Волчий интерес - Мария Зайцева

Я покосилась на Мэсси, отмечая румянец на всегда бледных щеках. Лорд Заррих действовал на всех женщин без исключения, похоже.

Стоящий с другой стороны Лар немного дергался, судя по всему, желая подойти поближе и рассмотреть дракона во всех деталях. А, может, даже и потрогать.

Шутка ли: живой дракон! Чистокровный, говорили! Это такая редкость! К нам на Север драконы не залетали, отец искренне считал их колдовскими тварями, а служители Единого предавали анафеме любого, кто даже заговаривал о том, что эти существа разумны и человечны, и называли драконов отродьями Темного.

Эта в корне неверная политика длилась в нашей бедной стране сотнями лет и, разумеется, ни к чему хорошему не привела.

Предки императора Анджеера поступили разумно, заключив мирный договор с драконами, и теперь там, где другим странам приходилось содержать дорогостоящую армию и постоянно опасаться нападения соседей, Империи достаточно было напомнить драконам о договоре и запустить тех из них, что находились на службе императора, на границу с возможным неприятелем.

Драконы немного баловались на виду у войск противника, и конфликт рассасывался сам собой. Потому что только полные самоубийцы будут всерьез задумывать нападение на страну, границы которой охраняют огромные огнедыдшащие твари…

Но, кроме неоспоримых боевых качеств, драконы славились еще и своими богатствами, умением работать с редкими и крайне ценными металлами, а еще в их горах находились богатейшие залежи этих металлов…

Проще говоря, очень дальновидные были предки у императора Анджеера… Чего не скажешь о моих, к сожалению…

— Лорд Заррих любезно согласился сопровождать юного Иллария в Академию Драконов…

— Куда? — задушенно хрипнул Лар, но тут же опомнился и замолчал.

— В Академию Драконов, мой юный друг, — великодушно не заметил нарушения этикета император, — вы же не думали, что ваши…м-м-м… некоторые особенности пройдут мимо нашего взгляда?

Лар молчал, бледнея все больше и больше.

И я с ним за компанию, синхронно. Хотя, умом понимала, что нам опасаться нечего здесь, что к таким, как мы с Ларом, должны отнестись с интересом и уважением… Но многолетняя привычка скрывать свою суть, прятаться, не могла исчезнуть во мгновение ока.

— У нас, как вы уже успели понять, мои друзья, немного другое отношение к… одаренным. Мы стараемся разивать дар Матушки в каждом человеке… И затем пускать его на благо страны. Лорд как раз занимается обучением таких молодых людей…

Император говорил про Лара, только про Лара… Я моргнула, осознавая происходящее. И невольно отыскивая взглядом темную фигуру Волка императора, как обычно, неприметно стоящего чуть в стороне.

Жадно блеснули звериные отблески в темных глазах, твердые губы искривила усмешка.

Он не сказал ничего про меня! Доложил про Лара, а про мои особенности… Нет! Но почему?

Ответ был на поверхности.

Потому что в таком случае была велика вероятность, что меня отправят в Академию вместе с Ларом. И я бы не отказалсь, честное слово! Находиться среди тех, кто мало чем отличается от тебя, среди людей, оказавшихся в такой же ситуации, что и ты… Возможно, найти друзей, потому что кто тебя поймет лучше, чем человек с такой же особенностью? Это ли не счастье?

Но Волк не захотел рассказывать… Не захотел, чтоб я уезжала…

Глубинный смысл его поступка предстал передо мной во всей своей грязной простоте: Волку явно недостаточно сегодняшней ночи! Он рассчитывал на большее! На другие ночи!

Сухой ком в горле удалось сглотнуть с трудом.

Сколько я ему обещала ночей, о, Единый? Неделю? Он что, рассчитывал… Он планировал… О, нет… Нет же!

В низу живота все загорелось пошлым, жутким в своей определённости предвкушением, за которое я себя возненавидела тут же.

Я должна это презирать, должна каяться в грехах! А не… Хотеть! Тем более, этого зверя!

Император, между тем, закончив с Ларом, перешел к планам на мою персону, и я с трудом заставила себя сосредоточиться.

С возрастающим удивлением услышала, что меня хотят оставить во дворце, в свите матушки императрицы. И что ближайший месяц мы с Ларом проведем порознь. Он — в Академии, а я… Я тут. Под присмотром лорда Вулфа.

Я даже не повернулась к нему, чтоб подтвердить свои подозрения: этого не требовалось, волна довольства ситуацией не могла скрыться от некоторых из присутствующих…

В частности, лорд Заррих глянул на своего названного брата, чуть поднял смоляную бровь, затем резанул меня взглядом… И едва заметно дернул уголком рта, скрывая ироничную усмешку…

Я снова покраснела, но взяла себя в руки, потому что Лар, осознав, что нас разлучают, мгновенно потерял достоинство наследника престола Севера и принялся возражать и отказываться от поездки.

Император прямо посмотрел на меня, и в его глазах читалось приглашение к беседе и намек на желание помощи. Он явно понимал, что я в нашем тандеме — разум и хладнокровие.

Я попросила пару минут наедине с Ларом, увела его в другую залу, и там, не сдерживаясь, надавала по щекам, вымещая свою ярость, обиду и гнев на глупого мальчишку, поведение которого и привело нас к этой ситуации.

— Лари, не смей! — рявкнул он, перехватывая руку и не давая нанести четвертый удар, — я, все-таки, наследник!

— Ты — дурак! — у нас впервые появилась возможность разговаривать наедине после его идиотского побега и попытки исполнить свой глупый план по возвращению на родину. И да, мне было, что ему сказать! — Ты поставил нас с Мэсси в жуткую ситуацию! И мне пришлось на многое пойти, чтоб спасти твою тупую голову! И сейчас, когда у нас есть покровитель, ты не посмеешь опять все испортить!

— Да я не хочу тебя оставлять! Одну! И вообще! Я сам тебя смогу защитить!

— Глупый мальчишка! Да ты уже меня оставил, когда отправился применять наш проклятый дар! Ты уже все испортил! Если бы не ты, мы бы спокойно сели на корабль до островов!

— И что бы мы там делали? А? Влачили жалкое существование? В то время, как эта змея…

— Мы были бы живы! А ты нас чуть не убил! Опять! Тебе мало Дона? Хочешь еще гибели Мэсси? Или моей?

— Лари… — как всегда, упоминание о гибели его наставника, Дона Сордо, привело брата в чувство. Он дрогнул губами, сразу превращаясь из заносчивого засранца в маленького моего братишку, которого