Рыжая бестия нарасхват - Алика Алмаран

А вот Игорь в это время хохотал от души и хлопал в ладоши, как придурок, раздражая меня еще больше.

— Ну ты и сука, Яночка! — произнес он, успокоившись и вытерев проступившие слезы.

— Любимый, — капризно возразила обиженная девушка и, как маленькая, топнула ножкой.

— Я засомневался, конечно. Особенно когда ты набухалась в Милане — тоже мне «Мать года», — а потом еще начала доставать меня: писать послания, скидывать свои обнаженные фотки. Но признаюсь, не думал, что ты пойдешь… так далеко.

— Свадьба с Яном — это полностью идея наших родителей. Они хотели объединить фирмы и сделать это семейным бизнесом. Это будет хорошо для обеих компаний.

— Твою мать, средневековье какое-то! Вы там что курите на планерке? Весело живете, господа, — продублировал мою мысль Игорь, засмеялся еще громче и уронил голову на ладонь, словно сам был в шоке от происходящего. — Я думал, только у меня в семье были расчетливые люди, — сказал он, поворачиваясь ко мне. Но Яна приняла это как взгляд с пустоту.

— Ян очень добрый парень, но слишком мягкий и доверчивый.

— Поэтому ты решила вытереть ноги об его достоинство?

— Козлина! — прорычал я, и Игорь украдкой показал мне средний палец.

— Ян хочет детей, — продолжила девушка, — его крестники вскружили ему голову. Когда я сообщила о своем положении, он сразу предложил пожениться. Все вышло, как мы и договорились с родственниками.

— А ты?

— Я хотела увидеть твою ревность. Хотела, чтобы до тебя дошло, что ты можешь меня потерять. — По ее приближающемуся довольному голосу и шуршанию ткани стало понятно: Яна скоро поравняется со мной. — И видишь, у меня получилось.

Подойдя к Игорю впритык, она игриво обвила рукой его шею и попыталась поцеловать. Она даже не заметила, что я стою по левую сторону, с перекошенным от ярости лицом и наблюдаю этот омерзительный театральный акт лживой актрисы и больного на голову сценариста. Восторг от происходящего, светившийся в глазах Игоря, не мог быть здорового происхождения. Он смотрел на девушку, как кот, загнавший мышку в угол. Факир был пьян своей находчивостью, но фокус не удался. Она проиграла, но даже еще не догадывалась и не подозревала о своей участи.

— Только хрен ты угадала, Яночка! Мне полностью насрать на тебя и на то, что я могу тебя потерять! — самодовольно прошептал Игорь ей в губы. Изобразив брезгливую мину, он отвернулся от нее, будто от чего-то грязного. — Ты была как чемодан без ручки. Но меня зацепило, что его присвоили, пока я не вынес свой вердикт.

Внимательно наблюдая, как ненатуральное лицо девушки перекашивается от шока, я вдруг осознал, что вся ее фальшивая внешность мне неприятна и, как и она сама. Не испытывая к ней и капли тепла, нежности или жалости, я понял, что разделяю мнение моего странного двоюродного брата.

— Хрен ты угадала, что можешь мной манипулировать с помощью сраной ревности! — продолжал Игорь. — Я вижу вас, женщин, насквозь. Я никогда никого не ревную, вы для меня — ничто: дешевые куклы, думающие только о своей выгоде. Вы ляжете под любого, кто предложит вам больше. Вы сами преподносите себя как товар. Это честные торгово-рыночные отношения. Почему вы мечтаете о большем? Но вот кого я действительно ненавижу всеми фибрами своей черствой души, так это манипуляторов, спекулирующих детьми. У меня мать такая была, и мне хватило!

Услышав последнюю фразу, я немного напрягся. Я не знал этого факта из жизни Игоря. На долю секунды мне стало его жаль, а в голове возникла еще одна мысль: «Я не психолог, но это многое объясняет, особенно его брезгливое отношение к женщинам».

— Игорь, не говори так. — Яна взвыла крокодильими слезами. — Прости меня. Я люблю тебя и хочу быть только с тобой. Я была зла, а Ян всего лишь попался мне под руку.

Отмахнувшись от нее, как от прокаженной, он поднялся, отошел в сторону и повернулся к нам спиной. Осушил бокал и кинул его в мойку, где тот разбился, разлетаясь на мелкие осколки.

— Можешь забирать ее! Я наигрался, — произнес Игорь, глядя в окно.

Яна даже не поняла, кому предназначалась эта фраза, но спиной почувствовала мое присутствие и повернулась. А увидев меня, взвизгнула и отпрыгнула назад. Быстро моргая, словно сомневаясь в своем зрении, она шокированно приоткрыла рот и прошептала:

— Ян, любимый…

Обалдев от одинакового обращения, я и Игорь выдали недобрый смешок одновременно. Она судорожно смотрела то на меня, то на него, хлопая фальшивыми ресницами и решая, кого же нужно ублажать первого и у кого стоит просить прощения ради своего светлого будущего.

— Ты так всех любовников называешь, чтобы не путаться? — спросил я, качая головой и не веря в ее здравый смысл.

Я даже не хотел к ней подходить. Девушка вмиг стала мне противна. Единственным желанием, которое у меня возникло, было желание придушить лицемерку за все ее вранье и продуманный цинизм. Я всю жизнь ненавидел насилие, особенно проявляющееся к хрупкому женскому полу, но она довела меня до ручки. Сам не верил в злость, рвущуюся из меня наружу. Я чувствовал себя полным дураком! Яна водила меня за нос все эти месяцы, а я ничего и не понял, даже не заподозрил. Рассказывая мне со слезами на глазах о злом и неадекватном бывшем, она пробуждала во мне безумное чувство защитника. Но это не могло послужить оправданием моей слепоты. Более того, при чем тут непонятные разговоры и планы о слиянии бизнесов, с которыми я даже не имею ничего общего? И не хочу иметь. Желание выйти за меня замуж, лишь бы бывший приревновал, не укладывалось в голове. Факт измены, хоть и не любимой, но все же моей девушки, пробуждал волну отвращения и брезгливости.

И последний гвоздь в крышку гроба, где похоронят мою веру в человечность: ребенка нет! Твою мать! Все мои мечты о нормальной семье канули в Лету. Именно мысль о несуществующем ребенке, которого я, как идиот, уже полюбил, стала самой неприятной.

— Ну ты и… Яна. — Я покачал головой, сдерживаясь, чтобы не сказать, кем на самом деле я ее считаю. — Один вопрос. То есть мои родители в курсе, что ты якобы беременна? Или не беременна… Как правильно сказать?

Я надеялся преподнести родителям сюрприз о долгожданном внуке, а его преподнесли мне, затеяв грязную игру за моей спиной.

— Первоначально это была идея твоего отца. Он сказал, что ты точно женишься, если