Мир на двоих - Лонели Шадоус

— Всё в порядке? — спрашиваю и осторожно касаюсь его руки.

— Ты на мой вопрос не ответила, — напоминает он и хмурит брови, после чего всё таки улыбается и немного отодвигается от моего лица.

— Кошмары, иногда мучают.

Он кивает в знак понимания, так как я уже сама слышала его крики недавно.

— Ты так громко закричала, что я случайно облился кипятком, но всё в порядке, — заверяет он и быстро вылечивает свою руку, после чего показывает идеально чистую ладонь.

Точно, ведьмам не грозят шрамы от ожогов.

— Хочешь поговорить о том, что тебе приснилось? — осторожно спрашивает Джонс.

— Нет, уж точно не об этом.

— Тогда о чем? — он наклоняет голову в бок и снова эта яркая улыбка, когда видно все его зубы.

Все люди такие красивые, когда улыбаются?

— Сначала расскажи мне ты что-то из своей жизни, а потом я, — хочу узнать о нём хоть что-то, пока мы заперты здесь.

Кай задумался.

— У меня был жестокий отец, который ненавидел себя, свою жизнь, семью и, конечно же, меня. Ему претило то, кем он родился и то, как ведьмы гонят нас и из-за этого всю злость он вымещал на меня. Удары розгами, кидания об стену и выдергивания моих волос, когда он силой сжимал их, чтобы я начинал кричать от боли — было обычным днём после школы, где я переживал не менее отвратительное утро и день.

Малакай ни на секунду не убрал улыбку рассказывая об этом, иногда он даже посмеивался. Парень рассказал об одном дне, где его отец встретил после школы и посадил силой в машину. Он вез маленького мальчика в поле, а когда они доехали, он бросил его там. Кай бродил по дороге в надежде, что кто-то подберёт его у обочины, но нет, все проезжали мимо не замечая маленького семилетнего голодного ребёнка, словно его не существует. Тогда Кай решил, что он и вправду невидим для этого мира, иначе как можно было объяснить то, что никто и никогда не хотел ему помочь, никто и никогда не видел его слез и не слышал как он молит о том, чтобы отец хотя бы однажды проснулся утром, сделал ему завтрак и не побил его ни разу. В детстве он не ел сладости, да и в принципе почти ничего не ел, а когда подрос, то еда — стала его лучшим другом, он научился сам себе готовить, чтобы немного делать свою жизнь лучше.

— Ты упомянул школу, там тоже было так плохо? — спрашиваю, а он сразу качает головой.

— Сейчас твоя очередь, а не моя.

Хорошо.

— Раз речь зашла о школе…

* * *

Прошлое.

Вспоминаю один из тех школьных дней, когда впервые не сдержала агрессию и ответила однокласснику на его издевательства. В двенадцать лет я стала пышечкой. Многие дергали меня за щеки и подшучивали, но был один парень… Уильям. Он словно ненавидел меня всей душой. Он щипал меня за живот и ноги, выкрикивая:

— Свинка Миралана, свинка Миралана! Настолько жирная, что скоро не влезет в проход!

Долгое время я не обращала внимание на его слова, какое мне дело до слов человека, который не способен уважать других. Скорее всего он был ужасно несчастным ребёнком, так как зачем счастливому человеку любящему себя — портить жизнь другим? Но однажды этот парниша с белыми, как мел волосами решил подшутить надо мной, но не ожидал, что шутка зайдёт далеко. Уильям принёс в школу спички и когда я отпросилась в туалет во время урока, он сделал тоже самое, но зашёл в женский и… И загнал меня в угол. Он зажёг спичку и начал говорить:

— Если ты свинья, то из тебя получится отличный жаренный бекон.

Он тыкал в меня этой спичкой, но неожиданно она обожгла ему руку и он выкинул её. Я тогда была в свитере, он загорелся, огонь потушить магией удалось. Кожа болела так сильно, что я кричала. Разозлившись и вытянув руку вперёд, выпустив заклинание, которое первым пришло мне в голову, я сломала парню все пальцы правой руки, просто вывернула их ему в другую сторону. Как же громко он плакал, на весь этот шум пришли учителя.

Разбирательство было долгим, пока не пришёл мой клан и не спустил эту ситуацию на нет. Они стёрли память заменив магию, которую я использовала на то, что я захлопнула дверь, а там были его пальцы, вот они все и сломались. Меня не наказали только из-за того, что он поджарил мне живот. В скорую везти меня тоже не пришлось, клан убрал почти весь мой ожог, оставив небольшой шрам.

Позже меня перевели на домашнее обучение.

Я выросла, вытянулась и благодаря этому перестала быть такой полной как раньше, но особо высокой все равно не стала, как и особо худой.

* * *

— Иногда до сих пор боюсь огня, — придерживая ткань на груди, немного отодвигаю халат в области живота и показываю шрам примерно десять сантиметров на левой части рёбер.

Джонс чуть ли не коснулся шрама, но я завязала пояс на халате назад.

— Надеюсь, что этот парень достаточно пострадал за то, что сделал, — прошептал он.

— Я тоже.

Глава 13. Неприятности

Кай. Прошлое

Представьте, что вы пролили чёрную краску на белую футболку, настолько химозную и въедливаю, что как бы ты не пытался оттирать — пятно никуда не пропадало, а местами расплывалось только сильнее. Именно так я ощущаю свою жизнь. Даже в моменты, когда я пытаюсь всё исправить — становится только хуже.

Школа. Опять это никчëмное убогое место, где разве что хочется повеситься, каждый раз, когда называют твоё имя и кто-то смотрит на тебя.

— Малакай Джонс, к доске! — кричит преподаватель по биологии пытаясь заглушить одноклассников выясняющих в чем же пойти на последнее школьное мероприятие и сколько алкоголя взять.

Выпускной класс. Скоро выберусь отсюда, а потом уйду наконец из дома куда-нибудь, где меня никто не знает, начну новую жизнь в тишине и одиночестве, как всегда и мечтал. А главное потом помогу человеку, которого люблю.

— Уродец, — шипит одна из девочек мне в спину.

Вскипятить бы ей кровь в венах. Представляю как она будет мучиться, её крики и попытки содрать с себя кожу. Эта мысль заставила меня улыбнуться.

Она ведьма. Ненавижу ведьм, впрочем, как и они меня. Девушка начала придираться ко мне и цепляться с