Как я тебя безгранично люблю - Яна Левитан

– Вот именно десять! Не слишком уж позднее время ты выбрала для визита к подруге?

– Мам, мне очень нужно.

– И ты думаешь я тебя отпущу?

– Мааа, ну не начинай. – простонала я.

– Значит так, либо ты мне сейчас рассказываешь куда ты идешь, либо ты сидишь дома! – командным тоном сказала мама и я вынуждена была подчиниться.

– Я действительно иду к Стасе. Честное слово! – решила я стоять на своем.

– Ночевать?

– Ночевать.

– Знаешь, материнское чутье подсказывает, что ты меня обманываешь. Видимо так оно и есть. Ну что ж, иди. Будь осторожна.

– Конечно буду, мама. – заверила я ее в этом и чмокнула в щеку.

Место, где должны были пройти гонки я искала долго. Причем следуя точным указаниям Трофима, я все время сворачивала в противоположную сторону и приходилось делать лишние круги. Наконец я вышла на трассу, где уже было большое скопление людей.

Я тут же начала высматривать Сокола. Увидела я его не сразу. Сначала пришлось протиснуться мимо в хлам пьяных мужиков, которые в открытую начали ко мне клеется, пока я не пригрозила им полицией. Они сразу же отступили. Затем длинноногие блондинки никак не хотели пропускать меня идти дальше. Видимо это группа поддержки, но меня это мало интересовало. Я лишь только махнула на них рукой и двинулась дальше. Наконец я заметила Сокола, но увидела не только его одного. Он стоял, обнимая за талию очередную пассию. На душе сразу стало как- то неприятно. Я уже хотела было развернуться и уйти, но твердо решила довести свое дело до конца и сделать все возможное, чтобы он не учавствовал в гонках. Мне было противно видеть, как Сокол обнимал ее, а когда он ее поцеловал, то пришла в бешенство. Видимо я ревную. Да, я ревную Сокола. Прекрасно! Не смотря на то, что у меня есть парень, я ревную! Жалкое чувство.

– До старта 15 минут! – крикнул кто- то и я поняла, что нет времени ждать, пока парочка насюсюкается и подошла к ним.

– Простите, что вмешиваюсь, но мне необходимо поговорить с Соколом. – осторожно начала я, обратившись почему- то к длинноногой шатенке.

Та, оторвавшись от Сокола, оглядела меня с ног до головы оценивающим взглядом. Я закатила глаза.

Ну не дал мне бог быть такой совершенной, длинноногой рыжей курицей и спасибо ему за это большое!

– Кто это? – спросила она Сокола.

– Это? Никто! – к моему удивлению ответил он ей.

– Мне нужно с ним поговорить! Будь добра, оставь нас на пару минут.

– С какой это стати. Ты вообще кто такая?

– Я тебя хотела об этом спросить!

– Я между прочим его любимая девушка!

– Любимая девушка или одна из любимых девушек? – на всякий случай уточнила я.

Девицу это не на шутку взбесило. – Сокол, что она себе позволяет?

– Спокойно, Инна, оставь нас всего лишь на пару минут. Ей нужно поговорить и я поговорю с ней.

– Ну ладно. – уступила рыжая и поцеловав Сокола, отошла к другой кучке собравшихся на просмотр гонок, народу.

– Чего ты здесь делаешь? – накинулся на меня Сокол.

– Не ори на меня! Я здесь только для того, чтобы не дать тебе учавствовать. – ответила я ему.

– Что? Ты хочешь попробовать уговорить меня от участия в гонке? Наивная! Топай отсюда, девочка. У меня скоро старт. – сказал Сокол и хотел было уйти, но я схватила его за руку, сама от себя такого не ожидая.

– Я не уйду отсюда.

– Послушай, я хочу гонять и я буду гонять! Ты зря тратишь на меня время.

– Эти гонки незаконны! Если вас поймают, то посадят.

– Не поймают, а следовательно не посадят.

– С чего такая уверенность?

– С того, что я всегда уверен в том, что говорю. Мне правда нужно готовиться, счастливо оставаться.

– Сокол, подумай! – взмолилась я. – Вдруг что- то сегодня пойдет не так. Вдруг ты пострадаешь?

– Гонка начинается! Прошу всех учавствующих занять свои места! – опять услышала я чей- то голос.

– Тебе лучше уйти отсюда. Зрелище не для слабонервных! – повторил слова Трофима Сокол.

– А почему свою рыжую курицу ты не выгоняешь? – не вытерпела я.

– Выражения выбирай! Она моя любимая девушка!

– Готова спорить, что одна из любимых девушек!

– Заткнись! – взревел Сокол и ударил меня.

Удар был настолько сильным, что я отлетела и ударилась обо что- то тяжелое. Во рту я тут же почувствовала привкус крови. Слезы зажгло от глаз. Он ударил меня! Сокол поднял на меня руку! Я ожидала всего, что угодно, но только не этого. Боли я совсем не чувствовала, только соленый привкус крови. Больше ничего.

Я посмотрела на Сокола. Тот стоял, словно сам не понимая, что натворил и смотрел на меня. Я увидела в его глазах сожаление, но он ничего не предпринял, что бы извиниться.

Я не жалела, что наговорила ему. Может быть я и получила по заслугам, но главное, я высказала ему все, что хотела. Жаль, что только не получилось отговорить от гонки, но я могу и сама учавствовать.

Не долго думая, я привстала с земли, отряхнулась и предварительно вытерев руками набежавшие слезы, подошла к молодому парню, который уведомлял о том, что начинается гонка.

– Красавица, ты чего здесь? – спросил он меня, уделяя особое внимание на мою разбитую губу.

– Я хочу учавствовать в гонке. – еле разлепив губы, проговорила я, чем вызвала огромное удивление парня.

– Девушкам запрещено учавствовать в подобном заезде.

– Но я хочу. Для девушек ведь принято делать исключение.

– Принято, но не в этот раз.

– Ну пожалуйста, я вас очень прошу. Всего лишь один заезд.

– Ты первая, кто хочет учавствовать в заезде. Водить умеешь?

– Немного. – сказала я. – Только я бы хотела учавствовать не за себя, за Сокола.

– Что? За Сокола? Да он лучший! Его нельзя заменить!

– Я его заменю! Будьте уверены!

– Что ж, выиграешь в этом заезде, выходишь в финал. Призовой фонд 200 тысяч. Финал состоиться через несколько недель. Ты к этому готова?

Разумеется я не была к этому готова, но в итоге ответила совсем по другому.

– Сокол, Сокол! – свистнул парень и жестом поманил Сокола к себе.

– Чего? У меня заезд! – проговорил Сокол, стараясь не встречаться со мной взглядом.

– Ты сегодня не учавствуешь!

– Тоесть как не учавствую? – удивленно уставился на меня Сокол.

– Эта, красотка, сегодня катается вместо тебя!

– Что она делает, катаеться? Ты больная? – обратился ко мне Сокол и с силой принялся трясти меня за плечи. – Какого черта ты делаешь? Ты водить не умеешь, хочешь разбиться?