Шепот. Услышь тишину - Валентина Баева

«Где няня?», — на лице отразилось волнение, она прикусила губу, всматриваясь в меня.

«Не знаю», — честно ответил, любуясь блеском шоколадных волос.

«Что ты здесь делаешь?», — отступив от меня на расстояние вытянутой руки, Рита наступила на маленький осколок и, зашипев, отпрыгнула в другую сторону.

«Я говорил. Привел твоего сына», — ее растерянность сводит меня с ума. Выглядит, как пять лет назад.

«Что ты делал с моим сыном?».

Ее недоверие бьёт меня под дых, напоминая о прошлом. Ничего не может быть как раньше.

«Его обижали и порвали игрушку».

Рита не стала меня дальше слушать и направилась к двери. Я догнал ее только около мальчика. Никита резво рассказывал маме о прогулке. Я не успевал улавливать его движения, как Рита уже притянула мальчика к себе.

Я почувствовал себя лишним и ещё большим идиотом. Но что сделано, то сделано. Я просто молча стоял, наблюдая за чужой семьёй, о которой когда то мечтал. Словно все это было в прошлой жизни. На душе погано и самое ужасное, я сам завел себя в угол. Я ей не нужен, она предала наши чувства и теперь принадлежит другому. От этих мыслей внутри все напрягается и рвется.

Рита встала и повернулась ко мне, загораживая ребенка.

«Спасибо. Тебе нужно уйти. Больше не приходи. Нам нельзя видеться», — я стоял молча, вглядываясь в васильковые хрусталики. В них полно решительности и ещё чего-то, что мне не понять.

Она права. Затея была плохая. Нам лучше никогда больше не видеться. То, что я до сих пор люблю эту девчонку, ничего не меняет. Мне нужно выбросить всю эту ересь из головы, как и пять лет назад.

Кивнул Рите и вышел из стен, что давили на меня, не давая вдохнуть. Но на улице легче не стало. Мне все так же дерьмово на душе. Есть два варианта: ехать за выпивкой или в офис.

Надавил педаль газа, вырывая из-под капота рычание движка. А из головы не идут навязчивые мысли, что она не моя, любит не меня, горит в руках другого. Ее предательство превращается в пыль под тягостью чувств. А может и не было тогда ничего?

В офисе все корпели. Успел провести переговоры, что были ранее перенесены.

Работа помогала немного отвлечься, но не настолько, чтобы я не вспоминал о ней. Пройдет время и я забуду. Отцу обещал невесту и пора бы подумать о разговоре с Лизой.

Она должна понимать, что я ее не люблю, что обеспечу и огорожу от множества проблем, но она должна научиться быть кроткой и не лесть ко мне лишний раз.

Я должен отпустить Риту и принять Лизу. Не видеть первую и приблизить вторую.

Экран монитора давно в режим ожидания, а за окном темно. Толи я летал в облаках, толи задремал и видел сон на Яву, но появление Жеки заметил не сразу.

— Что ты здесь делаешь в такое время? — друг сел напротив и направил настольную лампу на меня.

— Пытаюсь забыться в работе. Много сделок предстоит совершить, — потёр переносицу и кинул взгляд в ночной сумрак в окне.

— Хотя бы не пытаешься бежать, как в прошлый раз.

В такие моменты я готов его придушить. Его прямолинейность сейчас не к добру.

— Я хочу сделать предложение твоей сестре.

Жека усмехнулся и кажется даже выругался.

— Ты сейчас шутишь? — я посмотрел на друга, который все воспринял как шутку.

— Нет, не шучу. Вполне серьезно.

— Значит снова бежишь. Но ты не любишь Лизу! Она не будет счастлива! Ты этого желаешь моей сестре?

— Я хочу Лизе счастья. Она давно влюблена в меня. Я смогу обеспечить ее. Смогу дать все, что она пожелает.

— Но не твою любовь, не твою верность. Сколько она сможет закрывать на это глаза? Она ещё маленькая и наивная. В голове одна романтика!

— Она способна сама принять это решение. Если захочет уйти, я отпущу.

— Круто, брат! Ничего не скажешь! Ты из ума выжил?

— Возможно. Может она сумеет…не знаю.

— Моя семья обязана слишком многим твоей семье, но я никогда не пожертвую счастьем сестры. Ты должен меня понять. Не делай этого! — Жека склонился над столом, подсвечивая свое лицо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Я не обижу ее.

— Это не в твоих силах, Ром. Ты любишь другую и уже давно.

Мне приходится согласиться с другом, но я пока не знаю иного выхода. Мы можем оба ошибаться. Мы не можем исправить прошлого и не можем знать будущего.

— А ты куда так вырядился? — только сейчас заметил белоснежную рубашку под клетчатым пиджаком, джинсы и чательно взлохмаченные волосы.

— На благотворительный вечер. Разве ты не приглашен?

— Возможно. В последние дни я сам не свой.

— Пойдешь? — Жека встал, поправляя свою прическу.

— По твоему прикиду можно решить, что там нас ждут горячие девчонки, — усмехнулся, увидев старого друга, который все чаще прячется под офисным клерком.

— И я обязан взять тебя с собой, потому что ты свою тачку мне не доверяешь.

Разве можно отказать другу, да и себе, чего кривить душой, в веселье?

Мы направились в сторону ресторана, снятого полностью для благотворительного вечера. Не помню точно с чем связана эта благотворительность, но уверен, что там будет куча толстых кошельков, вокруг которых кружат охотницы за лёгкими деньгами.

При входе мы внесли взнос, попав в разгар мероприятий. Жека уже приметил пару красавиц для вечера, который обещает быть не скучным.

Меня не привлекали конкурсы и выступления, потому что я пришел за конкретной целью — проветрить мозги. Здесь встретилось слишком много знакомых, что начинает напрягать. Проредив чековую книжку обогатив благотворительный фонд и порадовав журналистов, пора отсюда сваливать для продолжения вечеринки в более веселом месте.

Есть только одна загвоздка. Я потерял боевого товарища. Он просто затерялся среди столиков и вечно перемещающихся гостей. И пока я пытался высмотреть друга, увидел совсем иную картину, которую никак не планировал лицезреть.

Молодая девушка вышла на сцену в красном платье, которое смотрится как вторая кожа. Его разрез оголяет стройную ножку до самого бедра, да так, что не нарком задаёшься вопросом о наличии нижнего белья. Шпилька только подчеркивает изгибы, делая девушку грациознее. И я бы не узнал ее в маске, если бы не уникальный цвет глаз.