Извращенный терапевт - Махи Мистри

Зара подняла руку. — Я хочу знать.

Хейден бросил на нее свирепый взгляд и обвиняюще посмотрел на меня: — Ты имеешь в виду то, к чему ты позже присоединился…

— Хорошо, — раздражилась Айви. — Я иду спать. Милая беседа. Давай, Зара.

— Айви, — позвал Хейден и обнял ее. — Я знаю, что он тебе нравится, и он мой друг, но я здесь, когда тебе нужно поговорить. Мне обо всём.

— Я тоже здесь ради тебя, Хайден, — ответила она, обнимая его в ответ. Зара присоединилась к объятиям, и это выглядело так мило, что у меня случился FOMO.

— Могу я присоединиться к обниманию? — я спросил.

— Да!

— Точно нет.

Хейден пристально посмотрел на меня, когда я присоединился к его объятиям.

14

АЙВИ

— Это было нехорошо, лепесток, — глубокий голос Эйдена пронесся по моему уху, его тело прижалось к моей спине. Я захныкала, его острое лицо смотрело на меня сквозь отражение в зеркале. — Дразнила меня вот так. В этом откровенном платье.

Я кивнула, слишком смущенная и взволнованная, чтобы что-либо сказать. Как я могла? Он бросился на меня, когда я примеряла платье, схватил меня за горло и запер нас обоих в тесноте примерочной.

— Эйден, — выдохнула я. — А что, если нас кто-нибудь найдет?

Когда я сказала ему, что собираюсь купить платье на свадьбу Зары и Хейден, я не думала, что он захочет пойти со мной за платьем. Должно быть, у него была важная работа, но он предложил пойти с ним, сказав, что это еще один повод увидеть меня одетой в разную одежду, а затем развернуть меня от нее, как будто я была его личным подарком.

Эйден отстранился, развернув меня. Он не отпускал меня. Нет, он снимал темно-синий галстук, который был на нем. Мои ноги сжались, возбуждение вытекало из меня. Меня охватило предвкушение, потому что я знала, что будет дальше. После свиданий, продолжавшихся больше месяца (несмотря на нытье моего брата, который думал, что мы не будем встречаться больше недели), я знала, что Эйден любит, когда дело касается физической активности.

— Руки, лепесток, — сказал он твердым голосом, а темные глаза сверкали, как у хищника, поймавшего свою жертву.

Проглотив комок в горле, я протянула к нему запястья. Наклонившись, он поцеловал мягкую внутреннюю часть, прежде чем обернуть их галстуком и завязать узлом. Я извивалась, чрезвычайно возбужденная, зная, что он будет дразнить меня и скоро вознаградит.

Его большая рука обхватила мою щеку. — Если ты не хочешь, чтобы тебя поймали, тогда тебе придется вести себя тихо, лепесток. Ты будешь молчать, не так ли? — он промурлыкал мне на ухо, пальцы моих ног сжались.

Я кивнула, глядя на него. Задыхаясь, я задержала дыхание, когда он обхватил рукой мое горло и поднял бровь. Свет из раздевалки отбрасывал тень на его лицо, придавая ему суровый вид.

— Д-да, Эйден. Я буду молчать, — произнесла я, зная, что он хочет, чтобы я это сказала. Согласилась на это.

— Хорошая девочка. Теперь повернись.

Я последовала его команде, затаив дыхание, когда он держал руку на моем затылке. Я смотрела на его отражение в зеркале, наблюдая, как он дергает короткое платье, едва прикрывающее мою задницу. Я покраснела и отвела взгляд, когда он поднял его до моей талии, обнажая перед ним мою наготу.

Подпрыгнув, я попыталась заглушить свой визг, когда он меня отшлепал. — Я вижу твою мокрую пизду, когда ты наклоняешься, лепесток. Это то, что ты хотела надеть на свадьбу брата, а?

Со мной определенно было что-то не так, потому что меня возбудили его резкие слова, его гнев.

— Нет, — сказала я. — Я просто хотела подразнить тебя.

Эйден встретился со мной взглядом через зеркало и слегка улыбнулся, потирая рукой ожог на моей заднице. — Я знаю, лепесток. Ты маленькая девочка, которую я люблю приручать, — сказал он, опустив руку на мою мокрую киску и слегка похлопав её, заставив меня ахнуть.

— Раздвинь ноги.

Я так и сделала, пытаясь опереться на зеркало связанными руками. Но он держал меня, его твердая рука — на моей шее, а другая — на моем бедре. Он никогда не позволил бы мне упасть. Я доверяла ему.

Я не была готова, когда Эйден расстегнул молнию и одним мощным толчком скользнул внутрь меня. Я застонала, его рука зажала мне рот, когда он вздохнул мне на шею, передняя часть его рубашки прижалась к моей спине.

— Молчи, непослушная девочка, — прошептал он. — Не хочешь, чтобы тебя поймали, да?

Я покачала головой, его рука на моем рту опустилась и обхватила мое горло, заставляя меня посмотреть в зеркало, когда он откинулся назад и врезался в меня. Я закусила губу, чтобы заглушить стоны, но это было уже слишком. Мне пришлось прикусить кулак связанной руки, чтобы сдержать стоны и хныканье, когда Эйден трахал меня до потери сознания.

Влажные шлепки наших тел эхом разносились по тесной гримерке, зеркало дребезжало вместе с нами. Эйден стиснул челюсти, прижимая мою щеку к зеркалу, удерживая руками мои бедра и двигаясь быстрее. Я вздрогнула, мои ноги дрожали от давления освобождения.

— Еще нет, — прошипел он, шлепая меня по заднице и напоминая, кто несет ответственность за мой оргазм. — Клянусь Богом, Айви, если ты кончишь прямо сейчас, я кончу в тебя и вот так провожу тебя до парковки. Без нижнего белья.

— Нет, — захныкала я, сжимаясь вокруг него от его грязных слов.

Он цокнул, замедляя ритм, когда его рука опустилась к моему клитору, потирая меня, пока я извивалась и скулила. — Такая грязная девочка, которую это возбуждает. Ты хочешь уйти вот так, лепесток? Когда моя сперма стекает по твоему бедру, да?

Я не могла ответить. Кровь прилила к моим щекам, грудь болела, а внутри кипело удовольствие, когда Эйден продолжал меня дразнить. Держал меня на грани. Играет со мной своими словами.

— Не будь злым, — сказала я со слезами на глазах. — Дай мне кончить, Эйден.

Он трахнул меня, снова отшлёпал и прошептал: — Но я тебе нравлюсь, лепесток.

Я кивнула. Мне нравится.

— Будь хорошей девочкой и попроси меня заставить тебя кончить, — сказал он, не двигаясь внутри меня. Растягивал меня и смотрел, как я извиваюсь вокруг его обхвата.

— Пожалуйста, заставь меня кончить, Эйден. Пожалуйста, мне… мне очень нужно кончить, — выпалила я. — Я сделаю все, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

— Всё, хм?

Я кивнула, не заботясь о своих словах.

— Тебе и мне будет очень весело на свадьбе твоего брата, лепесток, — сказал он, дьявольская улыбка заиграла