Опаленные страстью - Марша Кэнхем

Аннели протиснулась в узкий проход, находившийся, как ей показалось, между двумя комнатами. С одной стороны деревянная лестница вела на третий этаж, с другой — на первый.

— Черт возьми, — пробормотал Олторп, следовавший за Аннели, — ничего не видно.

— Не шумите, — предупредила Флоренс, и не успели они опомниться, как панель легко задвинулась и они остались в кромешной тьме.

Когда глаза привыкли к темноте, Аннели увидела, что стены, покрытые плесенью, пропускают свет. Видимо, обветшали от времени. Сверху донесся слабый шорох. Скорее всего в этих узких проходах завелись какие-то твари.

— Ненавижу мышей, — проворчал Эмори, словно угадав ее мысли. — Змеи и то лучше.

Аннели хотела что-то сказать, но он прикосновением руки остановил ее.

Она тоже услышала голоса, как и он. По крайней мере два голоса, из них один женский, который горячо приветствовал Флоренс:

— Госпожа Уиддиком! Как я рада вас видеть. Я как раз говорила своему дорогому мужу…

Значит, это не Бэрримор! Он не вернулся, чтобы встретиться с ней лицом к лицу. Чтобы вызвать на дуэль Эмори Олторпа или опозорить ее перед обществом.

Она едва удержалась на ногах и, когда Эмори взял ее за плечи, буквально рухнула на него.

— Простите меня, — прошептал он. — Здесь так тесно.

— Что? Что вы делаете?

— Пытаюсь поменяться с вами местами, но что-то мешает… — Она услышала звук рвущейся материи и очень удивилась, когда он, дотянувшись до того места в стене, откуда проникал тоненький лучик света, большим пальцем расширил высверленное в стене отверстие, приник к нему, после чего дал ей возможность посмотреть.

— Они вам знакомы? — прошептал он ей в самое ухо.

Аннели кивнула, но тут же подумала, что в темноте он не видел ее кивка, и повернула голову, чтобы ответить ему тоже шепотом, однако вместо уха наткнулась на его губы и, отпрянув, сильно ударилась затылком о стену, Она не успела вскрикнуть — Эмори среагировал моментально, зажав ей рот рукой, и повернул ее голову к своему уху.

— Это ваш брат Стэнли, — прошептала Аннели. — И его жена Люсиль.

Эмори снова посмотрел в щель, после чего ликвидировал ее и нашел потайную дверь, о которой говорила Флоренс. Отодвинул панель и, взяв Аннели за руку, вместе с ней вошел в библиотеку.

Задвинув панель, на обратной стороне которой были полки, он смахнул пыль с платья Аннели. Ленту, стягивавшую его волосы, он потерял, когда они ходили к скалам, и теперь кудри его рассыпались по плечам. На рукаве рубашки была огромная дыра. Когда они шли сюда в темноте, Эмори зацепился за гвоздь. Если прибавить к этому пятна от морской воды на бриджах и промокшие башмаки, выглядел Эмори не лучшим образом и вряд ли хотел предстать перед братом после долгой разлуки в подобном виде.

Эмори пытался привести в порядок непокорные волосы, когда Аннели вдруг спросила:

— Откуда вы узнали про отверстие в стене?

Олторп сдвинул брови.

— Понятия не имею. Просто я знал, что оно там есть, вот и все. — Он слегка улыбнулся. Аннели бросила взгляд на дверь.

— Полагаю, мне следует пойти сейчас к бабушке. А вам не стоит этого делать. Ваш брат не хотел, чтобы его жена узнала о том, что вы в Бриксгеме, и если до сих пор не изменил своего мнения, вам лучше не появляться им на глаза.

Олторп как-то неохотно кивнул, но Аннели его понимала. Возможно, брат помог бы ему хотя бы частично восстановить память.

— Оставайтесь пока здесь. Если все в порядке, я вернусь за вами.

Он снова кивнул и поймал ее руку, когда она уже собиралась уйти.

— Извините.

— За что? — шепотом спросила Аннели.

— Хотя бы за то, что меня выбросило на ваш берег, не говоря уже об остальном.

После ее ухода Эмори облегченно вздохнул.

Он посмотрел на ларец с оружием. Утром он отдал Аннели ключ от него, и она опустила его в карман. Эмори не составило никакого труда вытащить его, когда они менялись местами в узком проходе в кромешной тьме. Но зачем ему это понадобилось?

Следовало ли ему сомневаться в преданности брата? Опасаться, что тот передаст его властям? Более мучительным был вопрос о маркизе Бэрриморе. Кто он такой, черт побери? И почему Эмори охватил леденящий страх, когда Аннели рассказала о нем? Эмори его не узнал, его появление не вызвало у него никаких особых ассоциаций, но это не значит, что они не возникли у маркиза. Аннели бросилась в объятия Эмори, чтобы Бэрримор оставил ее в покое, но что, если, несмотря на все их старания, Бэрримор узнал его и помчался за констеблями?

Вряд ли Бэрримор заподозрил свою невесту в связи с преступником, преследуемым законом. Вряд ли у него были основания подозревать ее в неверности. Скорее всего он был до того ошеломлен увиденным, что оказался не в состоянии оценить ситуацию.

Эмори окончательно потерял покой. На губах до сих пор был вкус поцелуев Аннели.

Открыв ларец с оружием, он снова проверил пистолеты и положил их обратно.

Действительно ли он предатель? Совершал ли преступления против своей страны, против короля? А если совершал, то как долго может скрываться в Уиддиком-Хаусе?