Сегодня, завтра… и всегда - Пегги Морленд

Джемми повернулся к Джессу и объяснил:

— Барристеры оставили название, когда ранчо было разделено, а Макклауды дали своему поместью имя «Разбитое сердце».

Джесс спрятал улыбку. Он прекрасно знал эту историю, но решил не разочаровывать сына.

— Правда? — спросил Джесс.

— Да, чистая правда, — ответил Джемми и попросил Мэнди продолжать.

— Ты уверен, что не хочешь сам рассказать?

Джемми покачал головой.

— Нет, ты это делаешь лучше. Но начни сразу с того момента, когда между ними завязалась война.

— Так вот, когда Барт поехал в Канзас продавать скот, он влюбился в красивую девушку, которую звали…

— Аманда Грейсон, — опять перебил Джемми и гордо заявил: — Мою маму назвали в честь нее. Бабушка подумала, что это звучит романтично.

Мэнди нахмурилась.

— Ты уверен, что не хочешь рассказывать?

— Обещаю, что больше не скажу ни слова.

— Ну… — Мэнди посмотрела на сына и затем продолжила: — Барт женился на Аманде и привез ее на ранчо в Техас. С тех пор он и Блейд поделили дом.

Однажды Барт неожиданно вернулся домой и застал свою жену в объятиях Блейда.

Джемми опять вмешался:

— Он застукал их, когда они делали одну вещь.

Джесс не сдержался и громко рассмеялся. Но потом быстро принял серьезный вид и продолжал слушать Мэнди.

— Как я говорила, Барт застал их вместе и пришел в ярость от измены своей жены. Он хлопнул дверью и больше никогда не возвращался. Барт поставил палатку на отдаленной части ранчо и послал Блейду записку, в которой говорилось, что он хочет разделить поместье пополам. Барт взял себе две с половиной тысячи акров к северу, а Блейду оставил столько же на юге.

— Аманда была счастлива с Блейдом? — поинтересовался Джемми.

— Нет, — печально промолвила Мэнди. — Она сожалела о своей ошибке до самой смерти. Видишь ли, Блейд был очень подлым человеком. Он никогда по-настоящему не любил Аманду. Она была ему нужна лишь потому, что принадлежала Барту, а он не мог вынести, что у Барта есть то, чего нет у него.

Осознав свою ошибку, Аманда пошла к Барту и попыталась убедить его простить ее, но Барт был непреклонен. Она разбила ему сердце. Барт так и не смог забыть того, что сделала Аманда, и не мог простить предательство Блейда. Он назвал свое ранчо «Разбитое сердце», как напоминание Блейду и всем остальным о его предательстве.

Джемми пояснил Джессу:

— И поэтому Барристеры и Макклауды враждуют все эти годы. А на Барристерах и по сей день стоит клеймо лжецов и воров.

Как только слова слетели с губ, лицо Джемми тут же покраснело.

— Извини, Джесс. Я забыл, что ты Барристер.

Джесс откинул голову назад и захохотал.

— Не волнуйся, малыш, были времена, когда я сам был того же мнения.

— Ешь свой ужин, Джемми, — велел Мэнди. — Я думаю, на сегодня достаточно историй.

Видя, что Мэнди так же расстроена словами мальчика, как и он сам, Джесс попытался сменить тему:

— Хм, это лучший жареный сом, которого я когда-либо ел. — Он положил в рот последний кусочек и блаженно зажмурился. — Прямо тает во рту.

Джемми облизал губы и налил себе в тарелку немного кетчупа.

— Моя мама готовит лучше всех на свете. И она очень красивая, не так ли?

Джесс взглянул на Мэнди.

— Да, ты прав. Она слишком красивая.

— Вы оба, немедленно прекратите, — засуетилась Мэнди, смущенная их похвалой.

Неожиданно Джемми вскочил на ноги и забрал у Мэнди тарелки.

— Я помою тарелки, а вы прогуляйтесь вдвоем, пока не стемнело!

— Хорошо, — медленно протянул Джесс и подал Мэнди руку.

Мэнди была немало удивлена словами сына, но все равно согласилась.

— Будь осторожен с огнем, — предупредила она.

— Хорошо. А вы полюбуйтесь звездным небом. И не спешите возвращаться. Думаю, я пойду спать после того, как помою посуду.

— Полюбоваться звездным небом? — прошептала Мэнди, когда Джесс уже вел ее по тропинке вниз к озеру. — И что он имел в виду, сказав: «Не спешите возвращаться»?

Джесс отпустил руку Мэнди и обнял ее за плечи. Так они бок о бок шли по дорожке.

— Я думаю, наш сын пытается играть роль свахи.

— Сводник! Ты имеешь в виду…

— Да, именно это я хотел сказать. — Он поцеловал Мэнди.

— Джемми раньше никогда… но и я прежде никогда не… Я даже не подозревала, что он думает об этом.

— Ты, возможно, даже не хочешь знать, о чем он думает. Помню, когда я был в его возрасте…

— Не надо, Джесс, пожалуйста, — взмолилась она. — Не говори этого. Я хотела бы думать о своем сыне как о невинном мальчике. Хотя бы пока.

Джесс взял ее за руку, и они вместе спустились к озеру.

— Он не может всю жизнь оставаться маленьким мальчиком.

Мэнди вздохнула, остановившись у берега. Неожиданные слезы навернулись ей на глаза.

— Я знаю. Но мне страшно подумать, что он вырастет и оставит меня.

— А тебе хотелось бы иметь еще детей?

— Я бы хотела, но… — ответ повис в воздухе.

— В чем же дело?

— Ты был единственным мужчиной, от которого я бы хотела иметь детей, но ты же уехал…

— Но сейчас я здесь.

Улыбка появилась на лице Мэнди, когда она увидела откровенную надежду в его глазах.

— Джемми всегда хотелось иметь братика или сестричку.

— Нам надо доставить ему эту радость, как ты думаешь, а?

Марго остановилась около автозаправки и опустила окно, нервно озираясь вокруг. Она уже хотела было нажать на педаль и уехать, но тут увидела Руба, выходящего из-за угла. Он подошел к машине.

— Что у тебя такого важного, что ты поднял меня ни свет ни заря? И сколько раз тебе повторять, чтобы ты не оставлял записку у управляющего! Я не хочу, чтобы кто-то знал о нас.

Руб просунул голову в открытое окно.

— На этот раз все очень плохо.

Марго почувствовала запах ликера и быстро отпрянула от него.

— Ты пьян, — сказала она с отвращением.

— Мужчина имеет право сделать глоток-другой.

— Если тебе есть что сказать, говори. Мне необходимо вернуться на ранчо, пока кто-нибудь не заметил моего отсутствия.

— У меня есть новости, но сначала я хочу получить свое.

— Сколько?

Она открыла сумку, быстро достала чеки из кошелька и вручила ему.