Позаботься о дочери - Теона Бонк

Возможно, Рита права. Секс между нами все усложнит. Это неумно, как она сказала.

Я согласен. Но это не значит, что я перестану ее хотеть.

На самом деле теперь я хочу ее еще больше.

Музыкальная тема Риты

Рита Дакота - ЦУНАМИ

16

16

Рита

— Спасибо, что подвез, — поворачиваюсь на сиденье к Демиду.

— Да не за что, — ровным голосом говорит. По выражению его лица ничего нельзя понять. Никаких эмоций. А когда они появляются, это обычно циничный взгляд или саркастичная улыбка.

Но не мне его судить. Мы с ним похожи в этом.

— Ты не зайдешь? — киваю на главный дом. Я думала, он для этого сюда поехал.

— Неа. Не в этот раз. Если будешь снова на нашей улице, не стесняйся, подходи. Я подвезу куда нужно.

— Спасибо! — выхожу из салона и направляюсь в сторону бани.

Фары отъезжающей машины выхватывают из темноты фигуру, развалившуюся на пластиковом стуле у двери домика.

Черт.

Я думала, Митя уже будет спать, умаявшись с Аней.

Специально задержалась.

Ездила на нашу старую улицу. В этот тупик из трех домов, построенных для рабочих завода. К дому, где провела детство. Но без конкретной цели. К Саше я не заходила.

Демид увидел меня из окна своей квартиры и, наверное, ему показалось странным, что я сижу на крыльце моего подъезда. Не захожу внутрь. И к Саше не поднимаюсь.

Вот он и спустился.

Я была удивлена, что он все еще живет там. Как будто что-то его удерживает. Хотя многие парни, в том числе Оскар, купили квартиры в хорошем районе.

Демид не стал меня расспрашивать о моем странном поведении. Он никого не впускает к себе, но и ни к кому не лезет. Так я поняла его за то короткое время, что видела сейчас. Хотя в детстве он был живым мальчишкой. Не был циничным и холодным.

На него жизнь тоже наложила отпечаток.

Демид не пытался вывести меня на откровения. А вот Митя, скорее всего, опять будет задавать вопросы. Много вопросов!

Всю душу из меня вынуть захотел. Я на такое не подписывалась.

Недоверие ко всем мужчинам у меня на подкорке. С самого детства. После того как самый главный мужчина, который должен был защищать меня, каждый божий день опускал меня в ад. А потом и вовсе прикрылся как живым щитом от пуль.

А ведь когда я была маленькая, до последнего верила и надеялась, что папа любит меня.

Теперь у меня патологическая боязнь эмоциональной привязанности к мужчинам. А эмоционально привязаться и влюбиться в бабника, да и еще который напоминает мне о моем прошлом, — это вообще самоубийство.

Я никогда раньше не открывала никому сердце. Да, встречалась с парочкой парней. Но больше от скуки и потому что так надо. Ну и в поисках хорошего секса. Но его я не нашла.

Я не впускала их в душу, и никто из них не пробирался туда без спроса.

Как Митя хочет сделать. И у него это начинает получаться.

Я не могу допустить, чтобы он полностью похитил мое сердце. Не могу!

Я не знаю, как сопротивляться ему? Как справляться с этим?

Я не искала такого. Любви, единения душ, вторых половинок и прочего, как другие девушки мечтают.

Не верила в такую бешеную химию между двумя. И никак не ожидала, что столкнусь с этим, откликнувшись на просьбу о помощи с малышкой. Только не здесь. Только не с этим мужчиной и не в этом городе.

Сейчас мне никуда не скрыться. Я приближаюсь к домику на негнущихся ногах. Все ближе и ближе.

Я боюсь, что если Митя продолжит давить, я сдамся. Ну какая девушка устоит перед таким, как он?

Но Анюта — самое важное и для него, и для меня. Не секс. Который может все испортить.

Он ждет. В другие вечера он никогда не ждал меня так очевидно. Тем более, на улице.

Обычно, когда я возвращалась, Митя уже лежал без движения на своем диване, и я проскальзывала по-тихому наверх.

Но сейчас он сидит на стуле, выглядит слишком расслабленным. В темноте мне не видно его лица. И слава богу.

Надеюсь, он не продолжит на том месте, где прервался наш разговор.

Я всеми правдами и неправдами цепляюсь за мысль, что не сплю с мужчиной просто ради секса. Это всегда должны быть отношения. Сначала нужно узнать друг друга. Перед этим сходить на десятки свиданий…

Хотя даже те несколько парней, с которыми я встречалась, не задерживались надолго. Но только потому, что я сама с ними рвала.

Странно. С одной стороны, я не хочу сближаться с кем-то. С другой, считаю, что секс возможен, только если между двумя уже есть какая-то степень близости.

Развернуться бы прямо сейчас и сбежать. Но я обещала брату помочь. Я дала обещание Мите помочь. Я уже начинаю влюбляться в его маленькую девочку.

Даже не ожидала такого от себя.

Когда мои глаза привыкают к темноте, я вижу, что Митя сидит в шортах и черной майке. Майка-алкоголичка, как называли ее бабульки-соседки у подъезда.

Странно, но в этой майке его мышцы кажутся больше, чем когда он щеголял с обнаженным торсом или в одной из своих потертых футболок.

Ох… он как будто знает, как я залипаю на его голом торсе, на этих линиях, впадинках, кубиках, и