Счастье в подарок - Кэрол Мортимер

Слабые протесты Энди замерли, когда Дариус сжал ладонями ягодицы и приподнял ее над полом. Энди знала: все, что происходило до сих пор, неизбежно вело к следующему шагу, к этому самому моменту. Она обвила его торс ногами, и твердый горячий ствол уперся в пульсирующую ложбинку между ног. Прижав ее к себе, медленно, ритмично двигая бедрами, он сделал несколько шагов и опустился на диван. Сидя на коленях лицом к нему, Энди по-прежнему крепко обнимала лодыжками его бедра. Они не прерывали жадных поцелуев, только Энди нетерпеливо ерзала, стараясь усилить контакт с возбужденным членом, и, обхватив руками за шею, перебирала пальцами жесткие темные кудри. Она застонала, когда язык Дариуса проник в глубь рта, двигаясь в ускоряющемся ритме, а опытные пальцы одним движением расстегнули лифчик под пуловером. Дариус накрыл ладонями грудь. Энди непроизвольно прогнула спину навстречу его пальцам, легко игравшим чувствительными сосками. Ее захлестывали жаркие волны наслаждения.

— Это придется снять. — Дариус через голову стянул с нее пуловер и отбросил в сторону. За пуловером последовал лифчик. Его глаза потемнели и зажглись страстью, когда он впился взглядом в обнаженное до пояса тело. Бесконечные физические тренировки довели ее маленькую грудь до совершенства, и Дариус дрожал от возбуждения, сжимая ладонями нежные заостренные кверху округлости прежде, чем прильнуть к ним губами. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы сдерживать себя. Дариус хотел ласкать Миранду долго, медленно и нежно, доводя до исступления, чтобы она отбросила все сомнения: они должны и будут встречаться снова.

Поочередно захватывая губами и теребя языком набухшие соски, он был вознагражден тихими, мяукающими звуками, срывавшимися с губ Миранды. Ее пальцы впивались в плечи, тело выгибалось ему навстречу, требуя большего. Движения Дариуса становились резче, быстрее, жестче. Он издал низкий горловой звук. Возбуждение нарастало, требуя разрядки.

Энди совершенно потерялась в чувственной эйфории от прикосновений рук и губ Дариуса, ласкавших грудь, от ритмичного напора длинного твердого члена. Она жаждала принять его в себя.

— Дариус, я хочу… еще. — Она с нетерпением ждала, чтобы он погасил жар и унял пульсирующую сладкую боль между ног. — Пожалуйста…

Дариус поднял голову, прервав на секунду ласки.

— Скажи, чего ты хочешь, Миранда? — потребовал он и хрипло повторил, не услышав ответа. — Что мне сделать?

Она прерывисто дышала, беспомощно ловя взгляд горящих страстью, янтарных глаз.

— Слова, Миранда, — настаивал он. — Я должен услышать твои слова.

— Не могу… — Она нервно облизнула сухие губы.

— Говори!

Энди на секунду закрыла глаза.

— Возьми меня, — простонала она жалобно. — Мне больно, Дариус.

— Где?

— В груди… между ног… везде, — торопливо прошептала она и замолчала, когда он приподнял ее, уложил на диван и начал расстегивать молнию на джинсах. Тут Энди вспомнила и запаниковала. Она схватила его за руки, чтобы остановить.

— Я уже знаю о шрамах, Миранда, — тихо сказал он.

Энди замерла, почти не дыша, глядя широко открытыми, испуганными глазами.

— Как ты узнал?

— Логика. — Дариус осторожно освободил руки, продолжая раздевать ее. — Ты получила серьезные травмы, когда поскользнулась и упала.

— Я не… — оборвала себя Энди. Какой смысл настаивать, что падение не было случайным? Никто не поверил ей. Не хватало только, чтобы Дариус считал ее завистливой истеричкой.

— Потребовалось несколько хирургических операций, — продолжал он. — А если вспомнить, что сказала Тиа Белами о длине твоего платья, нетрудно сделать выводы.

Во время разговора Дариус успел стянуть с нее джинсы и отбросить в сторону. От волнения у него перехватило дыхание: на Миранде остались только тоненькие кружевные трусики, не скрывавшие золотистых кудряшек лобка. Но он также увидел шрамы высоко на внутренней стороне бедра. За четыре прошедших года сделанные скальпелем надрезы затянулись и побелели, но все еще были отчетливо видны. Энди пыталась прикрыть их ладонями.

— Они уродливы.

— Они часть тебя, как следы от ранений. — Дариус наклонил голову и прижался губами к тонким полоскам.

— Дариус! — задохнулась Энди.

— У всех нас есть шрамы, — шептал он, продолжая нежно целовать ее. — Некоторые видимы, некоторые — нет. Незаживающие травмы нашего прошлого.

В голосе Дариуса слышалась боль. Вспоминая разговор двоих братьев, нетрудно было догадаться, что она связана каким-то образом с отцом-мерзавцем, как назвал его Ксандер…

Энди ахнула, забыв обо всем, когда Дариус, зацепив большими пальцами полоску трусиков, медленно, но уверенно стянул их вниз. Он развел ее ноги в стороны и встал на колени, шире раздвинув бедра. Щеки Энди жарко вспыхнули.

— Ты прекрасна, — сказал он охрипшим голосом и, не сводя с нее горящих глаз, нетерпеливо скинул и отбросил в сторону футболку.

Энди сразу забыла смущение при одном только взгляде на обнаженный загорелый торс, на рельефные мышцы широких плеч и груди, покрытых мягкими темными волосами, плоский живот без единого грамма лишнего жира — результат частых занятий в тренажерном зале. Вот кто действительно был прекрасен!

— Хочу узнать твой вкус, Миранда, — пробормотал он, вытягиваясь на диване так, что плечи оказались между ее бедрами.

— О господи, — простонала Энди, чувствуя, как его язык коснулся влажной плоти. Она не удержалась, чтобы не глянуть вниз на его лоб — смуглый на фоне ее бледной кожи, на прикрытые веки, тень от густых ресниц на четком рисунке скул. Она запустила пальцы в темные волосы, готовая умереть от наслаждения, которое дарили его губы и язык.

— Дотронься до меня, Миранда, — попросил он, вставая перед ней на колени. Дариус расстегнул молнию джинсов и стянул их.

Энди пришла в невероятное возбуждение при виде мощной эрекции. После секундного колебания она сомкнула пальцы на длинном пенисе, удивляясь нежности кожи вокруг стального жезла. Инстинктивно ладонь скользнула вниз и вверх, следуя ритму, который задавал язык Дариуса.

— Жестче, Миранда, — прохрипел Дариус. — Быстрее.

Почти задыхаясь от приближающегося оргазма, Энди послушно ускорила темп. Дариус продолжал ласкать языком и губами чувствительный бугорок и одновременно проник пальцем глубоко в лоно, доводя Энди до вершины экстаза. На мгновение она словно замерла в высшей точке и содрогнулась в калейдоскопе ощущений, эмоций, ярких огней.

Она почувствовала, как под ее ладонью Дариус напрягся и присоединился к ней в бурном финале. Несколько минут он лежал в блаженном изнеможении, не в силах двинуться, и наслаждался легкими движениями пальцев Энди, перебиравших его волосы.

Дариус никогда не испытывал ничего подобного по силе и глубине ощущений. Впервые он не смог контролировать себя в любовном акте и при этом достиг самого потрясающего оргазма в жизни.