Гламуру вопреки - Карен Ямпольски

— Твой друг? — спросил Ричард.

— Раньше жили вместе, — ответила я. — Ну, мне пора. До связи, — обронила я на прощание, после чего выскользнула из будки, оставив разочарованную рок-звезду в одиночестве.

Чувствуя себя полноправной королевой всего мира, я присоединилась к Жерару и, уже мало что соображая, протянула пустой бокал. А почему бы и нет? Я воссоединилась с самым лучшим любовником в своей жизни, а вдобавок раздобыла лакомый кусочек для журнала.

— Повторить, однозначно! — ликующе воскликнула я. — Надеюсь, ты в курсе, что я только что отшила ради тебя самого Ричарда Руиза.

— Молодец! — похвалил меня Жерар, возвращая мне уже наполненный бокал.

Мы, рассмеявшись, чокнулись, когда к нашему тосту вдруг присоединился третий бокал.

— Я тоже за это выпью, чем бы это ни было, — произнес незнакомый голос. Он принадлежал Рори Беллмор, некогда, еще в детстве, игравшей в кино. Сейчас этой чернокожей красавице было немного за двадцать. Кожа ее излучала золотистое сияние, а глаза горели, как изумруды.

— Привет, — вымолвила я в легком замешательстве. Признаться, я была поражена близостью такой яркой «звезды». Она славилась бурным участием в ночной жизни города, хотя еще ребенком прошла курс лечения в реабилитационной клинике.

— Привет, — отозвалась она с широкой, дружелюбной улыбкой, забрасывая косички за плечо. — Я так давно хотела с вами познакомиться. Просто чтобы сказать, что «Чики» — прекрасный журнал. Я ваша подписчица.

— А я большая поклонница ваших работ, — сказала я. И не соврала. Я считала, что она, в отличие от типичных избалованных детишек Голливуда, часто шла на риск на протяжении своей карьеры.

— Пока я лечилась, я много писала. Мне это до того понравилось, что я даже подумывала открыть свой собственный журнал, — сказала она. — Но когда я вышла из клиники, подвернулась интересная роль. А потом еще одна… Ну, в общем, вы поняли, — чуть застенчиво рассказывала она. — Но я по-прежнему изредка пописываю. Может, вы как-нибудь взглянете на мои тексты?

Я ушам своим не верила. Знаменитость искала одобрения у человека, не имевшего к ее индустрии ни малейшего отношения. За те годы, что я брала интервью у актеров, я убедилась в том, что их абсолютно не волнуют вещи, которые не могут поспособствовать карьерному росту или улучишь их имидж. И интерес Рори к чему-либо, кроме кино, мигом меня к ней расположил.

— Разумеется, — согласилась я. — Я с радостью почитаю ваши тексты.

— Спасибо, — сказала она. Похоже, она действительно была мне признательна.

Мы с Рори разговорились и провели вместе остаток вечера: мы болтали о том о сем, смеялись, обсуждали наши общие любимые группы (как выяснилось, она тоже увлекалась музыкой). Но меня особенно порадовало то, что Ричард Руиз не сводил с нас глаз до самого окончания вечеринки. А опечалило меня то, что Джо тоже на нас почему-то таращился.

К трем часам я уже с трудом стояла на ногах от усталости и обилия джина в крови. Я оглянулась в поисках кого-нибудь, кто мог бы проводить меня домой. Джо отвел взгляд и о чем-то увлеченно заговорил с барменом. Жерар танцевал. Сара с Тасо зажимались на лавке у стены. Я также краем глаза заметила, что Ричард Руиз занят поцелуем с Игрушечным Блондинчиком.

— Мне уже пора, — наконец-то сказала я Рори. — Я безумно рада нашему знакомству.

— Может, сходим куда-нибудь на днях, — предложила в ответ Рори. Она сказала это с такой интонацией, что мне пришла в голову мысль, не клеит ли она меня. Я, кажется, где-то слышала, что она «би»…

И в тот момент я окончательно поняла, что она мне нравится. Очень. Нравится до такой степени, что я хочу ее поцеловать. А почему бы, собственно, и нет? Я вновь вспомнила слова Ричарда: дескать, привлекает человек, а не пол и не «ярлык», — а в следующий момент уже поняла, что мои губы робко касаются губ Рори. Она агрессивно откликнулась на поцелуй, и наши языки переплелись примерно на полминуты. Я испытывала настоящее блаженство от внимания окружающих — в особенности Ричарда.

— Я тут недалеко живу, — сказала Рори, когда наши губы наконец разомкнулись. — Хочешь…

— Ага, — игриво ответила я. В моей пьяной голове звучало только одно: а почему бы и нет? Ярлык, не ярлык, но если Ричард Руиз может быть бисексуалом, то и я как-нибудь управлюсь. К тому же я так измоталась на работе, что была уже готова на любой вид досуга. — Подожди минутку: я попрощаюсь со своими друзьями.

Я, покачиваясь, прибрела к Capo и Тасо, которые, судя по всему, собирались предаться страсти у всех на глазах.

— Мы отведем тебя домой, а потом поедем домой на такси, — сказала Сара.

— А я не еду домой, — сказала я. — Я останусь у Рори Беллмор.

Сара изумленно выпучила глаза.

— Так, что там у вас происходит? Я видела, как вы лапали друг дружку…

— Ну, не знаю, — сказала я, прикидываясь эдакой непослушной девчонкой-хулиганкой. — Мне она понравилась. Она зовет меня к себе. Правда, она красотка?

— Джилл, — сказала Сара с нервным смешком, — ты, возможно, напилась. Но ты не лесбиянка.

— Почем тебе знать? Может, я «би», — сказала я, возможно, чересчур неуверенно.

— Потому что, — ответила Сара со вздохом, — я не видела другой девчонки, которая бы с таким азартом бегала за парнями. Ты не должна давать ей повода…

— Я и не даю. Все в порядке. Да и вообще: дело ведь в человеке, а не в половой принадлежности. А меня очень влечет к человеку по имени Рори Беллмор.

— Ну, ты уже взрослая девочка, — сказала Сара. Терпение ее было на исходе. — Я сдаюсь. Счастливо. Желаю удачно… Ну, чтоб все прошло удачно.

Когда они ушли, я бочком подошла к Джо. Он встрепенулся, отвлекшись от беседы с Майклом Масто.

— Я ухожу, — сказала я.

— Ладно, — ответил он с легкой обидой в голосе. — Доброй ночи, — пробормотал он, отворачиваясь. Тогда я не поняла, в чем дело, но вскоре мне предстояло узнать.

Между нами с Рори ничего не произошло, так как я отключилась, стоило нам зайти в ее просторный, шикарно обставленный лофт. И хорошо, что так вышло, ибо на следующее утро я уже не была столь уверена, что хочу заниматься любовью с девушкой. Хотя все-таки не исключала такой вероятности. В конце концов, предложение поступило от Рори Беллмор — одной из самых крутых знаменитостей, безотносительно к полу. Рори обронила, что ей нужно лететь в Лос-Анджелес на пару месяцев, так что у меня было время хорошенько обдумать возможность нашего следующего свидания. Не то чтобы я не хотела с нею видеться — нет, из нее получилась бы отличная подруга. Я просто не желала, чтоб она превратно истолковала мои поступки. Слова Сары, произнесенные прошлой ночью, все еще эхом отдавались в моем мозгу, пробиваясь сквозь туман и похмельную головную боль. Я не хотела давать Рори ложных надежд. Она была слишком хороша.

Но прежде чем я смогла сама удостовериться, кто же я: лесбиянка, «би» или еще кто, — за меня эту работу выполнил Майкл Масто. Три дня спустя, в среду, новый выпуск «Войс» украсил заголовок: