Самый плохой ректор - Анна Рэй

— Здесь мы вышиваем, осваиваем бытовую магию, готовим настойки красоты, — предупредительно громко заявила директриса, обращаясь к отцу. — Не желаете попробовать эффект на себе?

— Мне и других дефектов в жизни хватает, — отмахнулся отец. — А Элиска и без вашего пансиона готовила настойки красоты, все мои аптеки ими заполонила. Теперь от безумных дамочек, желающих приобрести новинки, нет отбоя. А серьезных покупателей все меньше и меньше.

Я вновь еле сдержалась. Что значит «заполонила»? Я, можно сказать, предотвратила разорение, когда папенька страдал и заливал в себя горькую. А за то, что готовила настойки красоты, пусть скажет спасибо. Училась-то я сама, по книгам, и, конечно, подсматривала за отцом и его главным провизором.

Директриса бросила на меня предупреждающий взгляд, и я поджала губы, чтобы не наговорить лишнего. Вздохнув, повела отца дальше по коридору. Одна из дверей распахнулась, на пороге возник повар, он же преподаватель магической кулинарии. И я радостно вскрикнула:

— Мы идем к вам!

— Жду с нетерпением! — заявил мужчина, пропуская нас с папенькой, директрису и стайку учениц в класс. — Разрешите представиться, лер Поханка, учитель высшей категории, заслуженный кулинар Протумбрии.

— Очень приятно, — кивнул отец и прошел вместе с директрисой к столу. — Как успехи Элиски в кулинарии?

— Честно признаюсь, ваша дочь… — произнес учитель, а отец напрягся.

— Скажите всю правду, какой бы горькой она ни была. Элиска хоть котлеты подогреть сможет?

— Да что там котлеты! — воскликнул лер Поханка. — Она прекрасно готовит пироги, профитроли, бле де блю!

— А это «бле», который «блю»… В общем, оно съедобно? — занервничал отец. — Хотелось, чтобы жених пережил медовый месяц.

— Не только переживет, но еще и поправится. Килограмм на десять, — успокоил повар. — Желаете попробовать? Рекомендую изысканное блюдо «Жаба в норке» или деликатес «Муравьиный хворост».

— Нет-нет, мне что-нибудь попроще, — испуганно отмахнулся отец. — Лучше пироги, омлет или блины.

— Девочки, — обратился к нам преподаватель, размахивая половником, — за дело! Иржинка и Виолет — вы готовите блинчики и шоколадный крем! Ариана и Этелька — омлет и запеканку! Элиска — мясной пирог! Марушка — фруктовый салат в сладкой корзиночке…

Преподаватель раздавал указания, но я уже ничего не слышала. После слов «Элиска — мясной пирог» представила, как меня закатывают в тесто, засовывают в духовку и подают папеньке. Вместе с мечтами и надеждами. Отец уловил мое волнение и прищурился, а кто-то из сокурсниц подтолкнул к длинному деревянному столу, где были разложены продукты, миски и всевозможные венчики. Какая-то ученица услужливо вложила мне в руку шпаргалку с рецептурой, кто-то шепнул на ухо, подсказав, в какой банке мука, а в какой плошке масло. И я немного успокоилась. В конце концов, готовила же я иногда дома, помогая нашей кухарке. Просто не всегда получалось.

Вот и сейчас я неуверенной рукой высыпала в плошку муку, заодно обсыпала и себя. Отец довольно крякнул:

— Вот теперь я узнаю старшенькую! Она!

Я с обидой посмотрела на родителя. Зачем же так? Можно сказать, ради него стараюсь, а он не ценит. Так разнервничалась, что схватила баночку не с той приправой. Хотела положить сонную травку, чтобы отец подремал пару часиков или вовсе проспал до вечера и пропустил поезд в Ликарнию. Чем позже он прибудет к тетушке, тем больше будет времени у Валежки приехать первой. Но с сонной травой я промахнулась и вместо этого бросила щепотку честнотела, смешанного с добротином. Учитель раскатал тесто и переложил на противень, а сверху примял мясной начинкой.

— Элиска, укрась пирог косичками, — попросил повар, а я напряглась.

— Косичками? — уточнила я и принялась расплетать косу, которую утром соорудила сестра, замотав в рог.

Отец пробормотал: «Эх, Элиска, тебя учить — только портить!», а повар процедил:

— Из теста плети косички. Я же вчера показывал!

— Как же, помню. Просто очень нервничаю, боюсь папеньке не угодить, — промямлила я и начала сооружать из теста подобие косичек.

Постаралась поскорее запихнуть пирог в духовой шкаф, чтобы папенька не рассмотрел «красоту», а девочки уже раскладывали свои кулинарные изыски перед дорогим гостем. Отец набросился на омлет с блинчиками, словно не ел неделю. Бедненький! Кое-как питается, весь в работе, небось и спит урывками. Я отвлеклась и совершенно позабыла о пироге, а особенно о магической плите, которой требовалось для приготовления еды несколько минут. По комнате растекся удушливый запах подгоревшего теста, из духовки повали пар, а лер Поханка бросился спасать мое коронное блюдо. Папенька чему-то довольно улыбнулся, а позже, с аппетитом откусив кусок от подгоревшего пирога, произнес:

— Узнаю руку мастера! Элиску никакими магическими пансионами не испортишь. Показывайте, чему она тут у вас еще научилась. Танцам, говорите?

Я обреченно вздохнула, директриса вздрогнула, сокурсницы охнули. А в класс прошмыгнул лер Врочек, словно стоял под дверью и только ждал, когда позовут. В отличие от учителя Поханки, он сообщил отцу, что именно в его предмете я не показала особого мастерства. Но под суровым взглядом директрисы осекся и добавил, что я очень упорная.

— Она такая! Как рогом упрется, ни за что не переубедить, — согласился отец и прошел за учителем в классную комнату.

Как я перенесла полчаса позора, не стоит даже вспоминать, только если в страшном сне. И пусть танец походил на детскую игру «Ручеек», а движения напоминали два притопа и три прихлопа, но именно с этим у меня возникли проблемы. Я не в такт хлопала, поворачивалась в другую сторону, в итоге подвернула ногу и упала. Так расстроилась, что от обиды всхлипнула, чего со мной отродясь не бывало. А как иначе? Валежка тут за меня училась, старалась, а я даже простой танец не могу осилить.

Только папенька совсем не разозлился на то, что деньги на обучение потрачены зря. Наоборот, обнял меня и утешил:

— Не переживай, дочка. Танцы и кулинария не самые твои сильные стороны. Но это в браке и неважно…

— Зачем же ты тогда меня сюда отправил?

— Вот за этим, — отец довольно обвел меня взглядом. — Похорошела, характер стал шелковым — не сбежала, не перечишь, не огрызаешься.

— Едва сдерживаюсь, — пробурчала я.

— Элисочка очень старается, — вовремя встряла директриса. — И наши преподаватели постарались. Но, сами понимаете, такой тяжелый труд стоит дорого.

— Не переживайте, результатом я доволен, спонсорскую