Опасная стихия - Патриция Пелликейн

Джим Фостер расположился в гостиной на диване. Майк подошел к гостевой комнате и постучал в дверь:

— Поднимайтесь, Мэгги!

— Зачем? — прозвучал ее сонный голос.

— Полиция приехала. Джим хочет с вами потолковать.

Она жалобно застонала. Вылезать из теплой постели ей вовсе не хотелось.

— Эй, — крикнул Майк через дверь, — с вами все нормально?

На этот вопрос Мэгги не ответила.

— Через минуту я выйду, — сообщила она.

Когда Мэгги вошла в гостиную, мужчины разговаривали.

— Когда это случилось? — спросил у нее Джим.

— Не помню точно. Пожалуй, вчера около двенадцати.

Фостер кивнул и записал указанное время в тетрадь. Увидев ее лицо, полицейский поморщился. Хотя Мэгги была высока ростом, она производила впечатление создания хрупкого — возможно, потому, что была узка в кости. Джим также отметил про себя, что у нее роскошные волосы, свободно струившиеся по плечам и на концах закручивавшиеся в кольца. Кожа в тех местах, где не было царапин и кровоподтеков, отливала молочной белизной.

Заметив чисто мужской интерес, который проявил его приятель к пострадавшей, Майк нахмурился. Джим в эту минуту мало походил на копа, собирающегося начать расследование. Скорее, на взгляд Майка, он смахивал на парня, желавшего познакомиться с привлекательной женщиной.

Джим поднялся и протянул Мэгги руку.

— Меня зовут Джим Фостер. Хотел бы получить от вас кое-какие сведения.

Мэгги согласно кивнула и присела на краешек дивана, на котором сидел полицейский.

— Насколько я понимаю, вы все еще его не поймали?

Джим покачал головой.

— У нас тут такие просторы, мадам, что на это может уйти довольно много времени. Расскажите для начала, как его зовут, и опишите его внешность.

— Его зовут Генри Коллинз. Позвоните в полицию Эллингтона, там вам о нем все расскажут. Даже перешлют его портрет.

— Он что, состоит на учете?

Мэгги пожала плечами.

— Его несколько раз вызывали в участок и допрашивали. Возможно, тогда же его и сфотографировали.

— Теперь перейдем к тому, что, собственно, произошло.

Мэгги поведала полицейскому свою печальную историю. Рассказала о бесчисленных телефонных звонках, которые превратили ее жизнь в кошмар. Мужчины внимательно слушали, Джим что-то записывал.

— Что вы предприняли, чтобы оградить себя от домогательств?

— Неоднократно обращалась в полицию. — При этом Мэгги скептически скривила рот, давая понять бессмысленность этой затеи. — Ну, еще я вела журнал — записывала, когда он звонил или проезжал на машине мимо моего дома.

Джим кивнул, принимая ее слова к сведению.

Мэгги продолжала. Поведала, в частности, что у нее из-за всего этого совершенно расшатались нервы и она решила на время уехать из Эллингтона. Рассказала, как во время снегопада провела два дня в машине, среди снега и холода, как потом ее нашел Генри и о том ужасе, который она пережила при встрече с этим человеком.

Джим нахмурился. Похоже, история Мэгги произвела на него тягостное впечатление.

— Если хотите, мадам, я вызову женщину-полицейского. Обычно жертвы насилия предпочитают потом не иметь дела с нашим братом.

Мэгги покачала головой:

— Он меня не насиловал. Принуждал меня делать кое-какие вещи, но не изнасиловал.

— Извините, мадам. — Джим смутился. — Но что именно он принуждал вас делать?

Мэгги подняла глаза и посмотрела на собеседника без малейшей неловкости.

— Он хотел, чтобы я занялась с ним оральным сексом.

Майк одобрительно кивнул, отметив, с каким спокойствием она рассуждала обо всех этих весьма щекотливых предметах. В самом деле, чего ей было стыдиться?

— А что было потом? — спросил Джон.

— Поскольку я не торопилась угодить ему, он начал меня избивать. — Она дотронулась до рассеченной губы. — Затем, по-видимому, у него появилось намерение меня изнасиловать. Но мне удалось поднять с пола свой пистолет. Честно говоря, я была уверена, что умру. — Мэгги содрогнулась при мысли о том, что с ней произошло и еще могло произойти. Машинально она коснулась безжалостно искусанной груди. — Уж и не помню, как я спустила курок. Я просто услышала выстрел, который меня оглушил.

— У вас есть разрешение на оружие?

— Да, оно у меня в сумочке.

— А знаете ли вы, что не имели права брать пистолет с собой в путешествие?

Мэгги отрицательно покачала головой.

— Нет, — сказала она. — Но если бы и знала, все равно бы взяла.

Джим кивнул. Майк заметил, что последнее заявление Мэгги он записывать не стал.

Фостер поднялся, давая понять, что допрос окончен.

— Я свяжусь с Эллингтоном. Посмотрим, что они сообщат.

— Есть ли какая-нибудь возможность отбуксировать сюда мою машину? — спросила Мэгги.

— Зачем? — поинтересовался Майк.

— Но не могу же я оставаться здесь вечно.

— Думаю, пока что вам все-таки придется здесь остаться, — сказал Джим. — Более безопасного места вам не найти.

— Он прав, — вмешался Майк. — В вашем положении самое правильное на время затаиться. — Их глаза встретились, и он вдруг понял: ему вовсе не хочется, чтобы эта женщина от него уезжала. Кроме того, он не мог отделаться от мысли, что если она снова отправится в путь, то непременно попадет в беду. При этом для него оставалось загадкой, с какой стати он так заботится о своей гостье. Ведь их случайно свела судьба, и они совершенно друг друга не знали.

Мэгги посмотрела на Джима.

— Вы, кажется, говорили, что у вас здесь бескрайние просторы? Стало быть, пройдут недели или даже месяцы, прежде чем вы его поймаете? Я не могу…

— Не волнуйтесь, — перебил ее Джим. — Мы его достанем. Уж поверьте мне.

Мэгги рассеянно кивнула, и Майк встал, чтобы проводить Джима к двери. В дверном проеме они остановились и о чем-то оживленно заспорили. Она не прислушивалась к их разговору, ей пришло в голову, что она обременяет совершенно незнакомого человека, в то время как ей уже давно следовало быть у отца. Нужно позвонить ему и сообщить, что она задержится, придумав для этого какой-нибудь благовидный предлог.

Майк вернулся в гостиную. Мэгги подняла на него глаза:

— Вы уверены?

— Насчет того, что вам необходимо какое-то время побыть здесь?

Она тряхнула волосами цвета меди.