Я не буду твоей - Ирина Давыдова

Вечер воскресенья я собралась провести за чашкой чая у телевизора.

Все домашние задания по учебе я приготовила на завтра, а потому можно было расслабиться. Я бы, конечно, в клуб сходила потанцевать, но у Маши было какое-то серьезное задание для универа, над которым она сидела уже битый час. Я не отвлекала подругу, понимая, что у нее учеба гораздо сложнее моей.

Заварив чай, я прошла в гостиную, где до сих пор на всю комнату разливался аромат моих любимых цветов. Кто-то бы подумал, что у меня специфический вкус, но лично я балдела от нежности ромашек и хризантем.

А вот розы я не выбросила. Поставила в вазу на кухне, хотя Эльмир и был против этого. Но я не собиралась слушать его пыхтения, ведь мне сделали подарок, почему я должна от него отказываться?

Присев на диван, подобрала под себя ноги и, нажав кнопку на пульте, включила телевизор. Но на экране картинку так и не заметила. Я снова осмотрелась вокруг и поняла, что раньше бы и не представила себя в такой жизни. Максимум — в общежитии, где стены красили в последний раз в советское время. Но я живу, Господи, страшно подумать, в своей личной квартире! Да, мне ее подарили, но она же уже моя. Да еще и с таким хорошим ремонтом. Сижу в гостиной, усыпанной цветами, и ощущаю себя едва ли не принцессой. Разве смела я в детстве о таком мечтать?

И все это благодаря Эльмиру. Но если раньше я могла его понять — он помогал мне, потому что я была ребенком. И то для меня было удивительно, зачем помогать чужому человеку. А вот что сейчас? Такие дорогие подарки, квартира, Мальдивы, украшение… и… цветы. Его реакция на цветы от поклонника. Неужели я ему нравлюсь? Но это же глупо — он красивый взрослый мужчин, и я… только-только достигшая восемнадцати лет.

Сделав глоток чая, я отставила чашку на столик и рванула в прихожую к большому зеркалу. Покрутилась, приподняла слегка халат, оценивая свои ноги, сдвинула немного на груди, потрогав кожу, и запахнула ткань обратно. Закусив губу, взглядом замерла на своих глазах в зеркале.

— Могу ли я нравиться такому мужчине, как Бекетов? А он мне?

Глупости! Что я несу, дурочка.

Погасив свет, вернулась в гостиную, снова залезая с ногами на диван.

Вообще не хочу думать об Эльмире как о возможном мужчине. Точно не после того, что я видела в клубе! Я же теперь буду всегда думать об этом. А мне это зачем?

Снова отпила ароматного чая и только бросила взгляд на экран телевизора, как услышала звонок в дверь. Удивилась, ведь никто не звонил, не предупреждал, что зайдет. Отставив чашку, пошла в прихожую. Свет включать не стала, решив сначала так глянуть на в глазок. Но там было темно!

Что за… стало немного жутко… я сжала руки в кулачки и вздрогнула, когда прозвенел еще один звонок.

На носочках я быстро прошла в комнату и, взяв телефон, набрала Эльмира.

— Малышка…

— Эльмир, послушай, извини, что отвлекаю, но у меня за дверью кто-то стоит, а на площадке темно, почему-то лампочка не горит, и я не знаю кто там.

— Мне тоже интересно, какого хрена у тебя на площадке не горит свет, — прорычал он, злясь на коммунальщиков, и уже тише добавил: — Это я звоню тебе в дверь. Можешь открыть.

Я с легкостью выдохнула. Словно камень с плеч упал.

Сбросив вызов, вернулась в прихожую, включила свет и, осмотрев себя в зеркале, с ужасом поняла, что я в одном халате. Плотнее запахнула полы, перевязала пояс и дрожащими руками щелкнула замок.

— Привет.

— Привет. Ты чего так испугалась? — его взгляд прошелся по моему наряду и тут же замер на глазах.

— Не знаю, я… Просто уже время такое. Я не ждала никого, а там еще и темно.

— Завтра пропистона всем вставлю. Держи, — он протянул небольшой бумажный пакет с эмблемой знаменитой в Киеве выпечки.

— Круассаны? — удивилась я и, открыв пакет, сунула свой нос. — Как вкусно пахнет.

— Чаем напоишь?

— А почему ты не в клубе? Сегодня же воскресенье, и ты там часто зависаешь.

— Не хочу в клуб, там шумно.

— А! Проходи, конечно, — я рукой показала, чтобы разувался и проходил в квартиру, а сама пошла на кухню, собираясь включить чайник.

Пока Эльмир мыл руки, я успела включить чайник, приготовить чашки с заваркой и выложить на тарелку выпечку.

— С чем круассаны? — поинтересовалась, когда мужчина вошел на кухню.

— С белой сгущенкой. Как ты любишь, — улыбнулся он, присаживаясь за стол.

— Спасибо. Они еще горячие.

— Естественно.

Кто бы сомневался. У Бекетова разве может быть иначе? Если он сказал испечь ему при нем, то так и будет. Он же своим грозным видом всех зашугает.

— Может, тебе кофе?

— Розочки могла и вышвырнуть из окна.

— Эльмир, кофе или чай? — сделала вид, что не заметила его слов, и снова уточнила по поводу напитка.

— Чай, как и тебе. Чем занималась?

— Телевизор смотрела, делать все равно нечего. С домашним заданием справилась еще днем.

Чайник закипел, и я разлила кипяток по чашкам.

— Держи, вот заварка, но нужно не переборщить. Добавишь чуть больше, будет горький, меньше — не ароматный.

Я присела сбоку стола и принялась заваривать чай для себя.

— А мне сделаешь? Хочу, чтобы вкусно, а то я сейчас быстро испоганю.

Я хмыкнула и, домешав все в своей чашке, подвинула ее к Эльмиру.