Наследница Ордена - Анна Этери

— Что не будешь?

— Пить твою кровь не буду.

Краешки его губ дрогнули в улыбке.

— Я и не предлагаю.

Демон бы побрал этого проклятого демона!

— Чего ты тогда хочешь? — Почувствовала приливший к щекам жар.

— Обезвредить частицы хаоса, если они попали в твою рану.

— А если нет?

— Моя кровь безвредна.

Я сглотнула. Как можно верить демону? Но он не столкнул меня с крыши, не уронил по дороге… и много еще чего не сделал, хотя мог. Вдруг он говорит правду? И хаос меня убьет. Или сделает одержимой. Не знаю, что хуже. А демон… он спасет… Не об этом ли было видение?

Тяжелые темные капли упали на мою руку и жадно впитались.

Демон нахмурился.

— Что-то не так? — спросила я.

Он покачал головой.

— Нет, всё хорошо.

* * *

Массивные дворцовые двери открывали провал в звездную ночь, благоухающую ароматами цветов и зелени. Большой холл с белыми колонами и фонтаном посередине освещался тусклыми светильниками.

Отца сопровождали ловчие в синих наглухо застегнутых формах. Его личная стража. Лицо генерала Роина сегодня казалось особенно напряженным. Кровавая роза на груди приковывала внимание, и я невольно глядела на неё, чтобы не встречаться глазами с отцом.

— Что ты забыла в городе? — проговорил он с интонацией извлекаемой из ножен стали.

Присутствовал и Корнелиус, погрузивший нос в отчеты. От каких дел я отвлекла отца, что он направился на мои поиски, прихватив секретаря? Срочных, очень срочных.

— Ходила за пирожными.

— Что? Не слышу.

— За пирожными! В кофейню!

— Интересно. Сколько надо съесть пирожных, чтобы вернуться ночью?

Опустила глаза в пол. Не рассказывать же, что демон взгромоздил меня на часовую башню, откуда пришлось спускаться и возвращаться пешком во дворец, проделав не самый короткий путь.

Пандемония, правда, предложил доставить обратно с ветерком, но… Жаль, у него нет рогов — с удовольствием бы пообломала! Ничего. С ним разделаюсь позже.

Порез на руке болел. Сделал ли темный, что обещал, избавил ли от заражения хаосом? Понять невозможно. Интересно, что сказал бы отец о лечении кровью демона? Или о нападении странных детей? Наверное, ничего. Просто запер бы в комнате, пока не станет безопасно. То есть — до конца жизни.

— Ив, есть что сказать? — спросил Роин, не удовлетворившись моим молчанием.

— Я сопровождал Триллиан. С ней бы ничего не случилось.

Конечно бы не случилось… Во время нападения детей хаоса он спокойно подпирал стенку, а потом пронес над городом — от страха чуть не умерла. Прекрасно провела день. В полной безопасности.

Сжав зубы, постаралась не прожечь в демоне дыру и поспешно отвела взгляд, чтобы отец не заметил.

Генерал кивнул, будто мои жалкие оправдания не шли ни в какое сравнение с заверениями темного. Отец снова играет в игру «доверяй демону» или вправду считает меня беспечной и легкомысленной? Ну да, «ходила за пирожными» звучит не так же здравомысляще, как «пыталась достать пароль, чтобы взломать файл на Пандемония». Хотя теперь сомневаюсь, что это не также глупо. А то и еще глупее. Если отец узнает… А что, собственно, он тогда сделает? Закроет в комнате?

— Где Дарен?

Этот вопрос заставил всё нутро перевернуться. Зная нрав охотника — сносит дома в городе, ища… не меня… демона. Чтобы заставить его пожалеть обо всём, что плохого он сотворил в своей досрочно заканчивающейся жизни.

Скрип дверей, тронутых нечаянным ветерком, и в проёме показалась невысокая фигура. Ещё до того, как она вышла на свет, я знала, кто это, и внутренне сжалась.

В руке он тащил… чью-то голову?.. нет, всего лишь коробку с пирожными, изрядно помятую и потрепанную.

Я выдохнула. Какие надо иметь нервы, чтобы всё воспринимать как должное?

Коробка опустилась на край фонтана.

— Дарен… А мы тут как раз подумали: где же пирожные? — с удивлением услышала я свой голос.

Отец хмыкнул. Пандемония едва заметно шевельнулся. А ловчие остались неподвижными истуканами.

Дернув за ленту, отец снял крышку, обнажив нутро коробки. Я с любопытством заглянула. Буро-серая масса с вкраплениями красного представляла загадочное зрелище, даже отдаленно не напоминающее исходные изделия.

— Что это? — поинтересовался отец.

У меня язык не повернулся сказать, что это ему подарок. Откуп за прогулку в город.

— Корнелиус, — подозвал отец.

Секретарь спешно подошёл к предлагаемому объекту для исследования. Оглядел так и этак. Понюхал. Затем сунул палец в серую массу и облизнул его.

— Это пирожные, — объявил Корнелиус с бесстрастным видом.

— Значит, ты действительно была в кофейне, — заключил отец. — Что там произошло?

— Ничего, — пожала плечами. Ну да, демон подломил ножку стула, и Дарен грохнулся на пол. Но это же ничего? Неясно, зачем темный вообще так сделал? Вряд ли ему хотелось познать гнев охотника.

— Ничего, — в раздумье повторил отец. — Откуда же на твоём мраморном лобике след от ботинка?

Я открыла рот, собираясь сказать… А что, собственно, сказать? Какой еще след?

Вот демоны! Тот ребенок!

— Дарен, — отвлек генерал охотника от созерцания Пандемония; он отвел от демона тяжёлый взгляд, будто до этого предавался фантазиям, как пластик за пластиком сдирает с него кожу. — Завтра жду от тебя подробный отчёт. Сегодня уже поздно. Глэн, — окликнул отец одного из ловчих — юношу с золотистыми волосами и холодным взглядом палача. — Проводи Триллиан до её покоев. И проследи, чтобы она никуда не выходила из своих комнат, пока я её не навещу.

Глэн вышел вперед. На поясе ловчего висел энергетический кнут. Не активированный. Он положил на него руку, затянутую в чёрную перчатку. Ждёт, что я последую указанию генерала? Похоже, выбора не остаётся. Но что значит «пока я её не навещу»? Меня всё-таки запрут?

— Я составлю им компанию, — подал голос Дарен.

Отец кивнул.

С радостью покинула генерала и его свиту. Удача, что отец дальше не допытывался. Напишет ли Дарен о встрече с детьми хаоса — дело другое. А рассказывать всё самой… лучше в комнате посижу. Пандемония за нами не пошёл — и это тоже плюс. Ещё бы Дарен по дороге потерялся.

Поднимаясь по лестнице, мы с охотником как бы случайно оказались позади ловчего.

— Что произошло? — зашептал Дарен, удерживая меня за локоть. — Где ты пропадала вместе с проклятым демоном?

— На крыше. Наслаждалась красотой города.

— Издеваешься?

— Говорю правду.

— Жаль. Попытайся он открутить тебе голову — было бы о чём писать в отчёте.

— А разве не о чем?

— Хочешь, чтобы… о детях?

— Дело твоё. Меня не касается.

— Неужели? — насмешливо приподнял бровь Дарен.

— Представь себе.

— Значит, никакого поощрения, если я вдруг забуду значительный