Молчание Гамельна - Александра Варёнова

Когда между ног сгустился неимоверный жар, Гамельн резко прекратил всякое движение. Леона возмущенно заскулила. Ну кто так издевается? А вот приоткрывать один глаз не стоило. Гамельн, отодвинувшись, хищно провел языком по верхней губе и потянул Леону за ноги, распластывая по кровати. Леоне совсем, вот совсем не нравился подобный расклад! Внутри орало сиренами. А можно на стоп нажать? А можно перемотать?

— Уже нет, Лео, уже нет.

Гамельн рывком стянул с Леоны шорты с трусами. И так, чтобы она окончательно съехала с катушек, совершенно по-блядски стянул штаны с боксерами с себя. Ой-ой-ой-ой. На это точно можно смотреть? Это законом не запрещено? Гамельн выглядел потрясающе.

— Слюной не капай, львенок. Все впереди.

Гамельн раскатал на себе презерватив, и Леона упустила момент, откуда он его достал. Сглотнула вязкую слюну. Мышцы напряглись камнем.

— И потише. Тебе будет не очень приятно, но я постараюсь быть нежным, — Гамельн похлопал по внутренним сторонам ее бедер, намекая, что ножки можно расставить пошире, и оценил взглядом позу так, что сбежать захотелось.

Не отрывая от нее взгляда, он принялся ласкать ее пальцами. Прямо сейчас в жизнь воплощались сокровенные фантазии. В реальности это ощущалось куда ярче, чем представлялось. Движения по началу нежные становились все быстрее и напористее.

Чем дальше — тем ярче организм реагировал. По телу прокатывалась теплая-теплая волна. Легким скольжением. Вроде была, а вроде и не было. Леона застонала протестующе-вызывающе и выгнулась, пытаясь поймать больше ощущений.

Поймала, нечего сказать! Гамельн с рыком приподнял ее бедра и вошел плавно — едва ли на головку. Леона задышала чаще, уговаривая себя не паниковать. Гамельн убрал мокрую челку с ее лица, поцеловал медленно, вдумчиво. И среди томности поцелуя первый мягкий толчок был едва ощутим. Но Гамельн толкнулся вновь, в этот раз сильнее, и Леона, почувствовав легкую боль, сжалась.

— Тише, львенок, — прошептал Гамельн ей на ухо. — Потерпи.

Со следующим толчком боль полоснула острой вспышкой, и Леона застонала и вцепилась в плечи Гамельна, заставив его замереть.

— Дыши, давай. Вдох-выдох, — негромкий голос Гамельна будто тушил неприятные ощущения, быстро сводя их на нет.

Леона, подчиняясь этому голосу, приходила в себя. Открыв глаза, она увидела заботливый и взволнованный взгляд и почти на автомате потянулась за поцелуем. Гамельн, мазнув по ее губам, уткнулся ей в плечо, тяжело вздохнул и неожиданно — для Леоны — отстранился, полностью из нее выходя.

Лицо его не выражало никаких эмоций, будто от секса с ней он не получал ни капли удовольствия, и Леона уже готова была вскочить с кровати, как выцепила взглядом что-то выбивающееся, неправильное… Гамельна всего трясло. Он вновь вздохнул и сказал глухо:

— Ты лежи… А я пока…

— Эй-эй-эй, куда! — Леона схватила Гамельна за локоть и повалила обратно на кровать.

Гамельн лежал, раскинув руки. Грудь ходила ходуном. Глаза сверкали — шальные-шальные. Похоже, он все еще пытался себя контролировать. Потому что самый умный и взрослый, да еще и заботливый! Хренушки с два.

— Лео… это не самая…

— Мне лучше знать, — Леона пристроилась на бедрах Гамельна и обхватила его все еще твердый член. — А то тебе можно все в свои руки брать, а мне нельзя? Ха!

На самом деле Леоне было стремно. Очень. Не каждый день добровольно собираешься пихать в себя чужие члены. Ну, то есть не чужие, но… По позвоночнику скользнула капля пота. На картинках и видео все выглядело совсем иначе. А если она не туда станет пропихивать? А если передавит? А если переусердствует? Р-р-р-а! Какие глупости только ни лезли в голову!

На выдохе Леона направила член Гамельна в себя. Хуже уже все равно не будет. Член проскользнул по-прежнему легко и начал распирать. Странно, волнующе, но не неприятно. Даже больше дразняще-маняще. Очухалась она, только когда поняла, что все.

— Упс.

Заполненность давила и призывала к действию. Гамельн смотрел на нее не мигая широко открытыми глазами, в которых плескалась бездна. Авантюра стоила того! Леона в эту бездну ухнула — и снова, и снова. Она не знала, как правильно, но Гамельн застонал, запрокинув голову. И вцепился в ее бедра, направляя и побуждая чуть не мячиком скакать. Ну, это уже как-то сли… Гамельн вдруг навалился на нее, опрокидывая.

Началось какое-то сумасшествие. Гамельн втрахивал ее в матрас до красных пятен перед глазами. До помутнения. До крика. Кровать ходила ходуном и долбилась о стенку. Леона не стонала даже, а захлебывалась. Звук от соприкосновения тел казался каким-то нереальным, зашкаливающим. Это точно с ней происходит?!

Леона заскребла ногтями по спине Гамельна — в ломкой эйфории. Уже почти готовая. Пальцы скользили, а Леона цеплялась, цеплялась… Оргазм накрыл на очередном рвано-глубоком толчке, насыщенно-бурный.

Гамельн резко замедлился, толкаясь реже, но глубже. С его губ слетали короткие стоны, и Леоне очень хотелось сцеловать их. Но Гамельн отвлек от этих мыслей, переплетя пальцы и потянув ее руку вниз.

— Поможешь? — спросил хрипло и подмигнул.

— Э-э… Как? — на Леону нашел ступор, но когда Гамельн вышел из нее и внезапно под пальцами ощутилась горячая влажная кожа, а потом и тяжесть налитого члена, ступор как-то сам собой скрылся.

Пары совместных движений хватило, чтобы Гамельн излился ей на живот, пачкая пальцы, и упал на кровать рядом. Леона поморщилась — очень захотелось вытереться. Хоть чем-то. Вот куда все салфетки делись? Придется о простыню…

Гамельн лежал и не двигался, сияя блаженной улыбкой. Нет, вы только на него посмотрите! И совесть наверняка дрыхнет мирным сном.

Леона показательно засопела. Гамельн протянул руку, погладил по голове.

— Спасибо.

— Знаешь, ты действительно монстр. Нельзя же так с невинными девушками!

Гамельн перестал изображать счастливую тряпочку и приподнялся на локтях.

— Прости. Сорвало. Все ты, — он сказал это так буднично и так интимно, что у Леоны щеки запылали. — Славный львенок — совсем большая львица. Что я для тебя могу сделать?

Леона надулась поначалу, а потом вспомнила кое-что важное. Уселась поудобнее.

— Расскажи, пожалуйста, про детей. Где мне их искать?

* * *

Ухоженный двухэтажный дом рядом с пепелищем — сочетание как минимум странное. А как максимум — пугающее. Леона зашуршала щебнем, останавливаясь и сверяясь с бумажкой. Ну да, адрес нужный. Но дом почему-то милым и дружелюбным совсем не казался. Такие ночами запросто превращались в чудовищ. Вдруг Оллин уже сожрали? Что за глупости! Меньше надо фэнтези читать.

Леона собралась с духом и нажала на звонок. И ничего не услышала. Зашибись. Не работает, что ли? Потянулась опять, и тут тишину