Женитьба Ночного охотника - Джулия Поздно

Как я могла согласиться остаться с этим человеком?

Неужели нужда и одиночество толкнули на подобное решение. В этом я очень сомневалась, а в душе, как будто я нашла согласие с этой догадкой. Все внутри противилось и беспокоилось о том, как быстро этот человек заявит на меня свои права.

Предчувствие не подвело. Кому придет в голову оставить человека в покое после потери сознания и возможной простуде. Температура, слабость? Нет! Не слышали.

Меня выдернули с кровати словно я была легким, практически невесомым перышком.

– Ты осмелилась открыть свой рот? – герцог цедил каждое слово больно сжимая мои плечи, двумя своими лапищами.

– Вы сейчас меня раздавите, тогда свадьбе точно не бывать! Никогда.

Особенно странным мне показалось, что мы действительно были знакомы. Его голос, одежда, все это находило отклик в моих уснувших или потерянных воспоминаниях.

– Зачем? – одно единственное, что смогла спросить, ощущая, как мужские пальцы продолжают впиваться в мои плечи.

– Ты не помнишь, как однажды у нас с тобой уже произошла подобная сцена. И ты меня ослушалась, не захотела внять моему приказу. И посмотри, чего ты добилась в итоге. Потеряла память, наплевала на людей, которые проявляли всегда о тебе заботу. Как ты думаешь почему родители тебя отдали мне?

– Разве люди могут приказывать внутри семьи, а тем более отдавать? – я недоуменно проговорила, рассекая босыми ступнями воздух, гуляющий над каменным полом.

Мало того, что мне действительно было неприятно и пробирал озноб от происходящего, так Лейз еще и удерживал мое тело в воздухе.

– За твой непокорный характер, неугомонность и неуемность духа, ты осталась лишена родительского покровительства.

Я же не они.

Всего лишь пошел на уступки ради личной выгоды. Вытребовав с них за тебя хороший откуп. Никогда младшая дочь не могла выйти замуж раньше старшей, а поскольку ты сплошное недоразумение, уродливая бородавка на теле рода Сейлнов, они с превеликим удовольствием избавились бы от тебя. Если бы не набег.

– Не правда, – я уверенно проговорила.

Мне надоело висеть в воздухе и не чувствовать под ногами опоры. Я надавила на мужскую широкую грудь, утонув кончиками пальцев в жестких металлических чешуйках украшающих столь устрашающую броню его доспехов, и оттолкнулась.

Герцог не стал меня больше удерживать. Мужчина с ядовитой ухмылкой расцепил пальцы. Мои плечи болезненно заныли, и я, обхватив себя руками, попыталась растереть кожу, чтобы избежать покраснений и синяков.

– Правда или нет решай сама. Только важно то, что мне повезло дважды. Они практически сразу погибли, от разбойного набега: твои отец, мать, сестра. Ты осталась единственной наследницей.

Я попыталась сосредоточиться. В голове витали образы разных людей, но общая картинка никак не желала складываться. Может мне нужно наведаться в графство Сейлнов? Дом, родные места, обязательно бы навеяли на меня воспоминания. Очень хотелось на это надеяться. Только разве герцог разрешит?

– Если я образумлюсь, – я решила прощупать почву, чтобы не разозлить раньше времени и немного усыпить его бдительность. – Вы не станете держать меня в роли пленницы?

Я почему-то не подумала, что маг его уровня, возможно умел читать мысли, но судя по его поведению, все подобные знания не были ему доступны, и я немного расслабилась. Уверовав в свой замысел. На сегодня мне показалось это вполне сносной идеей, поэтому и ухватилась за нее не раздумывая.

– Пленницы?! Нет, Олдриейн, не стану. У меня на тебя совершенно иные планы.

– Ты родишь мне наследника.

Вот так. Без особых церемоний и ухаживаний. Без воспоминаний и любви…

– Почему вы так уверены, что это будет мальчик? – не удержалась я от встречного вопроса ступая по тонкому льду его доброго расположения.

– Иначе быть не может! А если…

Я замерла в ожидании.

«Что, если это будет маленькая доченька?» – вертелось на языке, но проговорить в слух я не нашла в себе сил, боясь услышать в ответ нечто страшное.

Герцог не внушал доверия, как любящий и заботливый родитель.

– Ты будешь рожать до тех пор, пока он не появится.

Вот тут я действительно испугалась. При таком раскладе: я отсюда никогда не выберусь, а учитывая факт, что пол ребенка трудно предсказать, даже целительнице…

В глазах все поплыло и стало душно. Безнадега, заполнила сердце и затопила душу.

– Когда свадьба?

– Через месяц. В этот срок, добровольно ты разделишь со мной брачное ложе. Ты разве не рада? – ухмыльнулся мужчина.

– Почему не завтра?

– Ты должна добровольно вступить в этот союз, а сейчас я так полагаю ты не можешь дать свое согласие.

– Не могу, – я кивнула и еще отступила на шаг от мужчины.

– Я могу применить магию, заставить тебя, но есть несколько проблем. Без твоего добровольного согласия, отречения от прошлой жизни – ничего не получится.

Я не хотела забывать прошлое, которое и так мне сейчас было недоступно. Все это казалось безрассудицей. Но меня успокаивал тот факт, что ему важно мое участие.

– Только хочу предупредить, Олдриейн. Я не буду сидеть и ждать сложа руки, пока на тебя снизойдет озарение. Я ищу способы как это все обойти. В древней книге есть заклинание подавляющее волю. И как только я его раздобуду…

– Значит, я вам не нужна?

– Нет. Ни одна женщина этого мира не будет иметь власть над герцогом Тьмы. И ты не исключение.

А вот теперь можно было начинать волноваться, и максимально оттягивать время.

– Я поняла. А теперь могли бы вы меня оставить одну. И буду вам признательна, если вопреки решению герцогини, вы отдадите распоряжение: меня хотя бы напоить водой. Вряд ли исхудавшее чучело будет способно на деторождение. Вы не согласны со мной?

– Ты права.

Лейз никого не стал приглашать в мои покои, а просто подошел и прикоснулся магией к посуде. В глубоком глиняном горшке появилось парное молоко, а в маленькой миске, хлеб и сыр.

– Ты долго была без сознания, этого более чем достаточно для первого приема пищи.

– Спасибо.

Я подошла и села за стол. В кружку налила молока, и отломив небольшой кусок хлеба обратилась к герцогу: – Спокойно ночи, я предпочитаю уединение.

Я говорила не правду. По ощущениям, затворницей, избегающей людей, я никогда не была. Некое уединение мне нравилось, и казалось даже вполне комфортным.

Мне не хотелось оставаться с ним больше ни минуты. И если бы потребовалось, я бы с удовольствием приняла и одиночество, лишь бы не видеть злобное выражение лица герцогини и ее сына.

– Сегодня, это только на сегодня. Не думай, что тебе удастся требовать что-то у меня, а уж