Под сенью омелы - Александра Васильевна Миронова

Аля молчала, давая девушке выговориться.

– С Витей мы познакомились в аэропорту, он не знал, кто я, а я понятия не имела, кто он такой. Это была любовь с первого взгляда, и мы действительно были очень близки. Я на тот момент еще танцевала в балете, но великой балерины из меня не вышло, и я уже это понимала. Витя забрал меня с работы и дал мне все, кроме официального статуса. Он и перетащил меня сюда, когда решил купить предприятие в вашем городе. А я поехала.

– И что потом?

– Потом его жена о нас узнала, добрые люди помогли, это маленький город, и поставила Витю перед выбором.

– И выбрал он не вас? – спросила Аля.

– Выбрал он не меня, – вздохнула Лиза. – Квартиру он мне оплатил на год вперед, но во всем остальном вычеркнул меня из своей жизни. А я решила остаться. Я ведь сказала родным, что вышла замуж, если вернусь, это как-то придется объяснять.

– Как я понимаю, сразу же после вашего расставания в вашей жизни появился Володя?

– Да. И как только узнал?

– Вы сами сказали, что это маленький город, – напомнила Аля и, сделав последний глоток, откинулась на спинку мягкого диванчика.

В кафе было тепло и уютно. Мягкий, приглушенный абажурами с длинными кистями свет ламп создавал домашнюю атмосферу и заставлял забыть о моросящем дожде за окном. Стены, выкрашенные в терракотовый цвет, укутывали как в кокон. Повсюду на стенах были развешаны фото старого города. Некогда красивого и благополучного.

– Что хотел Володя? – поинтересовалась Аля у притихшей Лизы. Та, погруженная в воспоминания, казалось, забыла о ее присутствии.

– Компромат на Витю, – просто ответила она и положила перед собой слишком худые руки, уже покрытые узлами проступающих вен.

– Не говорил зачем?

– Зачем журналисту компромат? – усмехнулась Лиза.

– И вы его дали?

– Да я ничего толком и не знала, – покачала головой Лиза. – Витя мне доверял, часто хранил у меня разные документы, которые не мог оставить дома или в офисе. Но доверие, оно на то и доверие, я к ним не прикасалась. Да даже если бы и прикоснулась, то все равно бы ничего не поняла. Я же балерина, а не финансист.

– Но тем не менее с Володей вы встречались не один раз. Зачем? – Аля не сводила глаз с девушки, чтобы отследить, в какой момент та начнет врать. Но Лиза, казалось, говорила откровенно.

– Потому что были еще разговоры… Витя вел при мне разговоры с партнерами. Володя пытался восстановить содержание этих разговоров. Задавал наводящие вопросы, появлялся вдруг с какой-то информацией, спрашивал, что я об этом слышала. Не знаю, смогла ли я ему помочь, я ведь бесконечно далека от покупок, слияний, заводов и Шульмана.

Аля резко выпрямила спину и подалась ближе к Лизе, стараясь уловить каждое слово.

– Шульмана?

– Да, они с Витей были бизнес-партнерами и часто общались. Почти каждый день. Несколько раз тот даже заезжал ко мне, чтобы переговорить с Витей с глазу на глаз.

– И какой такой бизнес они делили? – удивилась Аля, которой о деловом партнерстве Шульмана и Серябко ничего не было известно.

– Они купили землю за городом и построили там какое-то производство. Вы знаете, наверное, такой огромный участок, обнесенный глухим забором.

Аля кивнула. О странном предприятии знали все, вот только отыскать бенефициаров казалось невозможным. Все упиралось в компанию под названием «Шус», зарегистрированную на Кипре. Хотя… «Шус» – Шульман и Серябко? Аля продолжала молча смотреть на девушку, поощряя ее продолжить рассказ.

– Я тогда предупредила Володю, что это может быть опасно. Ведь не просто так это производство окружили глухим забором. Витя вел все связанные с ним разговоры не со своего телефона, а с Шульманом обычно общался ночью. Тот иногда приезжал ко мне домой после полуночи, и они долго обсуждали что-то на кухне. Если ты занимаешься легальным бизнесом, то к чему такие предосторожности?

– А Володя что говорил на ваши опасения?

– Володя улыбался и говорил, что, узнав, что там происходит на самом деле, он сможет помочь одному хорошему человеку.

– Он собирался шантажировать Серябко? – уточнила Аля. Похоже, друг узнал, что происходит за высоким забором, и попытался воспользоваться этой информацией.

– Шантажировать? – Лиза, казалось, искренне удивилась. – Мне так не показалось.

– Ясно. Что-то еще?

– Нет, – покачала головой Лиза. – Компьютер Володи у вас?

– Да.

– Возможно, в нем вы найдете всю информацию. Скажите, а как его убили? – Лиза наконец подняла глаза на Алю и уставилась, не мигая.

– Я не могу пока вам сказать, – покачала головой Аля, – но вы тоже будьте осторожны. На всякий случай.

– Вы думаете, что это как-то связано с Витей? – вдруг встрепенулась Лиза и принялась с жаром убеждать Алю: – Ну что вы, нет, он бы никогда. Он же бизнесмен, а не убийца, поверьте, он на такое не способен!

– Может, и не способен, но осторожность никогда не помешает. Вы ведь встречались с Володей, а теперь он мертв. Как бы «Витя» чего дурного не заподозрил, – усмехнулась Аля.

– Нет, что вы, – возразила Лиза, – он любит меня. Знаете, он ведь меня даже совладелицей какой-то своей компании сделал.

– И как называется компания и чем именно она занималась, вы не в курсе? – насторожилась Аля.

– Нет, – сказала Лиза, – я просто подписала документы, а Витя сказал мне, что теперь каждый месяц я буду получать большую сумму – мои дивиденды.

– Тем более будьте осторожны, – усмехнулась Аля, – возможно, где-то уже есть ваше завещание. Спасибо, Лиза, и всего доброго.

– Подождите! – внезапно окликнула ее Лиза, когда Аля уже встала и направилась к стойке бара, чтобы заплатить за кофе. Она обернулась.

Девушка выглядела бледной и отчаянно несчастной, на глаза навернулись слезы.

– Он… Володя был хорошим человеком и очень вас любил.

Не говоря ни слова, Аля развернулась, расплатилась на кассе и вышла на улицу, оставив девушку сидеть с бокалом смузи, вглядываясь куда-то вовнутрь себя.

Неожиданно дождь прекратился. Солнце, конечно же, не появилось, но небо немного прояснилось и черные грозовые тучи сменились мышиного цвета облаками.

Аля, глубоко вдохнув, не стала бороться со слезами, разрешив им течь по щекам. Она лишь смахивала их и пыталась настроиться на конструктив. Но не получалось. Единственным человеком, который мог хоть немного смягчить ее боль, была мама. Которая к этому времени уже должна была вернуться из командировки.

Недалеко от кафе «Где же кролик?», в четырех остановках на