Магия твоего взгляда - Аманда Квик

К сердцу Халси подступил гнев, сразу же подавив страх.

— Я возмущен вашими замечаниями, сэр. Во всей Англии нет человека, который мог бы сравниться со мной, когда дело касается химических свойств наркотических веществ. Для этого потребовался бы новый Ньютон.

— Знаю. И это единственное, что тебя спасает. Поверь, когда я обнаружу, что появился новый Ньютон или кто-то другой с твоими талантами и умениями, вождь тут же прикажет тебя прикончить.

Халси в ужасе смотрел на Норкросса.

Тот достал из кармана золотую табакерку, изящным движением открыл ее и, сунув в нос щепотку порошка, втянул его. А потом улыбнулся своей медленной, страшной улыбкой.

— Ты меня понял, Халси? — тихо спросил он. Тон был угрожающим.

Сильные энергетические потоки захлестнули Халси, ударив по, и без того вибрирующим, нервам. Он уже был не просто напуган, его парализовал ужас. Под напором энергетики Норкросса у Халси так зачастил пульс, что он испугался и начал ловить ртом воздух.

Возникло ощущение, будто перед ним страшный монстр ночи, существо из кошмара. Логика подсказывала Халси, что это не вампир, не сверхъестественный фантом, а просто Норкросс, который использует свой странный талант наводить безотчетный страх. Но логика не помогла.

Халси не устоял на ногах, рухнул на колени и начал раскачиваться из стороны в сторону. Он услышал какой-то высокий душераздирающий вопль и понял, что этот звук исторгает его горло.

— Я задал тебе вопрос.

Халси знал, что должен ответить, но не мог. Лишь, стуча зубами, произнес:

— Д-д-да.

Норкросс, видимо, довольный реакцией, снова улыбнулся одними губами. Халси удивился, что не увидел клыков. Он понял, что оцепеняющий страх отступает, и обнаружил, что снова может дышать.

— Отлично, — сказал Норкросс, отправляя табакерку обратно в карман. — Я очень надеюсь, что ты меня хорошо понял. Вставай, дурак.

Ухватившись за край лабораторного стола, Халси с трудом поднялся.

Норкросс вышел и спокойно закрыл за собой дверь. Это спокойствие так же действовало на нервы, как дикое, хищное выражение, которое горело в его глазах минуту назад.

Халси подождал, пока пульс придет в норму, а потом опустился на стул.

— Все хорошо, — громко произнес он. — Можешь выходить. Он ушел.

Раздался скрип боковой двери, и в комнату осторожно вошел потрясенный Бертрам.

— Норкросс сумасшедший, — прошептал он.

— Да, я знаю. — Халси помассировал голову, чтобы унять боль.

— Как ты думаешь, какие шаги он собирается предпринять, чтобы Джонс не связал папоротник с тобой, отец?

Халси взглянул на сына. В двадцать три года Бертрам внешне казался зеркальным отражением отца, но являлся обладателем собственного уникального дара. Его способности в области воздействия на психику и научные интересы были несколько иными, но в лаборатории отец и сын дополняли друг друга. Бертрам был идеальным ассистентом. Однажды, с отцовской гордостью думал Халси, его сыну удастся совершить смелый прорыв в тайны сверхъестественного.

— Я не знаю, что он имел в виду. Важно то, что эти шаги, какими бы ни были, нам не помешают.

— Ты в этом уверен?

— Если бы они знали, что делать, мы с тобой были бы уже мертвы.

Халси встал со стула и подошел к клетке. Крысы не спускали с него злобных глаз. Это были новые животные, прежние сдохли на прошлой неделе. Халси взял пузырек и вылил его содержимое в поилку. Крысы бросились к воде.

— А все покровители такие неразумные? — спросил Бертрам.

— По моему опыту — да. Они все помешанные.