Верность сердца - Кейт Уолкер

— А теперь?..

— У меня был шанс убедиться в твоей преданности. Мне хватило ума понять, что преданность — это сила. И я спросил себя, способен ли я на такое? А если не способен, не означает ли это, что я слаб?

— И каков ответ?

— Не знаю, милая, не знаю. Я еще не испытал себя.

— Понятно, — проговорила Кассандра и тяжело вздохнула.

Теперь уже она задумчиво смотрела в сторону.

— Ты бы не сказала этот таким тоном, если бы знала, что именно я пытаюсь тебе сказать, — упрекнул ее за скептицизм мужчина.

— Тогда говори.

— Минуточку. — Он взял паузу и перевел дыхание. — Случилось нечто, после чего я окончательно понял, что я не такой, как мой отец. И для того, чтобы отличаться от него, вовсе не обязательно прилагать к этому какие-то немыслимые усилия. Просто надо слушать свое сердце, ну и свою женщину… Если она, конечно, права, — шутливо добавил Хоакин Алколар. — Я хочу сохранить эти отношения, Кэсси. Я нуждаюсь в переменах. И прошу тебя помочь мне в этом.

Как по волшебству, на его ладони появилась бархатная коробочка. О ее содержимом Кассандра могла догадаться из всего вышесказанного, но это не умалило блеска, вспыхнувшего в ее глазах. Этот блеск сделался ярче, когда открылась крышечка и показалось золотое кольцо с внушительным бриллиантом, в котором купался лунный свет.

— Хоакин! — воскликнула Кассандра и всплеснула руками. — Как красиво! — не удержалась она от похвалы, сгорая от желания надеть на палец это сокровище.

— Кассандра, ты выйдешь за меня замуж? — требовательно спросил Хоакин. — Ты принимаешь мое предложение, в знак чего я готов немедленно надеть на твой славный пальчик это кольцо? Ты позволишь донимать тебя своим обожанием вечно? Главное, ответь, любимая, веришь ли ты мне? — нежно завершил испанец.

— Верю, любимый, — заставила себя прошептать Кассандра.

Женщина не поверила ни единому его слову. Она слишком хорошо знала, кто такой Хоакин Алколар. Очень умный и при этом феноменально изворотливый человек. Он мог безошибочно сыграть любую роль, какая бы маска ни украшала его волевое лицо. Но Кассандра всегда безоговорочно принимала правила его игры. И если в этот миг он делал ей предложение, обставив все именно таким образом, ей оставалось лишь смириться со своей участью.

Кассандра позволила надеть кольцо на свой «славный» пальчик и поднесла кисть ближе к лицу, зачарованно наблюдая игру света на гранях камня,

Она могла принять его предложение и тогда, когда он сделал его в квартире Рамона. Именно для этого она и бросилась догонять Хоакина, невольно став причиной его падения на мокрой брусчатке.

Но то, как он изощрился сделать предложение в этот раз, устраивало ее много больше. Теперь ее женское честолюбие было полностью удовлетворено.

— Ты не сказала «да, я согласна стать твоей женой, Хоакин». Скажи это, — подсказал он Кассандре.

— Я… — бодро начала она, но тотчас оборвала себя.

Она еще раз посмотрела на кольцо и передала его обратно Хоакину, с сожалением сняв со «славного» пальчика.

— Что это значит? — хмуро спросил он, отказываясь принять кольцо назад.

— Я не выйду за тебя, любимый. Не могу.

— Но ты же знаешь, что это не пустые слова! Ты знаешь, как я к тебе отношусь! Тебе хорошо известно, что для меня значит твоя любовь! — восклицал Хоакин Алколар, предложением которого вторично пренебрегла одна и та же женщина. Та, которая, как он всегда полагал телом, сердцем и душой, всецело принадлежит ему.

— Знаю ли? — тихо спросила Кассандра. — Как я могу знать это, Хоакин? Ты никогда не давал мне понять, кем я для тебя являюсь.

— Но пять минут назад я все тебе сказал!

— Ты много говорил о своей семье, затем о себе. Всё это мне и так было известно. Но я по-прежнему не знаю, кто я для тебя. Удобная любовница? Незаметная домохозяйка? Терпеливая сиделка? Кто?

— Но мы были вместе весь этот год! Что ты чувствовала?

— Только то, что я пропадаю, что мне нет спасения от моей любви. А ведь я так хотела вырваться! — честно призналась она.

— И поэтому ты мне отказываешь теперь, когда я нашел самое правильное решение? — разочарованно произнес Хоакин.

— Да, отказываю. И не проси меня больше. Я не могу уйти от тебя по доброй воле, но и соглашаться на брак не должна. Знаю это твердо.

— Это значит, что ты мне не веришь, — горестно подытожил мужчина.

— Увы.

— Я не могу принять такой ответ, — резко отозвался он. — Не думай, что я потерплю отказ.

— Ты намерен принудить меня силой? Но зачем?

— Никогда не понуждал женщин силой. И теперь не стану. Я просто намерен добиться твоего согласия, Кэсси, — прояснил он свою угрозу.

— А если у меня тоже есть принципы?

— К черту принципы! — рявкнул он. — Да и о каких принципах вообще может идти речь? Ты примешь мое предложение. У тебя просто выбора другого не будет, — почти кричал Хоакин Алколар, свято верующий в свою мужскую неотразимость.

Он уже завладел губами своей женщины, когда та, оттолкнув его от себя, возмутилась:

— Не будет другого выбора? Что ты хочешь этим сказать? Полагаешь, если ты полчаса снисходишь до моей персоны, уподобляясь рыцарю, я размякну и соглашусь на все, о чем ты только меня ни попросишь?! Нет, нет и еще раз нет! Нет, если ты глухой! — прокричала она что было мочи. — Я не верю твоим притворствам. Если ты пытаешься всех убедить в том, что изменился после падения, то меня этими фокусами не проведешь. За год я успела изучить тебя и знаю, что ты на многое способен ради достижения своей цели. Сейчас тебе для чего-то нужно, чтобы я согласилась стать твоей женой. И ты решил прикинуться паинькой. Но для меня это шито белыми нитками. Но если ты действительно потерял память, во что я тоже верю с трудом, то ты очень пожалеешь, что сделал мне предложение, когда она к тебе вернется. Поэтому в твоих же интересах я вынуждена отказать тебе, Хоакин. Прими этот ответ как окончательный.

— Нет! — обрубил он. — Я люблю тебя. А чувства от памяти не зависят. И я не стану ни о чем жалеть. Ручаюсь, любимая! Надень кольцо.

— Нет, Хоакин. Не убеждай. Ты хотел услышать мой ответ — он тебе известен. Больше мне сказать нечего… И, думаю, после этого разговора нам лучше расстаться, — тихо добавила Кассандра.

— Сейчас? — удивился он ее поспешности.

— Да, сейчас. А когда же? — сказала она и поспешным шагом направилась к дому, покачивая бедрами:

Хоакин на мгновение отвлекся, но, быстро опомнившись, окликнул ее:

— Однажды моя память, может быть, действительно вернется. Тогда-то я вновь попрошу тебя стать моей женой.

— Тогда? Боюсь, тогда все станет иным для нас обоих. Потому что я буду очень стараться, чтобы забыть тебя. Когда твоя память вернется и ты все еще будешь настаивать, возможно, я и выслушаю тебя, но сомневаюсь, что мой ответ изменится, — рассудительно произнесла Кассандра.