Плутовки - Бертрис Смолл

– У нее появляется ребенок, – тихо подтвердила Жасмин.

– Но ты любила моего отца! – запротестовал Чарли. – С тобой все было по-другому! Фэнси – красавица, беспомощная молодая вдова, не знающая нравов двора и короля!

– Фэнси – сильная молодая женщина, здравомыслящая и рассудительная! – возразила Жасмин. – Если он решит оставить ее при себе и она родит ему дитя, шансы на выгодный брак только увеличатся... а может, и нет. Но ты не сумеешь ничему помешать. Появление ребенка означает, что она плодовита. Всегда найдется поклонник, заинтересованный в подобном качестве. Кроме того, все гнусные сплетни, распространяемые Толливерами, рассеются, как утренний туман.

– Двор Моголов потерял в тебе великого стратега, матушка, – похвалил Чарли.

– Фэнси – вдова. Вряд ли она что-то потеряет от этой связи, – добавила Жасмин.

– Ты глава семьи, и король уважает тебя, – задумчиво ответил сын. – Как считаешь, ему требуется твое одобрение?

Жасмин рассмеялась.

– Когда это твой кузен требовал чьего-то одобрения? Он даже пошел против проклятой шотландской церкви! Ну, теперь ты знаешь столько же, сколько я, сын мой! Иди и дай поразмыслить, что надеть к сегодняшнему вечеру.

– Прошлой новью королевский паж явился за Бесс Трухарт, – сообщил герцог. – Думаю, случись что-то неладное, она вернулась бы в наши покои. Я оставил Барбару спящей. Пожалуй, поеду-ка поскорее, расскажу ей то немногое, что успел услышать. Ты навестишь нас после аудиенции?

– Разумеется! – кивнула Жасмин, – А теперь оставь меня, милый мальчик!

Она взмахом руки отпустила сына, и герцог поспешил к пристани, где ждала его личная барка. К другому концу каменного причала подходила барка из Гринвуд-Хауса. Герцог едва не покраснел, когда с маленького суденышка сошла его племянница в сопровождении Бесс.

– Доброе утро, дядюшка, – приветствовала Фэнси, проходя мимо. Бесс Трухарт почтительно присела, перед тем как побежать вслед за хозяйкой. Подняв глаза, герцог заметил свою дочь и Дайану, прилипших к окнам. Он почти слышал их взволнованные вопли, обращенные к кузине. Кровь Христова! Что, если дочь Фортейн окажет дурное влияние на девушек? Придется действовать с крайней осторожностью.

С этими мыслями он взошел на борт своего речного судна. Синара и Дайана слетели по главной лестнице еще до того, как Фэнси вошла в дом, и бросились к ней, визжа в два голоса.

– Расскажи! Расскажи поскорее! – хором умоляли они.

Но сзади раздался строгий голос бабушки, по-прежнему одетой в теплый халат.

– Нечего тут рассказывать! – отрезала она. – Фэнси, идем со мной. Синара, Дайана, успокойте себя прогулкой в саду. Оран принесла ваши накидки и будет сопровождать вас.

– Но, бабушка... – запротестовала Синара.

Жасмин взяла Фэнси за руку и повела наверх, подальше от кузин. Потом почти втолкнула девушку в ее комнаты, заперла дверь и, повернувшись, спросила:

– Ты легла с ним? Фэнси кивнула:

– Это было чудесно, бабушка.

– Прекрасно. Когда будешь готова поведать о своем приключении, я с радостью выслушаю.

– Он отвел мне покои в Уайтхолле! – воскликнула Фэнси. – Разве не чудесно?

– И ты будешь там жить?

– Не думаю, что это удобно. Сначала посмотрим, как будут развиваться события, – пробормотала девушка.

– Мудрое решение! Мы отошлем туда кое-какие вещи на всякий случай, но твой дом – Гринвуд, дорогое дитя. Ты завтракала?

Фэнси покачала головой.

– Я была слишком взволнована и поэтому сочла за лучшее подождать, пока не вернусь. Бесс как раз пошла на кухню.

– В таком случае оставляю тебя. Мне нравятся твои осмотрительность и благоразумие в этом деле. Жаль только, что не смогу удержать в узде твоих кузин и они, вне всякого сомнения, ворвутся сюда, как только узнают о моем уходе, – с улыбкой закончила Жасмин. Однако она не рассказала внучке о том, что король призвал ее во дворец. Чего бы ни хотел от нее король, это останется между ними.

Она расцеловала Фэнси в розовые щечки и ушла. Заворачивая за угол, Жасмин мельком увидела край алой юбки Синары и улыбнулась. Фэнси ничуть не удивилась, когда через несколько секунд дверь снова распахнулась и в комнату влетели кузины.

– Мы оставили Оран бродить в садовом лабиринте, – хихикнула Дайана.

– Что было? – допытывалась Синара, спеша перейти к делу. – Вы были с ним в постели? Тебе понравилось? Ты будешь его новой фавориткой?

– Мы любили друг друга. Это было чудесно, но его величеству решать, повторится это или нет, – ответила Фэнси, не уверенная, стоит ли рассказывать об апартаментах в Уайтхолле.

– Но это наверняка не все, – настаивала Синара.

– Если так и есть, я вовсе не собираюсь делиться с вами, – слегка улыбнулась Фэнси. – Видишь ли, Синара, плотская любовь – это дело личное, не терпящее пустой болтовни. Кроме того, ты еще девушка, и не думаю, что стоит распространяться о таких подробностях с невинной особой.

– Вздор! – отрезала Синара. – Женщины всегда сравнивают свои впечатления от любовников. Как еще узнать, что нравится мужчине, если не учиться у тех, которые уже все знают?!

– Моя мать всегда утверждала, что джентльменам не нравятся слишком осведомленные молодые особы. Они неизменно задаются вопросом, откуда у них подобные знания. Кроме того, король не обычный джентльмен. Я быстро потеряю его благоволение, если буду налево и направо рассказывать, что было между нами.

– Думаю, Фэнси права, – поддержала Дайана.

– Еще бы, – буркнула Синара. – Но я не собираюсь выходить замуж еще несколько лет! Хочу понять мужскую природу! Узнать самых разных мужчин. Теперь совсем не то, что было в юности нашей бабушки или леди Скай! Тогда умные богатые женщины могли пускаться в самые поразительные приключения и делить страсть с настоящими мужчинами! А мы? Нас заключили в тюрьму из приличий и правил! Представься ко двору. Флиртуй месяц-другой, а потом прими предложение джентльмена из хорошей семьи с равным или большим состоянием. Выходи замуж. Испорти фигуру частыми родами. И старей, старей, старей... До чего же все это скучно, противно, предсказуемо! Не желаю я такого существования! Хочу жить волнующе! Не будь мой отец кузеном короля, я сама бы попыталась соблазнить его величество! До чего же захватывающе – быть фавориткой повелителя!

– Молодым дамам нашего богатства и положения полагается вести именно такую жизнь, как ты описала, – возразила Дайана. – Поэтому мама и позволила мне жить у бабушки. Мне хотелось бы стать женой герцога или маркиза, в худшем случае графа. Иметь свой дом и детей, которые укрепят мое положение в семье. И у меня будет любовь, как у всех женщин в нашем роду. Мне вовсе не нужны те приключения, которые пережили тетя Индия или тетя Фортейн. И я не собираюсь покидать родину и родных из-за различий в религии. Мне нужен человек, который будет любить меня больше всего на свете и сделает все, чтобы я стала его женой! Вот что мне требуется!