30 золотых за истинную - Наталья Дорофеева

Мы подошли к дереву, осмотрели его со всех сторон. Альберт отдал мне сундук, который мы нашли раньше, а сам забрался наверх по стволу. Он ловко перемещался по веткам, осторожно переставляя ноги и обхватывая сучья руками. Вдруг, его глаза замерли на одной из самых высоких веток. Посмотрела внимательно туда и поняла, что именно приковало внимание друга. Практически на верхушке что-то блестело. Очень быстро Альберт добрался туда и вернулся ко мне с добычей. Второй сундук!

Времени до встречи с друзьями уже практически не осталось, так что мы практически сорвались на бег. Добрались до назначенного места ровно в срок, однако, ни Симона, ни Вальтера не увидели. Подождали 5 минут, но ребята так и не появились.

В ожидании друзей мы осмотрели ближайшие окрестности. Далеко не отходили, чтобы место встречи всегда оставалось на виду. На удивление наши поиски увенчались успехом: третий сундук был в моих руках. Только вот стоило ли этому радоваться? До конца игры осталось всего полчаса, а Вальтер и Симон так и не пришли.

- Не знаю, что их задержало, но ждать больше нельзя. Нам нужны ключи, - сказал Альберт, глядя на неумолимо убывающие цифры на дереве.

- Я пойду к болоту, пройдусь по берегу…

- Вместе пойдем.

- Нет. Мне они ничего не сделают, а тебя за секунду сведут с ума!

- Ничего тебе не сделают? Да, ментально воздействовать на тебя сирены действительно не смогут. Но что тебя защитит от их когтей, зубов и хвоста? Они сначала приманивают мужчину, а после разрывают на части и съедают. Тебя и приманивать не надо - сама придешь. Прямо в лапы.

- Хорошо, а что ты предлагаешь? Если ты пойдешь со мной, чем это поможет? Мы просто оба попадемся, только ты еще и сопротивляться даже не станешь.

- Это так, - с неохотой признал мой друг. – По идее, мне только слушать их пение нельзя?

- Я не знаю… Но, вроде бы, именно им они сводят с ума мужчин.

- Думаю, я мог бы повредить ушные раковины.

- Ты что уже начал с ума сходить?

- Почему же? Будем надеяться, лекарства, которые нам выдадут, вылечат и глухоту.

- Альберт…

Он потянулся за подходящей веткой и уже действительно было собрался искалечить себя.

- Постой. Давай не так кардинально. Тут вокруг полно всякой мерзости, из которой можно попытаться сделать затычки для ушей. Если не получится, тогда уже…

Я взяла небольшое количество грязи и сформировала из нее небольшие шарики. Альберт с большим сомнением покрутил их в руках, но все-таки засунул их в свои ушные раковины. Практически получилось! На правое ухо мой друг не слышал совершенно ничего, а вот с левым пришлось еще немного поработать.

Когда проблему со слухом мы решили, я оторвала куски ткани от своей кофты и привязала с их помощью два сундука к своему поясу. К счастью, они были не слишком большими и не мешали двигаться. Альберт же просто взял третий сундук в левую руку. После этого мы отправились в сторону болота.

Глава 16: Колыбельная.

Аделина Дэвис.

Мы очень медленно двигались вдоль берега, пристально всматриваясь в окружающую местность. Вдруг я услышала слабое, но очень красивое пение. Это невозможно, но… Это пение… Оно было так похоже на колыбельную, которую мне пела мама… Да. Точно, это именно ее голос! Я отпустила руку Альберта и стала озираться по сторонам, пытаясь понять, откуда идет звук. Мой временно глухой друг пытался что-то спросить, но я не разобрала ни слова. Да и зачем? Какая разница, что он хочет сказать? Сейчас важно только одно: понять откуда исходит звук, чтобы найти мою маму.

Я побежала туда, откуда раздавалось пение. Альберт схватил меня, что-то кричал, глядя мне в глаза. Я со всей силы, на которую только была способна, оттолкнула его от себя. Кажется, Альберт упал, но зато больше не мешал мне.

Я понятия не имела, куда конкретно направлялась, мне просто нужно было быть ближе к маминому голосу. Я чувствовала его в глубине души, эта колыбельная была моим внутренним компасом, указывающим путь. Сердцебиение громко звучало в ушах, я двигалась быстрее, чем когда-либо раньше. Я не могла сдаться, не могла остановиться, потому что мама ждала меня.

Наконец, вдали я увидела ее силуэт. Я даже не сразу поверила своим глазам! Но это была мама! Она сидела на краю залитого светом куска земли, у самого болота. Внутри меня кипела смесь радости, облегчения и возбуждения. Все, о чем я могла думать – это желание оказаться как можно ближе, обнять и почувствовать материнское тепло. Я рванула к ней, преодолевая последние метры, словно это была самая важная гонка в моей жизни. Как только я оказалась совсем рядом, мама сразу улыбнулась и протянула ко мне руку, приглашая подойти ближе.

- Мама?

- Да, доченька, - услышала я в ответ.

Я осторожно прикоснулась к протянутой ко мне ладони и ощутила странный холод в сердце. Чувство опасности закралось в мое сознание, заставив меня на долю секунды вернуться в реальность. Я подняла взгляд от наших рук и посмотрела в знакомые до боли глаза матери. В те самые глаза, которые всегда наполняли меня любовью и нежностью. Всегда, но не в этот раз. Сейчас они смотрели на меня с холодом и равнодушием. Я отшатнулась, отпустив руку этой женщины. Она с удивлением посмотрела на меня, и я опять услышала колыбельную, которую все эти годы после смерти матери только и мечтала услышать вновь хотя бы еще один раз.

Однако, теперь в моей голове звучала не только эта музыка, но и слова, которые не так давно мне сказал Абраксас. Душа любого существа видна в его глазах. Демон был прав. В этих глазах напротив я не вижу душу моей матери. Это кто угодно, но точно не она.

Как только я четко осознала эту горькую правду, мягкие черты лица моей мамы стали искажаться. Сначала глаза и волосы изменили цвет, кожа стала бледной. Затем на руках сирены появились когти, а все тело покрылось чешуей. Вместо ног теперь я видела самый настоящий хвост