Ее Валентинов день - Рей Морган

- Извини, — отрывисто произнес он. — Конечно, ты права. Просто я вошел и услышал его плач, а тебя не было.

Охватившее ее чувство облегчения переросло в нежность. Ей захотелось прикоснуться к Максу, погладить его по щеке. Вместо этого она спросила:

- Почему тебя так сильно беспокоит детский плач?

Макс замер. Судя по всему, вопрос слегка ошарашил его.

- Наверное, из-за опасения: вдруг что-нибудь случится, а я не сумею это исправить, — наконец признался он.

Слава богу, что все ее опасения оказались напрасны. Он все-таки не похож на Брайана.

- Хороший ответ, — прошептала она. — То есть это не означает, что шум доводит тебя до безумия?

- Ну, я не могу сказать, что люблю шум, — усмехнулся он. — Но, по-моему, до безумия — это было бы уже чересчур.

- Хорошо.

Она в порыве радости обняла его одной рукой, прижимая другой к себе Джейми. А потом зашагала с малышом в гостиную. Макс пошел следом.

- Что там? — воскликнула она, обводя взглядом пакеты и коробки.

- Подарки для моей мамы. Подарки для слуг в доме моей мамы в Венеции. Подарки для всех, кто у меня работает. — Он покачал головой, в замешательстве глядя на нее. — Черт возьми, почему женщины так любят подарки?

Она пожала плечами и усмехнулась:

- Однако это ведь ты их покупаешь.

- Меня заставила Си Джей.

- Конечно. — Кэрри фыркнула. Он искоса бросил на нее взгляд.

- Я хотел купить подарок тебе. Но Си Джей не пришла от этого в восторг.

- Спасибо, но это лишнее. Достаточно того, что я нахожусь здесь и забочусь о Джейми.

- Мне все время хотелось вернуться сюда, к тебе, — мягко произнес он.

Она закатила глаза:

- О да, ну конечно.

- Нет, действительно. Ты этому не веришь?

Кэрри снова посмотрела на него и почувствовала, что краснеет. Да, она этому и верила, и не верила. Но его искренний, открытый взгляд говорил, что это правда, и зажигал в ней радость жизни. Как и тот сегодняшний утренний поцелуй... При воспоминании об этом из ее груди вырвался тихий вздох. Судя по его глазам, Макс ищет повод, чтобы повторить это.

- Макс, мы должны поговорить.

- О том, чтобы мы не увлеклись друг другом? - догадался он, словно только что думал об этом.

- Вот именно. — Кэрри покачала головой. — Особенно если ты собираешься жениться на Си Джей.

- Жениться на Си Джей... — Он тяжело опустился на диван и застонал, обхватив голову руками. — Это будет не так легко, как казалось раньше.

- Кажется, она не очень тебе нравится.

- Ты ведь это понимаешь, правда? — Он взглянул на Кэрри из-под прядей блестящих черных волос, падавших на глаза. Ей немедленно захотелось коснуться их рукой. — Было бы нечестно сказать, что она мне не нравится. С ней все в порядке. Любой мужчина от нее был бы без ума. — Внезапно он фыркнул от смеха. — Например, Рэнди.

Она с улыбкой кивнула.

- Кажется, он очень увлекся ею.

- О да. И не сводит с нее глаз.

- Тогда пусть он женится на ней! — Кэрри щелкнула пальцами, подытожив сказанное.

- Хорошая идея. Но есть одна проблема: тогда не будет ранчо.

Она уселась рядом с ним на диван и, положив ноги на низкий столик, посадил на колени Джейми. Ребенок засмеялся, глядя на Макса и Кэрри, и они с ним поиграли. Потом она повернулась к Максу:

- Ты всерьез подумываешь жениться на ней только ради этого ранчо?

— Да, всерьез.

Она не ожидала ощутить это: когда сердце словно пронзает ножом. Убежденность Кэрри в том, что для нее это ничего не значит, оказалась плохим щитом от непрошеных чувств.

— Почему?

Он посмотрел на нее ясными и полными решимости глазами.

— Ради моей мамы.

— Это она говорит тебе, на ком жениться?

— Нет. — Он покачал головой. — Ты не понимаешь.

Она пожала плечами.

— Вот именно.

- Хорошо. Я попытаюсь объяснить.

— Пожалуйста, попытайся.

Он сидел не шевелясь. Ее сердце тревожно забилось, отозвавшись на чужое большое горе, о котором этот человек решился поведать.

- Мой брат Джино, он недавно погиб, был прекрасным человеком.

По его напряженной позе было понятно, насколько трудно ему об этом говорить. Он подался вперед, положил локти на колени и обхватил голову руками. И Кэрри захотелось пожалеть его, погладить густые, блестящие волосам. Но она молча ждала.

- Джино был идеален во всех отношениях и, за какое бы дело ни брался, оттачивал его до полного совершенства. Он был чемпионом по лыжам и пловцом мирового класса. Он танцевал, как Фред Астер, и пел, как Карузо. Он был гениален и успешно занимался бизнесом. Из нескольких кафе, наследованных после смерти дяди, он создал сеть ресторанов в Европе. Он был красивым и лицом и душой и верным. Его первой реакцией на любое событие всегда была улыбка. - Его голос сорвался, но Макс продолжал: - Иметь такого брата и сына было для всех нас самой большой жизненной наградой.

У нее перехватило дыхание. Она с состраданием глядела на Макса:

- Какая трагедия его потерять!

- Да. — Прокашлявшись, он посмотрел ей прямо в лицо. — Но для моей мамы это было больше чем трагедией. Это было концом ее жизни,

Кэрри в замешательстве покачала головой.

- Но у нее есть ты...

Он кивнул, но на лице застыло страдальческое выражение.

- Да. Конечно. Но видишь ли, это был Джино, который был для нее... — Макс замолчал и отвел взгляд, подбирая слова. — Джино был старшим, и между ним и моей мамой существовала особенная связь. Он был умнее и взрослее и потому помог преодолеть беду, едва не подкосившую ее. В то время я был слишком юным, чтобы это понять, слишком юным, чтобы помочь ей на равных. Джино стал ее опорой и лучом света во мраке. Когда мой отец нас оставил, мама всегда говорила, что не смогла бы выжить без Джино.

Кэрри нахмурилась. Услышанное не укладывалось у нее в голове. Он намекал, что его мать любила брата больше, чем кого-либо или что-либо ещё, в том числе самого Макса. И все-таки он говорил об этом без горечи.

- Ты хочешь сказать, что тебя не обижало ее отношение?

Макс поднял глаза. Он был потрясен.

- Обижало?! Вовсе нет. Он был моим лучшим другом. Моим кумиром, наставником, путеводной звездой. Я без колебаний отдал бы жизнь за него.

Кэрри поразило его искреннее восхищение. Она не привыкла иметь дело с мужчиной, для которого другие были важнее его самого.