Гарем для препода - Дэйв Блоуджоб

— Как там твое преподавание? Не выгнали тебя? Студенток отчпокал? — спросил Макс.

— Отчпокал, — Дэн помрачнел, — С этими студентками сплошные проблемы.

— Ладно, потом расскажешь! — Макс был на редкость воодушевлен. Послезавтра прилетаю. Встречать не надо. Чао!

Дэн не сразу ответил на прощание Макса. Он погрузился в воспоминания о веселых беззаботных деньках, проведенных с Алисой.

Длинные гудки вывели его из забытья.

— Надо же было все профукать! — Дэн в сердцах бросил телефон на пол.

Он постоял, с минуту посмотрел на него, поднял и набрал чей-то номер.

* * *

А в этот момент в нескольких кварталах от Дэна, Семочка продумывал операцию века по соблазнению. Он назвал ее «Алисина киса». Нет, сегодня в это дивное утро он никак не мог попасть впросак. Алиса еще до конца не переехала к Семочке, ночуя то на старой квартире, то в квартире с Семой, но в разных с них комнатах. Его это раздражало, но он никак не мог подступиться к Алисе, все время подгадывая момент, чтобы действовать наверняка.

Еще вчерашним вечером он отправил маму к дяде Абраму. Несмотря на глубокие патетические вздохи мамы, что, мол, нехорошо работать по субботам, он заставил ее собрать чемодан и проверил, что она положила в него комплект сменного белья. Затем он выпроводил ее на автовокзал, забрав у нее ключи. Обезопасив себя от неделикатного вторжения, он стал продумывать операцию дальше.

На ум ему пришла только «Буря в пустыне» от армии США и «Сонный горностай» от «Горячих голов». Так ничего и не придумав в субботу, он просто подрочил и лег спать.

В воскресенье, так за ночь ничего и не выдумав, он сбегал в цветочный, купил лепестков роз. Купил также аромасвечей для атмосферы, вина для настроения и кондомов (12 штук большого размера) для удовольствия.

Дома он рассыпал жухлые лепестки на кровати, сварганил пару лебедей из полотенец и нарисовал мелком от тараканов магический круг вокруг кровати. Ну чисто Хома Брут! Но вместо помершей панночки он хотел-таки видеть Алису. Засунув вино в холодильник, и посмотрев на часы, он увидел, что часы показывают 11, до вечера еще далеко, а приготовления уже закончены. Вздохнув, он позвонил маме, а потом засел за конспекты. До встречи с Алисой оставалось 7 часов.

* * *

Смеркалось. Сема и Алиса встретились у шаурмячной. Сема был с розой во рту, а в двух руках у него были две шавухи, с курицей и говядиной. Алиса поняла, что сегодня она будет сыта и обласкана. Он не был героем ее романа, но ее сердечко было разбито, а плоть бушевала.

С удовольствием понюхав розочку, от которой почему-то несло мясом, она погрузила ровные зубки в нежный бочок немудреного блюда.

— Ммм. Мечта студента. Мне нравится это место. Спасибо, Сема, знаешь, как сделать девушке приятное, — нараспев сказала Алиса.

Сема зарделся.

— Пойдем гулять. Кавалер, дай мне руку.

Семочка пода локоток Алисе и стал увлекать ее по направлению к своему дому.

* * *

Вера приняла очередную корзину цветов у курьера.

— Так, визиточка, что тут у нас? «От Д. для А.» — прочитала Вера. — Ну что за пошлость!

Она без сожаления порвала визитку и на листке обычной бумаге написала — «Любимой А. от С.».

— Хе-хе, — потерла руки Вера, выглядевшая в эту секунду, как Шапокляк без шляпы, — всю грязную работу за него делаю.

Оставив корзину в прихожей, Вера прошла в ванную, разделась и сделала несколько нюдсов. Получился целый фотосет — грудь, попа и киска. Последняя получилась самой чарующей, за лепестками розочки таилась неизвестность.

— Ему понравится, — промурлыкала Вера и отправила фотографии Дэну.

* * *

После пятой кружки чая на кухне Семочка наконец-то набрался смелости и поцеловал Алису. Так родился их робкий и нерешительный поцелуй… в щечку. В последний момент Алиса попросту увернулась и влажные губы Семы оставили липкий след на ее щеке.

— Алиса, — заныл Семочка, — ну что не так? Почему отворачиваешься?

— Сема, я так быстро не могу, я должна к тебе привыкнуть.

— Дорогая, посмотри на лебедей, которых я для тебя сделал. По-моему, они прекрасны.

Алиса не вполне понимала, что прекрасного может быть в серого цвета лебедях, сделанных из застиранных полотенец, однако пошла за Семой в его комнату.

В старательно убранной комнате среди алых лепестков роз, благоухающих почему-то «Красной Москвой» из серванта Розы Борисовны, Семочка осмелел настолько, что стал лапать Алису.

— Ты такая, ммм, классная, — он послюнявил ушко Алисы.

Его руки тем временем залезли под кофточку Алисы и начали щупать ее налитую грудь.

Ее передернуло.

— Будто две змеи, — подумала Алиса, а вслух сказала, — давай лучше я сама.

Она сняла кофточку и легла навзничь.

Семочка, словно голодный дембель, взгромоздился на Алису и стал засасывать ее.

Внезапно в дверь постучали. «Словно бросили спасительный круг», — подумала Алиса.

— Тук! Тук! Тук!

— Кого там несет? — подумал Сема и засунул язык в Алисин рот.

В дверь стали бить сильнее, похоже ногами.

Семен решил во что бы то ни стало закончить начатое, одной рукой сдергивая Алисин лифчик, другой расстегивая ее джинсы.

— Ой вэй, — заголосил кто-то на площадке, — о, горе мне!

Семочка расчехлился сам и достал презерватив из пачки. По его расчетам, у него оставалось полминуты на весь процесс соития.

В двери заскрежетал ключ.

Поняв, что коитус не удался и презерватив потрачен напрасно, Сема упал на спину рядом с Алисой и обиженно засопел.

— Семочка, я дома, — Роза Борисовна горделиво несла свой живот впереди своего носа, шествуя по квартире, — А, Алиса, тоже здесь, как приятно! А я вам вкусненького принесла!

Сема от злости заскрежетал зубами. Казалось, что хуцпа [особый вид смелости] его мамы — непробиваема.

— Мама, зачем таки ви пришли? — Семочка внезапно заголосил фальцетом, — Я же отправил вас к родственникам!

— Да чтоб их клопы закусали! Я хочу спать в своей кровати, а не на антресолях, как у дяди Абрама, — Роза Борисовна словно не понимала, что сломала кайф своему сыночку. — Я взяла все, что было вкусного у них в доме и принесла нам. Форшмак, кстати, очень вкусный….

Алиса чуть не подавилась со смеху.

Засмеялся и Сема, который отнюдь не был лишен чувства юмора. Он достал телефон, сфотал полуобнаженную Алису и решил, что вечером подрочит на ее фото.

Успокоив свою душу и сердце, он встал, отряхнулся и протянул руку Алисе:

— Пойдем на кухню, будем делать из тебя еврейку!

Глава 27

Дэн проснулся