Смотри сердцем. Ясновидящая для Генерала - Карина Родионова

князя занимал высокий молодой мужчина. Кажется, княжич. Особо в хозяев дома я пока не всматривалась, оценивая обстановку в целом, расположение стульев, дверей и окон, привычно проверяя возможные запасные выходы, опасные места и прочее. Удобство внутреннего зрения было еще в том, что никто не видит того, куда я смотрю и как я всматриваюсь в окружающие предметы и людей, что было бы весьма подозрительно для скромной монашки, постоянно погруженной в общение с Богом и молитвы.

Мы с Инессой (она по-прежнему впереди, я чуть сзади) подошли к князю с княгиней, присели в реверансах. Мажордом объявил баронессу, мельком упомянув также и меня: “Баронесса Инесса Ярославская с компаньонкой”. Вот так, без имени, просто компаньонка. Впрочем, меня такое малозаметное положение более чем устраивало. Вроде как в центре событий, но не слишком на виду.

Оценив общую обстановку, я стала рассматривать уже княжескую семью. Представительное семейство держалось с большим достоинством. Князь, уже немолодой мужчина лет под шестьдесят, высокий с приятными чертами лица, седина на висках выдает его солидный возраст.

Княгиня была хороша. Небольшие лучики морщинок у глаз лишь придавали ей очарования, указывая на мудрость, приходящую с возрастом. Невысокая, стройная с мягкой улыбкой, она создавала приятное впечатление. Княгиня Августа была иностранкой – дочь какого-то руандского подданного, родственника короля Руандии, она вышла замуж за князя в весьма юном возрасте. Брак был договорной, но, судя по всему, отношения между князем и княгиней были теплые. Имя сыну также дала княгиня с согласия князя, поэтому у княжича было столь необычное для Витании имя.

Я перевела свой внутренний взор на княжича и оторопела. На меня смотрели серые глаза господина Хама. И его мягкая обаятельная улыбка была направлена на Инессу и разговаривающего с ней князя. Я мысленно встряхнулась – вот же влипла! Теперь понятно его высокомерное отношение к заблудившейся во дворце незнакомой девице в простеньком платье.

После короткого разговора и обмена любезностями Инесса пошла усаживаться на указанное ей распорядителем место за столом, а я последовала за ней. Почему-то взгляд этого княжича Инвара выбил меня из колеи. Неправильно это, непрофессионально! Надавав себе мысленных оплеух, я приступила к ужину, продолжая исподволь внимательно следить за окружающими.

Помимо княжеского семейства на ужине присутствовало еще человек десять. Не считая прислуги и телохранителей, конечно. В том числе, нам представили графа Пинского, двоюродного брата князя, который руководил службой безопасности при императоре. Будучи весьма весомой личностью на уровне государства, граф внешне выглядел весьма скромно и неброско. Присутствовал также советник князя – полный мужчина лет пятидесяти, барон Гилберг. Его сопровождала дочь лет семнадцати. Девушка была одета ярко, броско и достаточно роскошно. В этом они с Инессой друг друга стоили. По количеству украшений обе девицы могли соперничать с новогодней ёлкой. Милана при этом еще и обладала довольно аппетитными формами и старательно их подчеркивала с помощью покроя платья.

Присутствовал на званом ужине также родной брат князя – граф Сергей Вяземский. Он был существенно моложе князя, лет на десять. Импозантный мужчина с довольно липким взглядом. С ним были его жена, худощавая женщина с недовольным и каким-то даже брезгливым выражением лица, и сын – молодой человек лет 18. Жена графа сидела ровная, как палка, на вид была чопорной и надменной. Парень больше похож на мать, в нем даже близко не было обаяния его отца, худой, какой-то весь нескладный и прыщавый.

Особой угрозы своей клиентке я не замечала, но ее еду на всякий случай незаметно проверяла тоненьким простеньким кольцом-артефактом на предмет ядов и прочей гадости. Инесса на мои манипуляции внимания не обращала, как и на меня в целом. Не замечали меня и другие присутствующие на обеде лица. Они лишь взглянули на меня, когда мы только вошли, немного удивились такому выбору компаньонки невесты княжича и тут же про меня забыли. Мне это было только на руку.

Девицы в виде Инессы и Миланы активно и довольно шумно общались, привлекая к себе много внимания. Инесса восхищалась убранством дворца и прилегающих территорий, Милана рассказывала о недавнем посещении выставки картин в одном из выставочных залов дворца. Княжич старательно улыбался обеим и щедро отвешивал им комплименты. В-общем, все шло как обычно – скучно и неинтересно.

Вдруг я почувствовала, что кто-то меня внимательно рассматривает. Не меняя положения головы, не производя никаких видимых движений, я просканировала обедающих и поняла, что на меня сейчас пристально смотрит сын князя. Что-то заподозрил? Я продолжала неторопливо ковыряться в своей тарелке с салатом, изображая из себя примерную прихожанку, строго соблюдающую пост, потом положила вилку, сложила перед грудью ладони и начала шептать молитву одними губами. Княжич поморщился недовольно и отвел взгляд.

По окончании ужина гости были приглашены в зал, где приглашенная прима из оперного театра порадует их арией из новой оперы, а я, скромно поклонившись клиентке, сказала ей, что вынуждена откланяться, поскольку мой обет не позволяет мне присутствовать на увеселительных мероприятиях. Оставив Инессу под присмотром телохранителей, я удалилась в наши покои. У меня было несколько часов свободы, которыми я планировала воспользоваться.

Глава 20

Инвар

Инвар отбывал повинность. Именно так он воспринимал присутствие на этом ужине. Первое время он изучал невесту, но очень быстро ему это наскучило. Такая же, как и все девицы, вешающиеся на него на приемах во дворце родителей. Да, красивая. Но какая-то… пустая, что ли. Все те же жеманные манеры, тот же роскошный, максимально открытый наряд. Как же его все это достало!

Насмотревшись в достаточной мере на будущую жену, княжич решил сменить объект изучения, переключившись на что-нибудь не столь приторное и взглянул на ее соседку. Слепая девушка, которую он несколько часов назад застал в библиотеке, его сразу заинтересовала, но тогда у него не было времени и возможности более пристально разглядеть ее, а теперь, делая вид, что смотрит на свою невесту, княжич рассматривал необычную гостью.

Серое, наглухо закрытое и даже слегка мешковатое платье было не в состоянии скрыть ладную стройную фигурку. Не астенически хрупкую, а скорее подтянутую. Создавалось впечатление, что под платьем не кожа, да кости, а крепкое и сильное молодое тело. Скромный пучок темных волос без каких бы то ни было украшений несколько раздражал: хотелось распустить его, выпустив волосы волнами на плечи девушки, зарыться в них пальцами. Но больше всего раздражала повязка на глазах, которая не позволяла получить представление о том, что из себя представляет гостья. Не видя глаз, их выражения, взгляда девушки, он не