В объятиях графа - Элизабет Хойт

Граф спустился по крутому берегу в воду. Грязный ручей закручивался вокруг его бедер, когда он шел вброд к испуганной овце. Он склонился над животным, убирая ветки, которые удерживали ее. Его широкие плечи блестели от пота и потеков навоза.

Крик раздался со стороны наблюдающих мужчин. Овечка была свободна, но, торопясь убежать из ручья, она оттолкнула графа, который погрузился в гейзер грязной воды. У Анны перехватило дыхание, и она подалась вперед. Собака графа металась по берегу взад-вперед и неистово лаяла. Лорд Свартингэм появился из бурного потока подобно Посейдону, вода стекала вниз по его торсу. Он улыбался, отводя с лица прилипшие волосы: лента, удерживавшая их, потерялась в ручье.

Пес все еще лаял, выражая свое неодобрение всей процедурой. Тем временем фермер и его родственники вертелись вокруг, задыхаясь от смеха и с силой хлопая по коленям. Они все чуть ли не катались по земле в своей развязной манере. Анна вздохнула. Очевидно, аристократ, ныряющий в воду, представлял собой самое забавное зрелище, которое они когда-либо видели. Мужчины иногда приводили ее в сильное недоумение.

– О, милорд! Наверное, трудно удержать столь норовистую девушку? – прокричал один из мужчин.

– Нет, приятель, ей просто не нравится ощущение его руки на ее заднице. – Фермер сделал красноречивый жест, который заставил мужчин снова покатиться от хохота.

Граф засмеялся, но кивнул в сторону Анны, напомнив им таким образом о ее присутствии: мужчины прекратили свои шутки, хотя и продолжали посмеиваться. Граф поднял обе руки, чтобы утереть воду с лица. У Анны перехватило дыхание, когда она его увидела. Он завел руки к затылку, отжимая воду из волос. Его мышцы выступали четким рельефом. Солнце подсвечивало согнутые руки, грудь и черные волосы в подмышках, которые завивались от влаги. Ручейки грязной воды, смешанной с кровью овечки, сбегали по груди и плечам. Бриджи с заниженной талией прилипли к бедрам, обрисовывая выпуклость его мужественности. Во всей этой картине виделось что-то языческое. Анна задрожала.

Граф подошел вброд к берегу и с помощью сына фермера выбрался из ручья. Анна взяла себя в руки и поторопилась к нему с одеждой. Граф воспользовался своей тонкой батистовой рубашкой в качестве полотенца, а затем набросил плащ на обнаженную грудь.

– Ну, Дербин, надеюсь, ты позовешь меня и в следующий раз, когда не сможешь справиться с самками.

– Да, милорд. Мои благодарности за то, что вы помогли нам вытащить их. Не помню, когда я видел больше брызг.

Эта реплика вновь вызвала взрыв смеха, затихший лишь незадолго до того, как граф и Анна смогли уехать. К тому времени, когда они сидели верхом, граф дрожал от холода, но не показывал и признака спешки.

– Вы умрете от простуды, милорд, – сказала Анна. – Пожалуйста, поезжайте в Эбби без меня, мы с Дейзи только задержим вас.

– Я в полном порядке, миссис Рен. – Граф сжал зубы, чтобы они не стучали. – Кроме того, я не хочу лишаться вашей приятной компании даже на минуту.

Анна пристально посмотрела на него, так как знала, что он язвил.

– Вам незачем доказывать, насколько вы мужественны, хватая ангину.

– Так вы считаете меня мужественным, миссис Рен? – Он ухмыльнулся, словно наглый юнец. – А я уже начал думать, что сразился с вонючей овцой за просто так.

Анна не удержалась от замечания:

– Я не знаю случая, чтобы землевладельцы помогали своим арендаторам таким образом. Это довольно необычно.

– О, конечно, необычно, – ответил он. – Я полагаю, что большинство пэров просиживают в Лондоне, в то время как их управляющие руководят делами в поместьях.

– Тогда что побудило вас полезть в грязную воду за этой овцой?

Граф пожал влажными плечами:

– Мой отец учил меня, что землевладелец должен знать своих арендаторов и то, что они делают. – Он снова пожал плечами и улыбнулся ей довольно иронично. – И мне нравится сражаться с овцами и тому подобное.

Анна подавила улыбку.

– Ваш отец тоже сражался с овцами?

Наступило молчание, и она на мгновение испугалась, что задала слишком личный вопрос.

– Нет, я не помню, чтобы он так вымазывался. – Лорд Свартингэм посмотрел на дорогу впереди. – Но он не отказывался идти вброд по затопленному полю или наблюдать за сбором урожая осенью. И он всегда брал меня с собой, чтобы я присматривал за людьми и за землей.

– Он, должно быть, был замечательным отцом, – пробормотала она. «Вырастил такого замечательного сына».

– Да. Если бы я оказался хотя бы наполовину таким же хорошим отцом своим собственным детям, я был бы доволен. – Он посмотрел на нее с любопытством. – У вас были дети в браке?

Анна опустила взгляд на свои руки. Они сжимали поводья.

– Нет. Мы были женаты в течение четырех лет, но Бог не вознаградил нас детьми.

– Я сожалею. – Но в глазах графа, казалось, не мелькнуло ни тени сожаления.

– Также и я, милорд.

«Каждый божий день».

После этого они молчали до тех пор, пока на горизонте не показался Рейвенхилл-Эбби.

Когда Анна прибыла домой в тот вечер, Перл, одетая в старое платье маленькой горничной, сидела в кровати и ела суп с помощью Фэнни. Она все еще выглядела осунувшейся; волосы, убранные с висков тонкой ленточкой, открывали бледное лицо. Анна приняла на себя обязанности по уходу за больной и отправила Фэнни вниз заканчивать приготовление ужина.

– Я забыла поблагодарить вас, мэм, – сказала Перл застенчиво.

– Все в порядке. – Анна улыбнулась. – Я надеюсь, вы скоро поправитесь.

Перл вздохнула:

– О, мне просто нужно немного отдыха, по большей части.

– Вы отсюда или оказались здесь проездом, когда заболели? – Анна предложила ей кусочек говядины.

Перл медленно разжевала и проглотила.

– Нет, мэм, я пыталась вернуться обратно в Лондон, где я живу. Джентльмен привез меня сюда в красивой карете, обещая хорошо устроить.

Анна подняла брови.

– Я думала, что он собирается поселить меня в маленьком доме. – Перл расправила простыню под своими пальцами. – Я старею, вы понимаете, и не знаю, сколько смогу еще работать.

Анна продолжала хранить молчание.

– Но он просто надул меня, – сказала Перл. – Я понадобилась ему для вечеринки с несколькими друзьями.

Анна долго думала, что бы сказать.

– Я сожалею, что он обманул вас, пообещав работу.

– Да. Но это даже не самое худшее. Он хотел, чтобы я обслужила его и двух его друзей. – Уголки рта Перл опустились вниз.

– Двух друзей? Вы хотите сказать, что должны были э-э… развлекать трех джентльменов одновременно? – слабо спросила Анна.

Перл скривила губы и кивнула.