Приворот по обмену - Наталья Сергеевна Филимонова

чайник. – Видишь ли, я никогда не мешал занятиям Тамилы уже хотя бы потому, что понимал: я точно не могу дать ей того, что ищут обычно девушки в браке. Любви. Я хотел, чтобы по крайней мере своей заветной цели она могла достичь. Но в саму ее работу не вникал никогда. И у нее наверняка бы получилось… выбери она какое-то другое средство для ее достижения. Какое угодно другое невозможное зелье – она наверняка создала бы. Но не приворот для драконов. Если бы Тамила потрудилась спросить у меня… ну или хотя бы у своего отца – все же у него академическое образование – ей не пришлось бы тратить время на бесполезное “исследование”, в котором у нее попросту не было шансов. Видишь ли, драконы не поддаются приворотам не в силу какой-то особой устойчивости. Просто для нас любовь значит немного не то, что для людей. Люди… люди могут влюбляться множество раз за свою короткую жизнь. И это даже необязательно мимолетное увлечение. Это может быть серьезное, глубокое, искреннее и настоящее чувство… которое со временем, тем не менее, способно погаснуть. Или кто-то из двоих умирает – и у второго остается шанс встретить новую любовь, такую же глубокую и настоящую. Более того – любовью люди что только не называют. И лихорадочные чувства, которые испытывают самые юные из них, часто под влиянием гормонов. И спокойную привязанность стариков, проживших вместе многие десятилетия, возможно, не раз причинявших друг другу боль, но оставшихся рядом, и к закату жизни ощущающих друг друга просто родными душами. Яростная, безумная страсть или дружба и нежность – вы все это зовете любовью. У вас бывает даже любовь-ненависть, любовь калечащая и ранящая. В таком разнообразии сложно не запутаться… в конечном счете вы готовы называть любовью любые чувства, прочно связывающие мужчину и женщину вместе и не дающие им отпустить друг друга. А значит, приворот для человека – это легко. Достаточно создать такую связь. Надеюсь, ты понимаешь, что ни один приворот не создает любви. Он лишь имитирует какие-то из ее проявлений. Легче всего пробудить страсть. А если желание будет сильным, неутихающим, направленным только на одну женщину – люди и назовут это любовью. Ну и что, что привороженному безразлично, что интересно этой женщине, как она себя чувствует и счастлива ли она? Все равно ведь он глаз с нее не сводит.

Но для драконов любовь – это все виды и формы любви разом, кроме любви-ненависти. Только все одновременно. Дракон может всерьез любить лишь один раз в жизни. И только ту, что ему предназначена – свою истинную пару. К ней он испытывает и дружеское тепло, и страсть, и нежность, и желание заботиться и защищать, и многое другое. Только с душой истинной пары его душа совпадает, как будто они две части единого целого. И подделать весь этот коктейль разом – попросту невозможно. Приворот может подействовать на кого-то из нас… ну, скажем, как афродизиак. Он может даже пробудить влечение к конкретной женщине. Ненадолго. И ни при каких обстоятельствах ни один дракон не спутает это влечение с притяжением истинной пары. Вот и все. А потому и бесполезно нас привораживать.

– Ты хочешь сказать… – я как раз протянула руку к чашке, но теперь замерла, а Корин уверенно кивнул.

– Знаешь, связь истинных пар дает обоим любящим особую защиту. Столетия назад люди воевали с драконами, и им эта защита мешала. Ходили слухи, что был создан некий артефакт, связавший магию истинности. А еще – что наш нынешний император ищет этот артефакт, чтобы уничтожить. В ночь, когда ты появилась здесь, все в императорском дворце слышали взрыв. Как думаешь, случайно ли ты и другие девушки оказались здесь одновременно?..

– Не знаю… – осмыслить все это никак не получалось. Сказки же! – Я уже ничего не знаю…

– Ты спрашивала, можно ли влюбиться за такой короткий срок. Так вот – все возможно. Связь истинной пары, конечно, не заставляет тебя влюбляться. Она просто означает, что мы по-настоящему подходим друг другу. Просто в твоем мире, мире без магии, мы, наверное, проходили бы этот путь куда дольше – присматривались друг к другу, сближались постепенно… а здесь между нами уже есть связь, и она делает все куда проще.

– Уверен? – совсем тихо переспросила я. Поверить в то, что все действительно так просто, было соблазнительно и странно. “Идеально подходим”? То есть… он готов принимать меня такую, как есть? И даже со всеми глупостями, которые я успела натворить?

– В своих чувствах – совершенно. Наверное, ты пока еще не любишь меня. Ты из другого мира, и, возможно, не чувствуешь этой связи. Но мне выпал исключительный шанс. И я собираюсь сделать все, чтобы ты меня полюбила. – Он снова обаятельно улыбнулся и положил ладонь на мою руку, которую я уронила на стол. – У тебя нет шансов!

– Кажется, я уже… – пробормотала я, прикипев взглядом к нашим соединенным рукам. Потому что их вдруг окутал голубоватый свет, а потом – вспышка и…

Я проморгалась и во все глаза уставилась на браслеты-татуировки на наших запястьях. Белые и темно-синие линии сплетались в сложный узор.

– Это…

– Подтверждение, – Корин кивнул. На рисунки, впрочем, он и сам смотрел как на чудо. – Это… такого не было много столетий. Но да, это – подтверждение. Когда истинная пара осознает свои чувства и свою связь, их брак подтверждают такие рисунки. – Он поднял на меня глаза. – Понимаешь, что это значит? Ты теперь действительно моя жена! Не Тамила – именно ты!

Он порывисто вскочил с места, опрокинув свой стул, снова подхватил меня на руки – вместе с одеяльным коконом! – и закружил по террасе.

– Эй! А ну положь где взял! – в первую секунду я взвизгнула от неожиданности, а потом пригрозила, – Меня сейчас укачает!

Наглый драконище остановился, но из рук не выпустил. Так и стоял, прижимая к себе, будто сокровище, которое всю жизнь искал. И улыбался совершенно шальной улыбкой.

– И что мне теперь делать? – жалобно спросила я. В голове по-прежнему была каша. Осознавала я сейчас только одно: в свой мир возвращаться точно не надо! А приворота… кажется, никогда не было. Ой, бедный мой дракончик, это ж я в него всю эту гадость ни за что ни про что вливала…

– Как что? – Корин зарылся носом в