Все, что мне нужно - Джо Гудмэн

– Узницей? - переспросила Софи, сохраняя спокойствие. - Звучит довольно драматично, вы не думаете?

Но Истлин твердо решил не дать сбить себя с толку и оставил без внимания вопрос Софи. Взяв из рук леди Колли лампу, он пересек комнату и поставил ее на письменный стол, где заметил ее дневник, исписанный аккуратным каллиграфическим почерком. Он не позволил себе задержать взгляд на открытых страницах. Отвернувшись от стола, он подошел к камину.

– Ваша дверь оказалась заперта.

– Только не говорите мне, что я первая женщина, которая запирает от вас дверь своей спальни. - Кончики губ Софи дрогнули в ироничной усмешке.

Истлину немедленно захотелось чем-нибудь поддеть Софи. В ее манере держаться и самой ее позе он не заметил ничего нарочито вызывающего, но железное самообладание девушки бросало вызов, что и побудило маркиза задать следующий вопрос.

– Вам часто приходится принимать у себя визитеров в такой поздний час? - В голосе маркиза прозвучало искреннее любопытство.

– Вы обещали, что не отнимете у меня много времени, - упрекнула его Софи, не ответив на вопрос.

Но Истлин, в свою очередь, проигнорировал ее слова.

– Похоже, вы разыгрываете передо мной какой-то спектакль, - заявил он. - Подобное хладнокровие не так-то просто имитировать. Или вы выдающаяся актриса, новоявленная мисс Индия Парр, или же сама ситуация вам хорошо знакома и ваше сверхъестественное спокойствие - следствие опыта.

Выражение лица Софи по-прежнему оставалось безмятежным.

– Есть еще третья возможность, милорд.

– Да? Мне бы хотелось о ней услышать.

– Вам придется принять тот факт, что я сохраняю спокойствие, потому что спокойна по натуре. Я не отношусь к легковозбудимым особам.

– Нет. Вы определенно лжете.

– Прошу прощения? - Софи удивленно сощурила глаза.

Прислонившись плечом к стене рядом с камином, Истлин сложил руки на груди и принялся задумчиво разглядывать Софи. В золотом сиянии лампы лицо леди Колли отсвечивало золотом. Причудливая игра света, заставив сиять ее волосы цвета дикого меда, окружила ее голову нимбом, смягчила очертания скул и линию носа.

– У меня сложилось сходное впечатление во время нашей первой встречи, - пояснил Ист. - Вашему облику явно не хватало живости, веселости. Вас вполне можно принять за какой-нибудь редкий оранжерейный цветок. Орхидея, безусловно, прекрасна и притягивает взгляд, но подобную безупречную красоту невозможно созерцать долго, она утомляет.

Истлин поднял руку и, указав жестом на открывающийся из окна вид, продолжил:

– Встретившись здесь с вами, я убедился, что вы обладаете не только неземной красотой экзотического цветка. Вы далеко не так сдержанны и невозмутимы, как пытаетесь показать. - Ист тихонько засмеялся, видя, что Софи продолжает смотреть на него в упор, не обнаруживая желания ни бросить ему вызов, ни капитулировать. - Я никогда не поверю в ваше хладнокровие.

Софи не сразу заговорила. Она посмотрела в окно, затем на Истлина, удобно расположившегося у камина и откровенно ухмыляющегося, довольного тем, как ловко ему удалось разгадать ее мысли, и глубоко вздохнула:

– И все же я попыталась бы, но, к сожалению, не представляю, как это осуществить.

Тихий смех Истлина заставил Софи занервничать. Она поняла с опозданием, что невольно ответила на вопрос Истлина, показав, что ее самообладание является напускным, а ночные посетители не имеют обыкновения врываться в ее спальню.

– Почему бы вам не присесть, - услужливо предложил Истлин. - Нет никаких причин, чтобы вы терпели неудобства.

Леди Колли плюхнулась в кресло, стоявшее прямо за ее спиной. И как раз вовремя, потому что у нее подгибались колени.

– Вы обещали, что разговор продлится всего несколько минут, - напомнила она Истлину.

– Да. - Ист понимал, что ему следовало бы уйти, но запертая дверь вызвала целую уйму вопросов, и Истлин не мог оставить их без ответов. - Сначала я хотел бы узнать, почему ваша дверь оказалась заперта.

– Напрашивается вполне очевидный ответ - я передумала впускать вас и сама заперла дверь изнутри.

– Возможно, вы и передумали впускать меня, но вторая часть ответа не выдерживает никакой критики. Мне кажется, она выдумана.

Софи слегка покраснела, но твердо выдержала взгляд маркиза. Из леди Колли вышел бы неплохой партнер в карточной игре, если бы не ее предательский румянец, выдающий явный блеф, подумал Истлин.

– Вас не затруднит показать мне ключ? - попросил он.

– Я всего лишь предложила вам очевидный ответ, милорд, но я не говорила, что он верен, - пожала плечами Софи.

– Софи… - Ист лукаво прищурил глаза.

Леди Колли поразилась подобной фамильярности. В семье ее называли полным именем, отчетливо произнося все три его слога: Со-фи-я. Уменьшительное обращение считалось грубым, чуть ли не вульгарным. Но в устах Истлина оно прозвучало совсем иначе. Как-то интимно, или нет, решила Софи, испугавшись подобного толкования, скорее дружески. Да, дружески. И все же Софи не сдавала позиции:

– Не понимаю, какое отношение имеет к вам состояние моей двери, тем более замок на ней, ведь он не смог воспрепятствовать вам проникнуть в комнату.

Истлин не обратил никакого внимания на ее слова.

– Вы нигде не появлялись после нашего разговора в саду. По моим подсчетам, с тех пор прошло больше месяца. Мне кажется, ваше отсутствие в обществе свидетельствует о некотором нарушении ваших правил.

– Интересно, как вы смогли сделать такой вывод, после того как достаточно ясно дали мне понять, что я никогда не привлекала вашего внимания? Вам не было ни малейшего дела до того, как часто я появляюсь в обществе.

Ист заколебался, раздумывая над ответом, но в конце концов решил сказать правду:

– Я стал интересоваться вами после того, как кое-что узнал о вашем характере. И мне известно, что вы имели обыкновение каждый день отправляться на прогулку с детьми Дансмора. Раньше вы всегда сопровождали Дансмора и виконтессу на званые обеды или поэтические вечера. Вы изредка появлялись в «Олмаксе» или на спектаклях «Друри-Лейн».

Чувственные губы Софи сжались, превратившись в тонкую линию.