Подарок для ректора - Марина Ружанская

Вот только… когда Аленте вдруг стало плохо от цветка это ощущение тут же потерялось. Просыпалось галькой, из массивной скалы превратилось в зыбучий песок.

Интересно, кроме меня это кто-нибудь заметил?..

Через три часа в комнату заглянула Дафна. Явно нарочно лязгнула ручкой двери и с нескрываемым удовольствием объявила:

- Дрыхнешь? Вставай, давай. Тебя вызывают к ректору.

Я нехотя поднялась с кровати и подозвала собаку, запихивая ее в сумку.

- Слушай, Дафна, а почему ты так меня не любишь?

- А ты что, золотой дублон, чтобы тебя любить? - фыркнула староста, но внезапно ответила. - Не люблю тех, кому все достается незаслуженно. Вон Илва хоть и воет на луну, но она талантливый маг и не зря свой хвост отсиживает на занятиях. А ты что? В чем твоя заслуга? Что тебе досталась редкая магия? Ну так ты палец о палец ради этого не ударила. А еще от тебя одни проблемы. И от собачонки твоей.

Нельсик возмущенно зарычал, с такой яростью скаля клыки, что Дафна шарахнулась, выскочила в коридор, и уже из-за двери прокричала.

- Вот-вот!

Дорогу в административный корпус я нашла не сразу. Сразу заплутала в переходах, а после засмотрелась в окно на тот самый полигон, на котором как раз тренировались драконы. Их было трое: черный как смоль, травянисто-зеленоватый и синий, даже почти бирюзовый красавец с шикарным кристаллическим гребнем. Они взмывали вверх с каменной пустоши, падали вниз, поливали огнем камни, вызывали штормовые вихри, ледяной дождь и гигантские растения, которые вспарывали сухую землю побегами.

Наконец, опомнившись, я подхватила сумку и опрометью бросилась в ректорат. Не хватало еще заставлять себя ждать. Я и так, похоже, не на самом хорошем счету.

От кабинета ректора по коридору мне навстречу шел мужчина. Высокий, худой, явно в дорогой одежде. Он немного прихрамывал, опираясь на лакированную черную трость с набалдашником в виде головы какой-то птицы.

Почти поравнявшись с ним, я замерла оттого, что узкая лакированная трость вдруг уперлась мне в бок.

- Мария Золотова? - уточнил хриплый мужской голос.

- Да… А вы, простите?

- Лорд Тревор Кавендиш, - представился мужчина, с интересом нагло и внимательно оглядывая меня с головы до ног. - Глава Попечительского совета Академии.

- О… - глубокомысленно изрекла я.

Значит вот этот тип - это отец Леона Кавендиша. Не сказать, что они были похожи, разве что цвет волос. Сын был более утонченным, может быть пошел в мать. А вот сам лорд с жестким волевым лицом красотой не отличался, зато явно передал сыну характер.

Тем временем лорд скривил бесцветные губы и хмыкнул:

- Значит, это ты… опозорила моего сына и едва не убила принцессу?.. Что ж, будем знакомы.

- О, значит это вы воспитали сына-насильника и хама? - в тон ему отозвалась я. - Будем знакомы, да.

Мужчина на удивление не рассердился, наоборот, снисходительно усмехнулся.

- Мой мальчик вырос в роскоши и привык, что его желания исполняются. Почему нет? Это закон природы, - нажим трости стал более болезненным. - Кто сильнее, тот получает то, что хочет. Деньги, власть… женщин. Любых. Доступных или невинных, красивых или… таких как ты.

Ах ты, гад!

Придумать достойный ответ я не успела.

Не знаю, кто удивился больше, я или Тревор, когда из моей сумки вдруг появилась взбешенная собачья голова.

Нельсик разъяренно зарычал и… вцепился острыми зубами в наконечник трости. Кавендиш нахмурился и потянул ее на себя. Чихуашка упорствовала, с силой сжимая зубы. Острые собачьи клыки заскрежетали по лакированной поверхности, сдирая краску и позолоту и оставляя глубокие борозды на трости. Тревор выругался и потянул сильнее, а после вдруг что-то хрупнуло, трость оказалась на свободе и… мужчина полетел на пол, приземляясь пятой точкой на каменные плиты коридора.

Черт возьми! Вот умею же я наживать себе врагов…

Нельсон горделиво выплюнул наконечник трости и вновь скрылся в сумке, а я суетливо поправила лямки на плече и обошла мужчину по широкой дуге.

- В общем, неприятно было познакомиться. А я пойду, пожалуй, меня там ждут и все такое.

В приемную ректора я буквально влетела с вытаращенными глазами, захлопнула дверь, прислушиваясь, не слышны ли в коридоре шаги. Но Тревор Кавендиш не собирался гнаться за одной не в меру языкатой адепткой и не менее зубатой чихуашкой.

Все тот же бессменный секретарь Линден приподнялся из-за конторки, оглядел меня поверх круглых стекол очков, и кивнул:

- Проходите, Золотова, вас ждут.

В кабинете меня встретила привычная обстановка, уютная и теплая, которая совсем не соответствовала тому, как я себя чувствовала.

Адриан стоял у окна, уставившись куда-то на садовые дорожки, которые как раз подметал дворник. Услышав стук, он повернулся ко мне, окинув взглядом внимательных черных глаз.

- Здравствуй, Мари…

- Здравствуйте… Вы хотели меня видеть?

- Хотел, - каким-то странным тоном отозвался мужчина, и указал на кресло. - Присаживайся.

Я аккуратно пристроилась в глубокое кресло. расправила на коленях складки серого форменного платья и уставилась на ректора, который все еще молча меня разглядывал.

Молчание затянулось.

- В чем дело, ректор? - не выдержала я театральной паузы. - Это ведь из-за принцессы и этого цветка? Вы же знаете, что я не местная. Я понятия не имела как этот драголит выглядит и брала то, что написано в карточке. Уверена, что не ошиблась.

- Да, я верю тебе, - кивнул ректор. - Но это не отменяет того факта, что несчастный случай с принцессой Алентой вызвал скандал. Кроме того, хоть причина того, из-за чего Леон разгуливал по коридорам Академии, не стала общеизвестна, но Тревор Кавендиш, считает, что его сын опозорен. Он мстителен и злопамятен.

- И?..

- И теперь Попечительский Совет требует твоего отчисления, Мария…

ГЛАВА 15

Меня словно окатило холодом, будто шайкой ледяной воды после бани. Это что же, если меня отчислят я лишусь единственной своей привилегии и отправлюсь на кухню до конца жизни чистить картошку?..

Буду подавать тарелки с котлетами, получать насмешливые взгляды от бывших однокурсников, смотреть как они учатся, становятся магами. А я?.. Буду работать подавальщицей и посудомойкой?..

В воздухе запахло грозой, затрещали мелкие сиреневые молнии, но прежде, чем я окончательно вспылила, на мои плечи легли сильные мужские руки.

- Мари, пожалуйста, успокойся. Ситуация неприятная,