Я и Он - Хелен Гуда

большие и темные. Я беру сосок в рот, и посасываю его, Алина выгибается в спине и стонет. Отпускаю сосок и дую на него, и вижу мурашки на коже девушки, после чего снова беру сосок в рот и прикусываю. Алина пытается сжать бедра, но я не позволяю, отпускаю грудь и беру член в руку, провожу набухшей головкой по половым губкам девушки. Алина широко открывает глаза и следит за моими действиями, и я резко вхожу в нее. Тесная, горячая, мокрая, и только моя. Я двигаюсь в Алине, а она уже не стонет, кричит подо мной. Это лучшая музыка для моих ушей, крики удовольствия моей девочки.

Она такая тесная и горячая, что я долго не выдержу. Но вот я чувствую, как тело Алины сначала напрягается, а потом начинает мелко сотрясаться. Она выгибается еще сильнее, запрокинув голову  и замирает. Все она кончила, я чувствую, как внутри становится еще горячее. Через пару движений я тоже кончаю и повисаю на руках над Алиной, иначе просто раздавлю ее. Перемещаю тело в сторону, при этом прижимаю Алину к себе. Она мягкая и податливая.

– Все хорошо?– все же спрашиваю у девушки.

Она снова вместо ответа кивает головой. И прижимается ко мне, положив голову мне на грудь. Я прикрываю девушку одеялом, и она затихает. Я хочу еще, и спустя полчаса член напоминает, что снова готов к труду, но Алина мирно спит, и я не решаюсь ее разбудить. Интересно, сколько у нее было мужчин до меня?  Понимаю, что не имею права ревновать ее к ним, они же были до меня, но так неприятно становится от этой мысли. Отбрасываю эту мысль в сторону, главное, что сейчас она моя, и после меня у нее никаких мужчин не будет, в  этом я просто уверен.

Глава 8.

Алина

Утро.

Тело приятно ноет.

А я уже минут 15 лежу с закрытыми глазами и перевариваю вчерашнее. Сначала мысли были о приятном. Что такого секса у меня никогда не было. Хотя с чем мне сравнивать то? Не смотря на это, я прекрасно понимала, что это было супер и волшебно. По крайней мере, у меня были именно такие чувства, что же чувствовал Женя остается загадкой. Так же загадка для меня это его мотивы, зачем ему это все? Зачем ему я? Вон, сколько стройных и красивых вокруг, зачем ему я? А как теперь нам работать вместе? А что если он сделает вид, что ничего между нами не было, когда проснется? А может он специально меня соблазнил, что бы уволить? Столько вопросов и ни одного ответа, а я трусиха побоюсь их задать. Побоюсь услышать правду, потому, что если это все наигранно, если он это все сделал, что бы от меня избавится, я не выдержу.

– Вот чувствует мое сердце, херню ты обо мне думаешь, красавица,– слышу я сбоку и открываю глаза.

Оказывается, что пока я усиленно изображала спящего бурундука, мой босс, хотя странно его так называть, после всего, что между нами было, уже проснулся и, облокотившись на локоть, подперев голову рукой, смотрел на меня.

– Давно не спишь?– интересуюсь я, что бы понять, насколько сильно я "попала".

– Достаточно, что бы понять, что твои мысли снова тебя куда-то не туда завели,– усмехаясь, говорит мне начальник.

– С чего вы взяли?– спрашиваю я, а сама только после вопроса понимаю, что обратилась к нему на "вы", тем самым подтвердив его предположение о направлении моих мыслей.

– С того,– отвечает Евгений, которого передергивает от обращения на "вы", при этом он запускает руку под одеяло и наглым образом начинает меня облапывать.

Я ошарашено охаю, а босс не обращая внимание на мой возмущенный взгляд, накрывает себя с головой одеялом и теперь везде, где были руки, там его губы и язык. Я пунцовая, но так не хочется возмущаться или сопротивляться, так хочется раствориться в этих эмоциях. Эх, была, не была, мысли и разум долой. Босс целует грудь, поглаживает ее, и соски и так будучи твердыми, начинает ломить от удовольствия. Берет сосок в рот и сосет, от чего теплеет внизу живота и я инстинктивно напрягаю мышцы бедер.

– Эээ, нет, так не годится, – говорит мой босс и откидывает одеяло с нас в сторону. – Мне тут дышать нечем и не видно ничерта.

Я смущенно тянусь за одеялом, а он, выхватывая его, их моих рук вовсе выбрасывает его с кровати. У нас не двусмысленная поза, мой босс лежит между моих раздвинутых ног, даже с моей позиции видно, что член у него стоит, вот это размер, и это все в меня поместилось? Но как? Заметив мой взгляд, Женя довольно улыбается, но не комментирует, видя мое смущение. Он приподнимается на руках и тянется к моим губам, смотря мне в глаза.  Нежно целует, а я чувствую не только его губы, я чувствую его член, который трется мне о то самое место, что меня не хило так отвлекает от поцелуя и смущает. Чувствуя, что что-то не так Женя отстраняется от моих губ,  и вглядывается в мое лицо.

– Алина, что происходит?– задает вполне серьезный вопрос босс, немного хрипловатым голосом.

Вот и настало время для серьезных разговоров. А я так не могу, беседовать  с раздвинутыми ногами, когда гигантский член мне упирается в половые губы. Я стараюсь приподняться и выползти из-под начальника, что бы приобрести чувство защищенности, выстроить какую-то границу, пусть и в виде одеяла.

– Нет, ты никуда не пойдешь, и будешь лежать так,– сердито отзывается Женя сразу поняв мой маневр. При этом он качнул бедрами вперед и головка члена уперлась в половые губы раздвигая их. – И будешь отвечать на вопрос,– продолжает босс, и снова отстраняется на пару сантиметров, так что член уже не так сильно упирается в лоно. А я выдыхаю, оказывается пока он это все делал, я не дышала. Я так и не поняла, что именно хочу, что бы он сильнее качнулся бедрами и вошел в меня, или что бы отстранился,  и я была на "пионерском" расстоянии. – Отвечай,– снова давит босс на меня и взглядом и членом.

Я так не могу, черт, это не мозг, это мое тело. Я выгибаюсь и подставляю свои бедра, и головка члена входит в меня,  а из меня раздается стон. Именно так, я не контролирую этот процесс, я сама себе не принадлежу, это мое тело само по себе, живет своей жизнь. И этому