Роковое очарование - Эбби Грин

Он говорил бесстрастно, и это поразило Сэм. Рафаэль практически никогда не вспоминал о своем отце. Ей было известно только, что он жил в городе Бергамо, недалеко от Милана, куда переехал после того, как семейный бизнес пришел в упадок. Сэм ни разу не виделась с ним, пока они с Рафаэлем были вместе. И теперь она сгорала от любопытства, мечтая хоть мельком увидеть ту часть жизни, которую Рафаэль тщательно скрывал. К тому же Майло имеет право на знакомство с дедушкой.

– Он приедет в Милан на следующей неделе для планового медицинского осмотра, – продолжал Рафаэль. – Мне же надо присутствовать на заседании правления компании. Мне кажется, это прекрасная возможность.

– Прекрасная для тебя… Майло надо ходить в садик, ни к чему нарушать распорядок. А как же моя работа? – Сэм сопротивлялась, хоть и была заинтригована.

– Ну, пожалуйста, – улыбнулся Рафаэль. – Я не верю, что несколько пропущенных дней в садике нанесут его развитию непоправимый урон. И, – добавил он, окинув ее взглядом, – я думаю, твой босс не будет возражать против непродолжительного отпуска. – С самодовольным видом Рафаэль отрезал ей все пути к отступлению. – Я поговорил с Брайди, и она сказала, что будет рада побывать в Италии и помочь с Майло. Она преданная католичка и всегда мечтала посетить Рим. Я пообещал ей, что мы заедем туда на обратном пути…

– Это низкое и подлое манипулирование! – заявила Сэм.

– Называй это, как хочешь, – пожал он плечами, – но мне кажется, я имею на это право. Ты, Майло и Брайди поедете со мной в Италию через два дня, так что советую начинать сборы.

Рафаэль развернулся и ушел.

Два дня спустя, согласно приказу Рафаэля, они сидели в самолете, принадлежавшем его сводному брату, греческому миллиардеру Алексио Кристакосу.

Брайди пришла в неописуемый восторг от окружавшей их роскоши, а Майло был просто вне себя от счастья. Каждый день для него был заполнен новыми яркими впечатлениями. Малыш завороженно смотрел в иллюминатор, наблюдая, как земля становится все меньше и меньше. Майло впервые путешествовал на самолете, и ему хотелось поделиться счастьем с самым дорогим человеком.

– Смотри, папочка, смотри! – кричал он, тыча пухленьким пальчиком в стекло.

Самолет набрал высоту, и Рафаэль встал, протянув Майло руку:

– Хочешь посмотреть кабину пилотов?

Не успел он договорить, как мальчик соскочил с кресла и подбежал к нему. Рафаэль взял его на руки, и Майло даже не посмотрел на мать. Слезы выступили у нее на глазах, и она отвернулась.

Брайди тихо и спокойно сказала:

– Он хороший человек. Он позаботится о вас.

Сэм посмотрела на пожилую женщину, слегка улыбнувшись:

– Я так рада, что ты здесь.

– И я, дорогуша, – ответила та. И добавила с нескрываемой радостью: – Я встречусь с самим папой римским!

– Рафаэль очень влиятельный человек, но не до такой степени, – рассмеялась Сэм.

– О чем это ты?

Сэм осеклась и поймала взгляд зеленых глаз вернувшегося в салон Рафаэля.

– Ни о чем… – произнесла она, слегка покраснев. – Майло пора поесть.

Брайди встала и забрала у Рафаэля ребенка:

– Я пойду к стюардессе, и мы его накормим.

Рафаэль сел на освободившееся место и вытянул длинные ноги. Сегодня он выглядел как образец итальянской элегантности – серый костюм, белая рубашка и галстук. Но за всем этим лоском, присущим жителям больших городов, скрывался какой-то первобытный магнетизм.

– Нехорошо говорить о ком-то за его спиной, знаешь ли, – заметил он, правда, без тени недовольства.

– Не волнуйся. Твоя поклонница только хвалит тебя, – натянуто улыбнувшись, сказала Сэм.

– В отличие от тебя…

Легкое напряжение повисло в воздухе, и Сэм решила заговорить о другом:

– Твой отец… Он знает, что мы прилетаем?

При упоминании об отце его лицо тут же стало сдержанным и непроницаемым.

– Я разговаривал с Умберто по телефону и все ему объяснил.

– Как он воспринял новость о… о внуке?

– Он с нетерпением ждет встречи с новым поколением нашей семьи, – сухо ответил Рафаэль.

– Вы с ним не очень близки, не так ли?

– С чего ты взяла? – возмутился он.

– Ты никогда о нем не рассказывал… – сконфуженно объяснила она, пожав плечами. – И я знаю, что ты вырос вдали от него.

– Да, – подтвердил Рафаэль и неохотно добавил: – Моя мать ушла от него, когда мне было три года, и забрала меня с собой. Он был не в состоянии позаботиться о ребенке, даже если бы она решила бросить меня на произвол судьбы.

Теперь до Сэм дошел смысл его слов. Вот что он имел в виду, упомянув о том, как много видят и понимают трехлетние дети.

– Но ведь твоя мать никогда бы так не поступила…

– Думаешь? – Его темная бровь изогнулась. – Однако она бросила моего старшего сводного брата. Своего первенца…

– У тебя есть еще один брат? – не веря своим ушам, спросила Сэм.

– Он неожиданно появился на похоронах. Ни я, ни Алексио не подозревали о его существовании… Хотя я смутно помнил, как однажды мы встретились, но считал, что это был сон.

– Так у Майло есть два дяди… – пробормотала Сэм.

– Не волнуйся, – усмехнулся Рафаэль. – Мы вряд ли соберемся одной большой счастливой семьей. Алексио занят своим бизнесом, а Сезар и знать нас не хочет.

Вбежал Майло и схватил Рафаэля за руку, пытаясь вытащить его из кресла:

– Обед готов!

Рафаэль встал. Сэм расстроил их разговор. Это был еще один фрагмент его жизни, о котором она не подозревала. Он очень закрытый человек.

Рафаэль не отпускал ее руку, пока они не дошли до хвоста самолета, однако Сэм не рассматривала это как некий романтический жест. Напротив – он просто хотел напомнить ей, что у них есть незавершенное дело.

Palazzo был таким, каким она его запомнила: впечатляющим и прекрасным. Великолепие садов скрывало от посторонних глаз роскошь самого особняка.

У двери их встретила экономка, которую Сэм никогда раньше не видела. Рафаэль представил ее как Луизу. У Брайди челюсть отвисла от невиданной роскоши. Сэм начал было разбирать смех, но тут она увидела сутулого мужчину с тростью, направляющегося к ним. Он гаркнул что-то по-итальянски, и Рафаэль сразу же изменился в лице.

– Говори по-английски, папа. Они не знают итальянского, – резко сказал он.

Мужчина недовольно фыркнул и подошел ближе. У него были темные, глубоко посаженные глаза и лицо, хранившее печать разочарования и старости.

– Ну? – прорычал он. – Где мой внук?

Сэм взяла Майло на руки и нерешительно двинулась вперед, поравнявшись с Рафаэлем. Она почувствовала, как его рука обвивает ее талию, и мысленно поблагодарила его за поддержку.