Ждала только тебя - Софи Пемброк

За его левым плечом неожиданно появилась Хелена и сунула ему в руку что-то холодное.

– Давай, – сказала она, кивая в сторону Тии. – Я прикрою вас обоих.

– Спасибо, – пробормотал Зик, пряча бутылку шампанского под столом.

Он взглянул на Тию, она заметила это. Зик поднялся и направился к двери, не ожидая, когда она последует за ним. Хелена об этом позаботится.

На террасе было ветрено. Сев на качели, Зик поднял бутылку и изучил этикетку. Разумеется, отличное шампанское. Старина Томас не станет подавать какое-нибудь пойло. Жалко, что Хелена не позаботилась о бокалах. Впрочем, попивая дорогое шампанское из горлышка вместе с Тией, он вернется к драгоценной коллекции своих воспоминаний.

Дверь открылась, и показалась Тия. На фоне темных волос и темно-красного платья ее лицо было белым, как простыня. В лунном свете кожа женщины казалась почти прозрачной, и Зику страстно захотелось до нее дотронуться.

– Садись, – пригласил он, указав бутылкой на подушку рядом с ним. – Твоя сестра решила, что тебе не помешает это.

– Она права. – Тия опустилась на сиденье, и качели закачались. – Хотя как она догадалась, что мне нужен также и ты, выше моего понимания.

Зик открутил проволоку и аккуратно вытащил пробку. Он хотел выпить шампанское вместе с Тией. Показать ей, что королева этого вечера – она, даже если другие этого не понимают.

Тия потянулась к бутылке и отпила глоток:

– Сегодня не лучший день, не считая всего остального.

– Тебе не на что жаловаться, – сказал Зик. – Это не тебя бросили черт знает где под палящим солнцем.

Она вернула ему бутылку:

– Извини.

– Тебе совсем меня не жаль, – заметил Зик, поднося бутылку ко рту. Впервые за этот день он начал расслабляться.

– Разве что чуть-чуть, – призналась Тия. – И ты это заслужил.

– Потому что сказал правду?

– Потому что поцеловал меня.

– А-а, это.

– Да, это.

Зик передал бутылку ей, и некоторое время они сидели молча.

– Вообще-то я не жалею, – наконец признался он. Тия вздохнула:

– Я тоже. Наверное, нам обоим это было нужно. Ну, чтобы поставить точку, или о чем ты там говорил.

– Вообще-то твоя сестра помогла мне в этом больше, чем ты.

Ее глаза расширились.

– Скажи, что ты не целовал сегодня еще и мою сестру.

– Или что?

– Или я выпью все шампанское.

Зик рассмеялся:

– Я никогда не целовался с Хеленой.

– Хорошо.

– А если бы даже и целовался, это не твое дело.

– Она моя сестра. – Тия передала бутылку ему. – Все, что касается Хелены, всегда будет моим делом.

– Но не твоей ответственностью.

Она внимательно посмотрела на него:

– Что ты имел в виду, сказав, что Хелена помогла тебе?

Зик откинулся на подушки:

– Она поведала мне кое о чем. О том, чего я не знал. О том, что на самом деле произошло в день твоего рождения. И о том, что случилось потом.

– Она рассказала тебе о…

– Обо всем. И о ребенке тоже. И о том, что ты была не виновата.

Тия отвела взгляд:

– С этим можно поспорить.

– Нет. Тия, посмотри на меня. Я хочу сказать кое-что важное и должен быть уверен, что ты меня слушаешь.

Она медленно подняла голову, их взгляды встретились, и Зик ощутил удар в солнечное сплетение – давняя связь между ними неожиданно возникла снова.

– Какие бы ошибки ты ни совершила, в том, что произошло с Хеленой, твоей вины нет.

– Отец считает виновной меня, – прошептала она. – Я позволила ей уйти.

– Нет. – Обхватив женщину за плечи, он притянул ее ближе к себе. – Послушай меня. В том, что случилось, ты не виновата. И ты не должна прожить оставшуюся жизнь под гнетом вины.

Тия смотрела в глаза Зика, в них светились искренность и уверенность в правоте. Почему она никогда не ощущала непоколебимого убеждения в правильности своего выбора?

Правда, у Зика эта убежденность и бесстрашие, бывало, превращались в невыносимое самодовольство, так что, может быть, без них лучше?

Сглотнув, она отодвинулась:

– Ты ошибаешься.

Неужели Хелена действительно ему все рассказала? С ней на эту тему она почти не заговаривала. Насколько было известно Тии, сестренка эту тему вообще не поднимала, и ее решение молчаливо поддерживали их отец и Изабелла. В конце концов, зачем раздувать скандал, если его можно скрыть? Никто не хотел попасть в заголовки газет. Возможно, старший Эзикиел догадывался, но подтверждения этому не было.

– Разве? Насколько я могу судить, восемь лет назад ты осталась ради Хелены…

– Восемь лет назад я сделала правильный выбор, – перебила его Тия. – И ни секунды не сожалею о нем.

– Что ж, справедливо, – сказал Зик, гораздо спокойнее, чем она ожидала. – И мы никогда не узнаем, как могли бы повернуться события, если бы Хелена не ушла в ту ночь или если бы она собралась сообщить тебе о беременности на день позже. Но суть в том, что теперь Хелена выросла. Она больше не нуждается в твоей защите, а ты по-прежнему остаешься с ней.

Тия покачала головой:

– Моя жизнь – здесь. И мое место тоже.

Зик схватил ее за руку:

– Они практически выставили тебя за дверь!

Она вновь ощутила знакомый холод – тот самый, в котором прожила лето после отъезда Зика.

– Ты… ты не знаешь, как все было.

– Хелена мне все рассказала.

Все – да не все. Словами нельзя описать, как чувствует себя человек, у которого выбили почву из-под ног. Тия даже не была уверена, что сумеет объяснить это Зику. Но попытаться нужно. Он должен понять ее.

– Я словно прекратила жить, – наконец призналась она. – Я не могла стать такой, какой хотел видеть меня отец, и поэтому места в семье для меня не осталось. Я была недостаточно хороша для него.

Хватка Зика ослабла, тем не менее он снова притянул ее к себе. Тия чувствовала, как бьется его сердце. В его объятиях она всегда чувствовала себя защищенной.

– Почему для тебя так важно вернуть себе прежние позиции? Ты не можешь не видеть, что тебе лучше без Флинна. Без них всех.

– Думаешь, мне следует сбежать, как тебе? Здесь мое место. К тому же куда мне податься, Зик?

– Куда угодно! Ты вольна уехать отсюда и все равно оставаться самой собой. Жить собственной жизнью. Не принимать решения, касающиеся твоего личного счастья, исходя из того, что лучше для семейного бизнеса и для наших отцов. – Зик помолчал и добавил: – Ты могла бы уехать со мной.