Нэйт - Селия Аарон

Мы еще не закончили. Я никогда не закончу с ним, но я была в полной растерянности, не зная, как справиться с его бредом, что он вбил себе в голову. Он хотел меня. Я хотела его. Что в этом плохого? Почему он не мог перестать отталкивать меня?

— Не делай этого, — попросил он и шагнул ко мне.

Я отступила назад:

— Не делать что? Не говорить тебе, что ты несешь полный бред? Не говорить тебе, что я знаю, что ты хочешь этого так же сильно, как и я? Ладно. Я не буду. Думаю, ты получил то, что хотел, когда попробовал меня. За тебя можно порадоваться! Иди вперед и добавь ещё одну галочку в список своих побед, что висит над кроватью.

В его глазах промелькнула боль, но это меня не остановило. Он был не единственным, кому здесь было больно. Я произнесла:

— Ты хочешь, чтобы это закончилось? Ну, так я согласна. Всё кончено. Спасибо за развлечение на траве.

Я повернулась и побежала по коридору, мои глаза жгло от слёз, которые я не желала проливать перед ним.

— Сабрина, подожди! — позвал он. Его шаги эхом отдавались позади меня.

— Нет. Оставь меня в покое! — с этими словами я взбежала вверх по лестнице в свою комнату, захлопнула дверь и заперла её.

Хелло Китти насмехалась надо мной со стен, а слёзы катились по моим щекам. Он стоял за моей дверью. Я ждала, что он постучит, скажет что-нибудь, сделает что-нибудь. Он просто стоял там в течение долгих минут, прежде чем я почувствовала, что он уходит, услышала его шаги на лестнице, а затем хлопнувшую входную дверь.

Глава 11

Нэйт

— Ты не понимаешь, чувак, — проговорил я в телефон и сделал глоток. Джилли неодобрительно посмотрела на меня. Пил ли я в десять утра? Да уж. Меня это волновало? Ни хрена. Я был владельцем «Скотобойни», забегаловки в Фиштауне, так что Джилли должна была подавать мне выпивку, даже если это было святое время воскресной проповеди.

Конрад откашлялся на другом конце провода.

— Я все прекрасно понимаю, — ответил он. Холодный убийца был единственным, с кем я мог поговорить, хотя официально он был мертв. Он и его женщина, Чарли, поселились в маленьком городке на Западе и начали новую жизнь. Звенящий смех маленькой девочки на заднем плане заставил меня улыбнуться.

— Скажи моей племяннице, что мне с тобой нужно обсудить кое-что очень серьезное, но я скучаю по ней.

— Она знает. Все трое всё время спрашивают, когда ты приедешь в гости.

— В ближайшее время не смогу, — ответил я и сделал ещё глоток. — Сегодня днем я встречаюсь с ирландцами. У меня тут стукач. У меня тут Дмитрий. И, что хуже всего, у меня ужасный стояк из-за Сабрины.

— Ты мог бы не рассказывать про свой стояк, — подколол он. Его низкий ровный голос вызвал в памяти знакомые образы поздних ночей, проведенных за грязной работой на старого босса. Тогда, в те дни было проще, когда я понятия не имел, как трудно быть главным. Это выглядело так просто. Тебе отдали приказ, ты его выполнил. Стороны, которые я не видел, — работа с копами, отмывание денег, бухгалтерия, воры, конкурирующие организации — обрушились на меня, как только я взял бразды правления.

— Стояк был лучшей частью рассказа.

Он неодобрительно хмыкнул.

— Послушай, для меня очевидно, что она хочет тебя надолго…

— Нет, она просто думает, что понимает свои чувства.

— Что это значит, чёрт возьми? Ты же не говорил ей всё это, правда?

Последнее предложение было произнесено с намеком на тревогу.

— Ну да, я сказал ей, что она не знает, о чём говорит, когда она…

В трубке раздался хриплый смех, который затем перешел в громкий хохот.

— Ты сказал своей женщине, что она не знает, о чем она говорит? — переспросил он и взвыл от смеха, когда я допил своё пиво, а потом заказал виски.

— Вот чёрт, Нэйт. Я знал, что ты тупой, но тут ты действительно превзошел сам себя.

Я услышал голос Чарли, которая что-то прошептала на заднем плане. Конрад передал то, что я ему сказал, и тут я услышал тихий свист.

— Чарли недовольна, я так понимаю?

— Она просто сказала, что тебе повезло, что Сабрина не врезала тебе коленом по яйцам.

— Блин! — я выпил половину виски одним обжигающим глотком. — Так что же мне делать?

— Ты хочешь её?

— Да, она как гребаное солнце. Горячая, умная — она получила полную стипендию в Темпл, ради всего святого — заботливая, имеет свой мнение и этот удивительно острый язык. Господи, что она говорит!

— Я это всё уже слышал. Я понял. Но если взглянуть иначе, может быть тут что-то ещё? Ты просто хотел трахнуть её и двигаться дальше, или что?

Эта мысль была — и я признаю, что это было странно — отвратительна для меня. Даже находясь вдали от неё для этого импровизированного сеанса телефонной связи с Конрадом, у меня всё зудело от желания вернуться к ней, чтобы взять то, о чём я говорил.

— Нет, не с ней. Она другая.

И разве это не отрезвляющая мысль?

— Не такая, — проговорил он и усмехнулся. — Да. У меня было предчувствие в тот день, когда мы нашли её. Она посмотрела на меня так, словно я был Бугименом из её кошмаров — и я практически уверен, что был — но когда она увидела тебя, тут всё и случилось.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что тогда она полюбила тебя на каком-то уровне. Во всяком случае, столько, насколько может любить тринадцатилетний ребенок. Теперь, когда она выросла, она влюблена в тебя, — он помолчал. — Не понимаю почему. Ты такой сукин сын.

— Влюблена? — переспросил я, поудобнее уселся на барный стул, осушив свой стакан, поднял два пальца, подавая знак барменше. — Сделай мне двойной.

— Ты пьешь?

— Да.

— А встреча с ирландцами сегодня днем?

— Да. Но они в половине случаев пьют мочу. Мы отлично поладим.

— Держи себя в руках, босс. Из-за Сабрины ты всё время на взводе. Если ты напьешься, когда у тебя есть дела, это только ухудшит ситуацию.

— Правильно, — согласился я и сделал большой глоток, держа телефон подальше от себя. — Точно ухудшит. Тебе не кажется, что это… я не знаю. Быстро? Она слишком молода. Я