Без ума от тебя - Фири Макфолен

Видимо, недостаточно тихо.

Джон повернулся на каблуках, выбросил кулак и ударил Кэла по лицу. Кэл охнул от неожиданности, пошатнулся и то ли осел, то ли шлепнулся на крыльцо. Харриет, не веря своим глазам, потрясенно вскрикнула. К счастью, Кэл был скорее изумлен, но агрессии не выказывал и драться с Джоном не собирался.

– Какого хрена, Джон! – заорала Харриет. Она была настолько ошарашена происходящим, что не боялась спровоцировать новый приступ агрессии. – Что ты творишь?

Ошеломленный, Кэл поднес руку ко лбу. Из-под ладони сочилась кровь.

– Вы в порядке?

Кэл повел в ее сторону видимым глазом – в нем читалось: «Сама как думаешь?»

Джон смотрел на нее остекленевшим, торжествующим, расфокусированным взглядом. Так смотрят в состоянии временного помешательства и полного охренения.

– Я говорил, что буду драться за тебя.

Харриет подскочила к нему, схватила за рубашку и оттащила от порога. От него пахло спиртным, но даже в таком состоянии он вряд ли бы поднял на нее руку.

– Ты хоть понимаешь, что совершил нападение? И то, что был пьян, тебя не оправдывает?

– Если ты с ним не спишь, тогда зачем скрываешь, где живешь?

Харриет передернуло от этого прямого обвинения, высказанного в присутствии Кэла. Что до соседей, то у них этим тихим летним вечером была вечеринка.

Сейчас Харриет легко восстановила события, предшествовавшие этой сцене. Джон часок-другой изводил себя ревнивыми подозрениями, которые – при содействии содержимого винного погреба, – наконец, превратились в холодную уверенность. Тогда он решил разыскать ее (и его), уличить и разоблачить. Поймать с поличным. Но откуда он взял ее адрес?

– Я не скрываю. Я съехала два дня назад. Ты совсем рехнулся!

– Ты не говорила, что переезжаешь к мужчине!

– А это имеет значение?

– А разве женщины переезжают к незнакомым мужчинам?

– А я вот переехала.

– Вероятно, очень хотела от меня избавиться!

– Ума не приложу почему, – пробормотал Кэл.

Джон тотчас крутанулся на каблуках:

– Что ты сказал?

Харриет успела притворить дверь, прежде чем он снова полез в драку.

– Поезжай домой и проспись, – она помедлила. – Телефон у тебя с собой?

Джон рассеянно похлопал себя по карману брюк.

– Ага.

– Тогда отойди в сторонку и вызови такси.

– Харриет.

– Что?

– Я тебя люблю.

– Вали к черту!

Джон отсалютовал, приложив пальцы к голове, так что получилась латинская буква «V», посмотрел на Кэла, маячившего за спиной Харриет, и нетвердой, механической походкой пошел прочь.

Когда Харриет вернулась в дом, Кэл был на кухне – обрабатывал ссадину бумажным полотенцем. Сегодня он был чисто выбрит: вероятно, слова Сэма возымели действие.

– Черт, мне ужасно жаль. Вы как?

– Бывало и лучше, – резко отозвался он, давая понять, что ее сочувствие неуместно.

Харриет скривилась. Джон, ты – законченный мудак. Она отмахнулась от тягостных мыслей: как она могла так ошибаться на его счет? Почему снова вляпалась? Что с ней не так? Она по опыту знала, что на это будет уйма времени. Чтобы проникнуться отвращением к себе.

– Объясни вы свои обстоятельства, я бы не стал открывать ему дверь. Он барабанил так, точно за ним гнался медведь. Знай я, что над вами нависла такая угроза, я бы держал дверь на запоре.

– Честно говоря, я шокирована не меньше вас.

– Без обид, но сомневаюсь. «Мы расстались» как-то не очень вяжется со всем этим. «Расстались по-плохому» – уже какой-то намек.

– Мы не расставались по-плохому, в том-то и дело.

– Так я вам и поверил.

Харриет не сразу осознала, что ее бьет озноб, тогда же это дошло до Кэла.

Он оценивающе присмотрелся, сузив глаза. Затем, явно подчиняясь необходимости, поинтересовался:

– Вы в порядке?

Харриет кивнула. Она стояла, обхватив себя руками, зуб на зуб не попадал. Это была паническая атака – бей или беги, – и она по опыту знала, что ее нужно пережить.

Кэл поморщился – ход его мыслей отразился на лице, точно в новостной бегущей строке: О господи, я словесно напал на НЕЕ из-за того, что сделал ОН! Ну и мудак!

– Забудь, Харриет. Я брякнул не подумав. Ясно, что это не твоя вина. Вообще.

Она кивнула – дрожь слегка унялась. Джон спровоцировал у нее приступ паники, которого не случалось уже давно.

Кэл бросил бумажный лист и взял ее за плечо.

– Все в порядке. Он ушел.

Потом, после секундного колебания, он обнял ее, и Харриет подчинилась, думая о том, какой сюрреалистичной стала ее жизнь. Кэл был очень теплым, вероятно, вспотел от шока. Она была признательна ему за участие, но из-за чувства вины перед человеком, который не желал ее присутствия в своем доме, не испытывала облегчения. Ни она, ни Кэл не искали утешения друг у друга.

– Не бойся. Мы его в тюрьму отправим.

– Я его не боюсь.

Харриет слабо рассмеялась, когда объятия разомкнулись. Кэл поднял брови.

– По-моему, пора начать.

Он указал на свой лоб. Учитывая расквашенную физиономию, он держался довольно хладнокровно.

– Ты поэтому позвонила мне, как только вышло объявление, и сбежала, прихватив одежду?

Сердце перестало частить, и Харриет снова обрела способность изъясняться внятно.

– Нет! У Джона первоклассный дом, он гордится своим интерьером, так что у меня не было причин что-то покупать. Он не бузотер, не ругается, даже когда его подрезают на дороге. Но когда несколько недель назад я сказала, что все кончено, слетел с катушек. За два года, что мы были вместе, я его таким не видела. Это совершенно не в его духе.

– Ясно, – Кэл нахмурился. – Значит, мне повезло.

– У тебя антисептик найдется? – Харриет посмотрела на ссадину на его лбу.

– Думаю, да.

Кэл принялся открывать шкафчики.

– Типа этого?

У него в руках был «Савлон». Харриет кивнула.

– И чем он зарабатывает на жизнь?

Кэл выдавил на палец немного геля, помазал ссадину и поморщился, когда начало жечь.

Харриет сказала, что Джон – Капитан Подлива, топ-менеджер с солидным окладом.

– Отлично. Тогда он не захочет лишиться работы. Передай ему, если я еще раз увижу его вблизи дома, то позвоню в полицию и его работодателю. А пока ничего не буду делать – из-за себя и тебя, но не из-за него.

– Передам. Спасибо, – Харриет была преисполнена благодарности. – Завтра, когда протрезвеет, он сгорит со стыда, честно.

Кэл смотрел скептически. Возможно, задавался вопросом, а не разыграла ли она эту сцену, чтобы прикрыть бывшего дружка.

– За ним точно такого не водится? Он не поднимал руку на тебя? Не затевал драк?

– Он в жизни мухи не обидел. Не стал скандалить,