Меч Тамерлана - Евгения Витальевна Кретова

Незнакомец пожал руку Ильясу и Данияру.

– Что случилось, брат?

– Алейкум салам, – Ильяс почтительно кивнул, – вас, наверно, послал сам Аллах. – Он красноречиво махнул рукой в сторону своего автомобиля.

Из внедорожника выбрался водитель, тоже подошел к ним, скользнув по Кате мерзким взглядом.

– Ну, поднять твою машину не сможем сейчас, – почесав озадаченно затылок, сообщил он. – Да и гроза надвигается.

– Завтра вернемся и заберем ее, – предложил его пассажир. – Переночуете у меня дома, это совсем недалеко.

Катя и Данияр переглянулись.

– Нам в горы надо… – прошептала девушка. – У нас планы.

Мужчины посмотрели на нее и от души рассмеялись.

– Зачем тебе в горы, красавица? – поинтересовался водитель. – Слышишь, гром вдалеке гремит? Гроза в горах – верная дорога к праотцам.

На эти слова его спутник лишь холодно улыбнулся.

Ильяс повернулся к Данияру:

– Верно братья говорят. Забирайте самое необходимое из машины, завтра вернемся. Я позвоню Мансуру продолжим путешествие на его машине. Ничего страшного.

Но Катя в этом была не уверена.

Вцепившись в пальцы Данияра, она их сжимала изо всех сил, намекая, что нужно какое-то другое решение. Но, покосившись на нее, Данияр кивнул Ильясу, почему-то согласился ехать неизвестно куда:

– Хорошо, давайте так и сделаем.

Высвободив руку, шагнул к обрыву – спуститься и забрать их с Катей сумки. Ильяс и водитель внедорожника пошли ему помочь.

– Туристы? – спросил пассажир джипа у Кати, когда они остались одни. Девушка молча кивнула. Мужчина добавил мечтательно: – Здесь красивые места. Есть что посмотреть… Хочешь, я покажу тебе горы, которые никто никогда не видел?

Катя обернулась к нему, посмотрела испуганно. Мужчина улыбался.

– Н-нет, не надо, что вы, – девушка невольно схватилась за воротник ветровки, но на привычном месте иглы-посоха не оказалось, и она почувствовала себя особенно одинокой и беззащитной. С тревогой покосилась вниз, на спину Данияра, который доставал вещи из покореженной машины.

Мужчина между тем продолжал:

– Сегодня все туристы ходят одной и той же тропой. Махачкала, водопад, Каменная чаша, Гунниб, Чох, Гамсутль…

– Мы в Кахиб едем.

Мужчина кивнул, развивая свою мысль дальше:

– … Кахиб. А горы хранят такие секреты, которые знают лишь посвященные. Думаю, тебе было бы интересно. Вижу, ты особый путь ищешь, – он подмигнул.

Его слова выглядели так двусмысленно, что Катя сжалась, не понимая, как себя вести, – быть такого не может, но неужели этот бородатый незнакомец с пронзительно-темными глазами что-то знает о ней? Он что, послан Темновитом? Или в ней говорит параноидальное чувство опасности, а человек просто хочет показаться гостеприимным? Но что-то в его голосе и внешнем виде смущало, пугало, тревожило… И Катя отрицательно помотала головой.

– Нет, спасибо… Нам надо в Кахиб.

– Надо? – мужчина вопросительно поднял бровь.

От необходимости изъясняться Катю освободил подошедший Данияр. Незнакомец ловко перевел разговор на другую тему:

– Нам минут двадцать ехать, хозяйка уже ждет нас.

«Откуда же она о нас знает?» – екнуло у Кати сердце. Она прекрасно знала, что за все это время мужчина никому не звонил. Да и связи здесь нет – Ильяс проверял, когда пытался позвать людей на помощь.

Словно поторапливая их, над головой прогрохотало. С уступа, на котором Ильяс недавно ловил связь, посыпались камни и мелкая галька.

– Надо спешить! – крикнул водитель и сел в машину.

Катя забралась на середину заднего сиденья, справа от нее устроился Данияр, слева – Ильяс. Катя не могла не заметить, что оба очень встревожены и напряжены. Поймав ее взгляд, Ильяс проговорил едва слышно:

– Это лучше, чем оказаться в грозу в ущелье. Поверьте мне.

Едва они тронулись, по лобовому стеклу ударили первые капли дождя, а за бортом машины потемнело еще сильнее.

– Вот так погодка, – пробормотал Ильяс, с сожалением и беспокойством проводив взглядом свою покалеченную машину.

Дождь усилился, по крыше барабанило так, будто сыпало градом или кто-то отплясывал чечетку. В сине-голубых вспышках молнии прорисовывались очертания гор – будто задремавших великанов – и придорожного кустарника. Шелестя шинами, внедорожник свернул с асфальта и направился выше по грунтовке – узкой однополосной дороге, на которой вряд ли могли разъехаться две машины. Слева – отвесная скала, справа – обрыв. Катя не видела его за пеленой дождя, скорее, чувствовала сердцем эту пустоту рядом.

Страх так близко подкрался к горлу, что перехватывало дыхание. Забыв о ссадинах и порезах на руках, она вцепилась в подголовник переднего кресла, раз за разом сглатывала едкую слюну – их машина поднималась все выше и выше, почти в нулевой видимости, пробираясь сквозь дождь, туман и плотно нависшую саваном темноту Угол наклона автомобиля становился все круче с каждым поворотом по горному серпантину, она то и дело вопросительно поглядывала на Ильяса, но тот сидел с каменным лицом и явно думал о чем-то своем.

Заметив ее отчаянные попытки удержаться на своем месте, Данияр перехватил ее руку, привлек к себе и поддерживал за локоть, чтобы девушку не мотало так сильно. Холодные отблески надвигающейся грозы очерчивали его профиль – строгий и четкий, высокие скулы и нос горбинкой. Простой и такой очевидный поступок Данияра заставил ее покраснеть. Но отстраниться она не смогла – Поводырь слишком крепко удерживал ее.

– Не бойся, красавица, – в зеркале заднего вида она встретилась с взглядом водителя. – Еще пара минут, и мы на месте.

– А это не опасно – по такой дороге ехать? – Катя понимала, что, наверное, ее вопрос выглядит нелепо и наивно. Поэтому не удивилась, когда мужчины на передних сиденьях снова рассмеялись. А пассажир к тому же усмехнулся:

– Не опаснее, чем все остальное.

Дорога выровнялась, и машина вскоре притормозила у зеленых ворот, прижавшись к каменной кладке низкого забора.

– Ну вот мы и добрались! – сообщил бородатый незнакомец.

Первым выскочил Ильяс. За ним под дождь отправился и бородач.

– Эй, быстрее! Ливень такой! – позвал он остальных и припустил вперед, прикрываясь рукой от дождя.

Стоило Кате высунуться из машины, как над головой снова прогремел удар грома, молния чиркнула совсем рядом, осветив убогое строение с покосившейся крышей, сложенными из мелких камней стенами, по которым ручьем стекала дождевая вода. Крошечные окна пропускали бледный желтоватый свет – очевидно, даже не электрический. Спрыгнув на землю – поврежденная нога при этом остро заныла, – Катя успела заметить засыпанный мелкой галькой двор, приткнувшийся к стене темно-красный эмалированный тазик с