Молодая жена - Долли Нейл

– Ты хочешь сказать, что самолет разбился? Где? Это известно? В море? – спросила она, стараясь унять дрожь в голосе.

– Нет, с самолетом все в порядке, – покачал он головой. – Он прибудет сюда через несколько минут. Но пилот прислал сообщение. Твой отец снят с борта в Пуэрто-Рико... неожиданный сердечный приступ.

– Когда следующий рейс на Пуэрто-Рико? Я должна лететь к нему. – И она сделала попытку подняться с кушетки, но Саймон удержал ее.

– Слишком поздно, Джули, его уже нет. Он умер прежде, чем они достигли Сан-Хуана. Его доставили в госпиталь, по врачи, к сожалению, ничего не смогли сделать.

Он ждет, что я буду рыдать... закачу истерику, подумала она отрешенно. Бедный Саймон. Как, должно быть, ужасно сообщать подобные новости.

– Я должна поехать, – тихо сказала она. – Там будет много дел... похороны. И я должна... увидеть его.

– Это невозможно, дорогая. Следующий рейс будет не раньше завтрашнего полудня. К тому времени, как ты попадешь туда, все уже будет закончено. В тропиках... – Он не стал продолжать.

Еще полчаса назад мягкость его голоса и нежность в глазах вознесли бы Джули в заоблачные выси. Теперь это не имело никакого значения: она сидела, молча уставившись куда-то вперед, ничего не видя перед собой.

– Да, я забыла, – нехотя кивнула девушка. – Они, по-видимому, похоронят его рано утром. Но Гизела... Я должна лететь к ней. Она, наверное, не знает, что ей делать. Шок...

– У меня есть знакомые, живущие там. Я попрошу их помочь Гизеле в оформлении необходимых документов и после похорон посадить ее в самолет, летящий на Барбадос. Я свяжусь с ними прямо сейчас, и это не займет много времени. Служащая аэропорта пока побудет с тобой.

Как только Саймон вышел, в комнате появилась хорошенькая девушка в униформе, держа поднос с рюмкой бренди.

– Выпейте это, мисс Темпл. Это поддержит вас, – мягко сказала она, заняв место Саймона.

– Я не чувствую никакой слабости, – сухо заметила Джули.

Девушка выглядела немного потрясенной, и Джули подумала, что ей, наверное, никогда раньше не приходилось иметь дело с людьми, оказавшимися в подобной ситуации, поэтому она не знала, как себя вести. Джули медленно пила бренди, надеясь, что девушка уйдет и оставит ее одну. Но девушка молча стояла рядом, не пытаясь выразить сочувствия по поводу обрушившегося на Джули горя. Наконец Саймон вернулся. Он поблагодарил девушку и ласково посмотрел на Джули.

– Я все уладил. Сейчас мы можем ехать домой.

По пути к автомобильной стоянке она увидела приземлившийся из Нью-Йорка самолет, на борту которого должен был прилететь отец.

– Я не знала, что у него было больное сердце, – с горечью проговорила Джули. – Он казался таким здоровым. Ему ведь было не так много лет.

Саймон ничего не ответил. Он помог ей сесть в машину и включил двигатель. Через несколько секунд они уже мчались по главной дороге.

Вернувшись в Роуз-Холл, Саймон не стал подъезжать к дому, а остановился у дороги, ведущей к коттеджу.

– Мне прислать к тебе маму?

– Нет, спасибо. Я хотела бы побыть одна, если ты не возражаешь. Извини меня за все это.

– Извинить... тебя... за что?

– О! Я причиняю столько лишних хлопот тебе и твоей семье...

– Моя дорогая девочка... – Голос его дрогнул, губы сжались. – Я вернусь позже.

Джули медленно вошла в коттедж и опустилась на кушетку. Ощущение нереальности происходящего не проходило, и ей казалось, что все происходит в каком-то страшном сне, от которого она никак не может пробудиться. Убитая горем и словно окаменевшая, она все еще сидела на кушетке, когда через час вернулся Саймон. Он принес успокаивающие таблетки и велел ей принять их и лечь спать.

– Хорошо, – рассеянно сказала она. – Знаешь, что странно? Иногда, когда отца не было рядом, я всегда боялась, что его самолет разобьется и я больше никогда не увижу его. Почему же на этот раз подобная мысль даже не пришла мне в голову?

Он вложил лекарство ей в руку.

– Выпей таблетки, пожалуйста. Они помогут тебе сразу заснуть, Джули.

Она умылась и почистила зубы. Потом села па край кровати и проглотила таблетки, запив их глотком воды. Переодеваясь в пижаму, она почувствовала, как сонное оцепенение медленно захватывает ее.

* * *

Когда она проснулась, у кровати сидел Саймон.

– Я думала, ты ушел, – пробормотала она.

– Это было вчера, Джули. Ты проспала больше суток. Тебе необходимо немного поесть. Еда на подносе в гостиной. Принести ее сюда?

Она протерла глаза. Голова была тяжелой, словно наполненная сырой ватой.

– Нет, спасибо, я оденусь и приду в гостиную.

Саймон разлил кофе, когда увидел ее, бледную и тихо, как тень, вошедшую в комнату.

– Ты не возражаешь, если я закурю? – спросил он.

– Нет, пожалуйста. Мне нравится запах сигар.

На подносе стоял куриный салат и что-то вроде мусса с орехами. Джули не чувствовала голода, но из вежливости съела все, что он принес.

– Как, должно быть, расстроилась твоя мама, – чуть слышно проговорила она. – Прошло не так много времени с тех пор, как умер твой отец. Воспоминания тех дней, наверное, снова нахлынули на нее. Мне очень жаль. Она была так добра ко мне.

– Она очень переживает за тебя, но, я надеюсь, что смерть отца уже меньше причиняет ей боль. Конечно, маме всегда будет не хватать его, но годы рубцуют рану. Память остается, а боль постепенно утихает, ведь прошло уже четыре года. – Он сделал паузу, затем продолжил: – Я получил телеграмму из Пуэрто-Рико о твоей мачехе. Она вылетит сюда завтра вечером. Я забронировал для нее номер в отеле «Калипсо-Риф». Если бы вы с ней были близки, мы приняли бы ее здесь. Но в данных обстоятельствах, думаю, будет разумнее, если она остановится в другом месте.