Трусики для ректора - Анна Леманн

Илья

Следующим утром мы с олененком приехали к ней домой. Ольгу слегка трясёт. Она боится реакции родителей, но сдаваться, не намерена. Я ее уже несколько раз спрашивал об этом. И каждый раз видел стойкий и уверенный кивок.

Перед тем как приехать, мы заехали в ювелирку и я выбрал на мои взгляд довольно милое колечко. Попросил дать мне самый маленький размер, так как пальчик моего олененка тоненький.

Кольцо я пошел выбирать без нее, чтобы сделать ей сюрприз. И он удался. Сколько радости было в глазах любимой, когда я одел на ее пальчик колечко. А еще я заслужил этим поступком очень долгий и сладкий поцелуй.

Знала бы она в том момент, как я хотел ее…

- Пошли? – спрашиваю ее, развернувшись на сидении и посмотрев на нее. Она вжалась в сидение и большими глазами смотрит на дом. – Олененок, я рядом! Ты мне веришь?

Она кивает и берет меня за руку. Крепко и не отпускает.

- Если ты будешь меня держать, то мы точно никуда не пойдем. Я могу одновременно выйти из машины и держать тебя за руку. Давай так, я выхожу их машины, открываю тебе двери и беру за руку и можешь больше не отпускать мою руку.

Подумав, она отпускает мою руку.

Выхожу из машины, открываю дверцу со стороны Олененка и поддаю ей руку. Она цепляется в нее и смотрит на меня испуганно.

- Оля, ну ты чего? Пошли! Там всего лишь твой папа! Он не съест тебя. – говорю я и вытягиваю ее из машины.

И как же я ошибался, потому что в доме был не только отец Оли и Анастасия, но и мои родители, которые завидев нас, сразу же прищурились, скрестив руки на груди.

- Доброе утро, сынок! – проворчала моя мама.

- Доброе утро! – ответил я, а Оля инстинктивно спряталась за меня. – Мама! Папа! Вадим Алексеевич! Анастасия!

- Оля, перестань прятаться за спиной мужчины и посмотри на нас. – спокойно произнес Покровский.

Олененок его не послушала и так и продолжила, стоят за мной, из-за чего вызвала улыбку на лице собственного отца.

- А где ей еще прятаться, кроме как за мной. – вмешался я – За мужчиной нужно быть как за каменой стеной. Да, олененок?

Мама улыбнулась, но быстро стерла улыбку со своего лица. Папа расслабился, поняв, что я сейчас чувствую себя так же неловко, как и они. Анастасия наблюдала за всем с безразличным выражением лица, которое наверно тренировала перед зеркалом несколько лет.

- Олечка, я не собираюсь ругать тебя. – начал Покровский – Мне просто интересно, как у вас так вышло? Ты мне не рассказывала о нем.

- И ты не рассказывал о том, что встречаешься с Олей. – поддержала Покровского моя мама.

- Я говорил, что встречаюсь с девушкой!- ответил я маме, приподняв бровь.

- Но ты мог сказать, что это Оля! – протестует мама и хмурит брови.

- Она была не готова! – защищаю я нас. –Что изменилось бы, если ты узнала раньше?

- Я бы… бы… - нахмурилась мама.

- Вер, он прав. Ничего бы не изменилось. – стал на мою сторону папа.

Мужская солидарность.

- Давайте пить чай с пирожными! – предложила трубку мира Анастасия.

Услышав голос мачехи, Ольга вышла из своего укрытия и посмотрена на всех виновато, пока не оказалась в моих объятиях лицом ко мне.

Не должна она себя чувствовать виноватой из-за того, что любит меня.

Она должна радоваться этому чувствую, как и я, а не думать о других.

Отныне в ее мире есть только я, а уж потом другие.

Да, я эгоист!

Но это моя девочка и имею право на нее и ее мысли!

- Ты такая красивая когда смущаешься… - приблизился к ее уху и прошептал – Кстати, в обмен на черные трусики, я взял твои лиловые. Они пока побудут в заложниках, пока ты не переедешь ко мне, со всем свои комплектом и не пополнишь коллекцию.

Олененок еще больше засмущалась.

Она как ребенок.

Требуется всего одно слово, чтобы вызвать в ней смущение, злость, улыбку и возбуждение.

- Пойдем пить чай, олененок! – произнес я и улыбнулся. – Наши родители жаждут получить подробности наших отношений.

Вначале за столом все сидели молча и смотрели на нас, не решаясь заговорить, дабы не напугать Олю. Ольга смотрела на всех по очереди и как будто ожидала подвоха.

Мы сидели рядом, что позволяло мне держать ее за руку пол столом.

- И с чего все началось? – задал вопрос мой отец, тем самым нарушив молчание.

Задумавшись, ответил:

- Когда-то Ольга сбила меня с ног, потом спасла котенка, которого я чуть не задавил, а затем мы встретились в медпункте, когда Оля порезала руку.

- Это ведь тогда, когда у нее был срыв! – поняла моя мама.

- Да. – печально улыбнулся я – Я не знал, кто она, пока не увидел ее на приеме у Покровского. В тот вечер Ольга облила меня вином, но быстро исправила это, подарив мне новую рубашку.