жару, то и дело вытирал лоб.