Клянусь, это любовь была - Алекс Камсар

— Я хочу… — мужчина искал слова и, похоже, не мог их найти. — Может быть, это звучит очень нескромно, вот так вот позвонить и предлагать… Но я все-таки скажу. Я хочу с вами познакомиться, а потом встречаться и даже подружиться. Мне почему-то кажется, что мы подружимся.

— С чего вы взяли? — засмеялась она. Такой поворот событий ей явно пришелся по душе.

— Интуиция. К тому же я вас давно знаю…

— Вы меня знаете?

— Да, вернее, я вас видел не раз. Вы идете на работу мимо моего дома.

— Значит, я вас тоже знаю?

— Вряд ли, вы идете, всегда о чем-то думая, и почти не смотрите вокруг.

— Что есть, то есть, — согласилась она.

— Я вас не оторвал от каких-нибудь важных дел? — спросил мужчина.

— Нет-нет, как раз… Одним словом, я могу говорить, все нормально… Объясните, почему вы решили позвонить, а не подойти ко мне, когда я в очередной раз пройду мимо вашего дома? Хотя я, честно сказать, не припоминаю, чтобы…

— Мне страшно, — засмеялся мужчина. А вдруг вы не захотите со мной разговаривать? Нет, я серьезно… Вы же знаете привычки нашего города. На улице принято поругаться с кем-то, а вот познакомиться…

— Ну, если мужчина ведет себя интеллигентно, почему бы нет….

— Знаете, все-таки по телефону легче, а может быть, привычнее. Может быть, то, что я не увижу выражения ваших глаз, поможет мне легче перенести… как это лучше сказать, мою неудачу, а может быть, поражение, если вы откажете…

— Поражение?

— Да, поражение. Для меня отказ женщины, которая мне нравится, — больше чем поражение.

— Не надо это так близко принимать к сердцу. Мало ли на свете причин, по которым женщина может отказывать. Скажем, у нее есть друг или, — она засмеялась, — куча детей.

— Я знаю, что у вас детей нет. А вот насчет друга…

— Откуда вы знаете?

— Ну я же нашел ваш телефон, значит…

— У меня был друг, но мы расстались.

Он молчал, и она вдруг поняла, что замерзает, вода в ванной уже остыла. Чтобы открыть кран с горячей водой, надо было дотянуться до крана, но шнур трубки этого не позволял.

— Может быть, это судьба, — осторожно начал мужчина.

— Вы верите в судьбу? — Она уже была заинтригована этим разговором.

— Иногда — да, а вы?

— Не знаю. Мне просто не везет, те мужчины, которые мне нравятся, как правило, женаты, а те, которым нравлюсь я… У них что-то не так.

— Может быть, у вас требования очень суровые?

— Может быть, но я ничего с собой не могу поделать.

— Вы такая красивая женщина, странно, что…

— Вы считаете… вы так думаете?

— Да, вы красивы. Неужели никто вам об этом не говорил?

— Знаете, если честно, говорили, но…

— Вы что, не поверили?

— У меня другое понятие о красоте.

— Скорее всего, мы действительно по-разному понимаем красоту… Но вы мне сразу понравились, ей-богу.

Она улыбнулась голосу в телефонной трубке и подтянула под себя ноги, чтобы не мерзнуть.

— Я очень рада, — сказала она, — знаете, может быть, вы правильно поступили, предварительно позвонив. Вы интересный собеседник.

— Вот видите, первый результат у нас с вами есть! Я уже думаю, что, если мы встретимся, я обязательно вам понравлюсь. Должен понравиться.

— Вы всегда так уверены в себе?

— Конечно, нет, иначе я попытался бы с вами познакомиться на улице. Но это же не означает, что женщины всегда мне отказывают. Наоборот, я нравлюсь многим.

Сейчас в его голосе появились нотки, от которых по ее телу пробежала дрожь. Это было приятное, пьянящее возбуждение, она перестала ощущать холод.

— Вот как? — спросила она нарочито бодрым голосом, чтобы скрыть охватившую ее истому. — А вы… Вы случайно не женаты?

— Нет.

— А как получилось, что вы нравитесь женщинам и до сих пор не нашли…

— Наверно, плохо искал… С другой стороны, в этом большом городе, просто по теории вероятности, должны быть холостые мужчины, которые вам могут понравиться.

— И вы — один из них?

— Почему бы нет?

— Я была бы только рада. — Она поймала себя на том, что свободной рукой нежно гладит свою ногу.

— Ну тогда, может быть, нам встретиться?

— Когда?

— Хоть завтра!

— Нет, завтра я не могу. — Она лихорадочно начала думать: к парикмахеру надо сходить — раз, дошить новое платье — два, купить туфли, старые уже вышли из моды — три. — Давайте встретимся в субботу.

— Хорошо, а где?

— А где вы хотите?

— Давайте в субботу в шесть часов в баре, что Рядом с булочной.

— С какой булочной?

— Ну с той, мимо с которой вы каждый день идете на работу.

— Вы что-то путаете, булочная на другой стороне. Я иду мимо мебельного магазина, вы не можете его не знать, это очень известный магазин, там продается итальянская мебель.

— Но это в другом конце города!

— Что?

— Боже мой, я, кажется…

— В чем дело? Что-то не сходится? — Она уже сама почувствовала, что что-то не так.

— Кажется, да. Назовите номер вашего телефона.

— Вы же его знаете, раз позвонили. Двести пятьдесят три…

— Стоп! Дальше уже не надо…

— Вы хотите сказать…

— Да, мне очень жаль, но нас неправильно соединили.

Давно она не испытывала такого шока. Казалось, что удача, которую она ждала так долго и так терпеливо, наконец, ей улыбнулась, и вот… Но она не хотела так быстро расставаться с мечтой.

— Ну, может быть… может быть, мы сможем… Мы ведь сможем?

— Я не исключаю, что сможем, но… выходит, я вас совсем не знаю… Вы… простите за нескромность, сколько вам лет?

— Это существенно?

— Конечно, вы сами это знаете.

— Мне чуть больше тридцати. А вам?

— Мне двадцать семь.

Даже так. — Она не могла скрыть вздох разочарования и вспомнила, что лежит, причем очень долго, в холодной воде.

— В любом случае, мы с вами здорово поболтали, — сказал мужчина.

— Да, это было просто замечательно, — ответила она, сдерживая слезы.

— Всех вам благ, — сказал мужчина и повесил трубку.

Она лежала в холодной воде, не в силах положить трубку, из которой раздавались короткие враждебные гудки, ознаменовавшие крушение еще одной иллюзии. Холод стал просто невыносимым. Она наконец встала, вылезла из ванной, положила трубку на место и машинально посмотрела в зеркало. Как ни странно, тело стало более гладким, более упругим, а в глазах, кроме разочарования, появился какой-то новый блеск.