Как понравиться царевне? - Татьяна Тронина

– Что-о? – Соня чуть не поперхнулась компотом. – Я все родителям скажу, как ты меня оскорбляешь! И вообще…

– Жалуйся, жалуйся на здоровье! Ты мне, может, сегодня сердце разбила и лишила меня всех надежд… – запричитала Даша, и несколько слезинок выкатилось из ее глаз.

Сидевшие за соседними столами отдыхающие уже начали поглядывать на сестер с интересом. Они умудрялись ссориться чуть ли не каждый день!

– Перестань, пожалуйста, разыгрывать этот спектакль! – гневно прошептала Сонька. – Я просто хотела сказать, что пойду с тобой. Не могу же я, в самом деле, бросить свою глупую младшую сестру в какой-то там пещере…

– Не в какой-то там, а в пещере Аймун, – улыбаясь сквозь слезы, произнесла Даша. – И с нами будет профессор Гвоздиков… Ой, Сонечка, тебе там очень понравится!

Через час довольно большая толпа собралась за зданием столовой – перед тропинкой, которая вела к горным склонам. Были и Зоя с Луизой Карловной, и Геля с Ниной Петровной.

Наконец пришел Николай Акимович. Его сопровождали Юра и Батыржан. Даша вспыхнула вся, увидев Юру, но он только помахал ей издалека рукой. Сердце у нее оборвалось… «Значит, его слова не надо было принимать всерьез, – подумала она. – И никакое это не свидание вовсе!»

– Ты чего, Дашка? – с удивлением спросила Зоя. – Только что была веселая и даже на месте подпрыгивала от нетерпения, а теперь скуксилась?

– Да, что случилось? – поддержала ее и Геля.

– А, ерунда… – стараясь принять непринужденный вид, пожала плечами Даша. – Наверное, просто не выспалась.

Тут все собравшиеся двинулись в путь, и стало не до разговоров. Сначала все шли вместе, и Соня чуть ли не на каждом шагу оглядывалась на младшую сестру и поторапливала ее, а потом перестала беспокоиться. Дорога была такой красивой – тропинка вилась посреди деревьев, за которыми блестело море, пели птицы и дул легкий свежий ветерок. Заблудиться здесь было невозможно, поскольку дорога была одна, и весь окружающий пейзаж навевал безмятежное спокойствие.

– А завтра катер к нам в бухту зайдет, – сообщила Зоя, которая была всегда в курсе событий. – Сюда, говорят, каждые десять дней катер заходит, чтобы, значит, покатать желающих… Морская прогулка на полдня!

– Сонька не поедет, – нахмурилась Даша. – У нее морская болезнь. Наверное, меня она тоже не отпустит…

– А вдруг отпустит? Я попрошу бабушку, чтобы она с ней поговорила! – воскликнула Геля.

– Ну, не знаю… – уныло пробормотала Даша. Юра шел где-то далеко впереди и даже не оглядывался назад.

Скоро вся процессия оказалась у подножия большой горы.

– Вот, уважаемые господа, мы находимся у главного входа в так называемые пещеры Аймун, – громко провозгласил Николай Акимович. – Сейчас я раздам вам фонарики и попрошу вас держаться поблизости от меня. Дело в том, что разветвленная сеть подземных коридоров, которая находится под горой, еще недостаточно изучена, и потому неопытный человек может там легко заблудиться. Прошу за мной…

Все робко затопали вслед за ним, под каменные своды.

– Ой, мне уже страшно… – прошептала Геля, держа за руки подруг.

– Да ну, ничего особенного! – засмеялась Зоя. – Вспомни, катиться в черной трубе было гораздо страшнее!

Внутри, у входа, было довольно светло, так что фонарики были пока без надобности – свет шел сквозь каменную арку.

– О скифах мы прежде всего знаем от древнегреческого историка Геродота, – сообщил Николай Акимович, стоя в центре пещеры. – Причем археологические исследования подтверждают его слова. Скифы-кочевники жили в кибитках, а конь и бранные потехи определяли их быт. В своих набегах скифы доходили до Египта, разрушали крепости и города, победно отражали вражеские нашествия, и даже закаленное персидское войско терпело от них поражения… Как я вам говорил, только предательство верховного жреца помогло врагам победить храбрую царевну. Надо сказать, что место захоронения Аймун весьма нестандартно, поскольку скифы хоронили своих вождей в степях, в огромных курганах.

– А чем они питались? – вдруг спросила Луиза Карловна. – Все-таки интересно, что употребляли в пищу эти люди…

– Извольте, дорогая Луиза Карловна, я вам отвечу, – любезно поклонился Гвоздиков. – Главной пищей скифов были конина и кобылье молоко.

– Какая гадость! – прошептала Геля, скривившись. – Нет, не хотела бы я жить в те времена.

– Ну, это еще не самое худшее, – философски заметила Даша. – Некоторые люди и сейчас едят что-нибудь невообразимое. Например, сушеных кузнечиков…

– Вы что, издеваетесь! – возмутилась Зоя. – Я, между прочим, только что позавтракала!

– Пройдемте в следующую пещеру… – отправился дальше профессор Гвоздиков. – Так, господа, попрошу соблюдать особую осторожность и не отходить в сторону!

– А если громко крикнуть, потолок обвалится? – спросил кто-то любопытный.

– Здесь – нет, но дальние галереи весьма небезопасны в этом отношении. Поэтому попрошу воздержаться от чересчур громких звуков, – вежливо ответил Гвоздиков.

– А я лучше вообще ничего говорить не буду, – едва слышно прошептала Геля. – Очень я боюсь обвалов! Если вход завалит, то мы никогда отсюда не выберемся!

– Да ну тебя, Гелька! – засмеялась Зоя. – Мне кажется, профессор нас специально немножечко пугает, чтобы было интереснее. И, потом, если бы на самом деле тут было так опасно, то вход давно бы заколотили!

– Дарья, ты где? – встрепенулась Соня. – Будь все время поблизости!

– Сонечка, я и так от тебя не отхожу… – печально вздохнула Даша. Чем дальше группа отдалялась от главного входа, тем темнее становилось. Все включили фонарики, и по каменным древним сводам пещеры запрыгали лучи света, перекрещиваясь друг с другом.

– «Здесь был Вася…» – прочитала Зоя надпись на стене. – Ой, неужели это скифы написали?

– Какие еще скифы! – засмеялась Даша, освещая пространство вокруг себя фонарем. – «Вован, Толик и Рыжий тусовались тут. ЦСКА – мазило!» Нет, это вполне современные люди написали…

– Так, дальше мы не пойдем, остановимся здесь! – сообщил профессор. – Осторожнее, не споткнитесь, тут растут сталактиты и сталагмиты – так называют эти известковые сосульки, которые образовывались много тысячелетий подряд, еще задолго до нашей эры.

– Какой здесь странный воздух, – принюхалась Нина Петровна. – Как будто в музее…

– Очень точное наблюдение! – обрадовался Николай Акимович. – Уважаемые дамы и господа, прошу обратить внимание на совершенно особый воздух и влажность в этих пещерах – они на протяжении веков не меняются. Мы, можно сказать, находимся внутри консервной банки…

– Как шпроты в масле… – зачарованно прошептала Геля.

– Это совершенно особые условия, и даже мусор, брошенный здесь… – Профессор брезгливо отшвырнул от себя бумажную обертку. – …даже мусор не подвержен разложению, он пролежит в таком виде еще несколько тысяч лет, не меняя своей структуры.