Том, Дик и Дебби Харри - Джессика Адамс

— Передайте Ричарду: у Берил опять глисты.

— Обязательно, — пообещала Сара.

Женщина повесила трубку.

Бред какой-то. Что-то ей подсказывало, что ничего другого от жизни в Комптоне ожидать и не приходится.

Сара изучила последнюю страницу «Вестника Комптона» в поиске других предложений. Единственное, что удалось отыскать, — это объявление агентства эскорт — услуг, приглашающее очаровательных девушек для вечерних развлечений. Вздохнув, она швырнула газету на кухонный стол и вернулась в гостиную к телевизору, где по-прежнему рекламировалась овечья микстура. Сара попробовала представить, каково было Бронте, когда та вышла замуж за Ричарда и переехала из Мельбурна в Комптон. Неужто она смирилась с двумя телевизионными каналами, одной газетой и крошечным «Букинистом»? Все, что Сара знала о Бронте, свидетельствовало об обратном — но, может, она хотя бы вела себя, как положено образцовой жене? Сара замерла в ожидании укола ревности, но его не последовало. Любопытство — и только.

Бронте тоже думала о Саре. До поездки в Комптон оставалось всего несколько дней, и ей вовсе не хотелось накручивать себя мыслями о Ричарде и его жене, но те немногочисленные сведения о Саре, которые удалось добыть — блондинистая англичанка тридцати лет, — невольно разбередили все ее комплексы.

Интересно, Ричард с Сарой тоже из постели не вылезают? После их свадьбы, по крайней мере, так оно и было во время свадебного путешествия Ричард прямо-таки запер ее в спальне. Они поехали на Бали — вполне в стиле восьмидесятых, с улыбкой подумала Бронте, — и каждый раз, когда горничная пыталась у них прибраться, Ричард орал, чтобы она выметалась.

Воспоминания, как ни странно, не доставляли боли. Бронте давно смирилась с противоречивостью их брака — еще за много лет до официального развода. Их чувства оказались не более чем юношеским увлечением. Просто слишком много лет потребовалось, чтобы понять: они абсолютно разные люди.

Пристроившись на кушетке с чашкой чая, Бронте от нечего делать гадала, куда он повезет Сару. По телефону Ричард сказал, что они решили отложить свадебное путешествие до окончания новогодних праздников.

«Если он повезет ее в Париж или Рим, я его убью», — подумала Бронте, отхлебывая чай.

Она понимала, что глупо злиться на Сару. Ричард с ней счастлив, а уж счастья-то он заслуживает. Он ведь хороший человек, это брак довел их обоих до озверения. Бронте вспомнила, как однажды на Рождество Ричард выскочил из дому, хлопнув дверью, а она накачалась каким-то дерьмом из запасов Гарри и рыдала над кухонной раковиной под музыку, чтобы соседи не услышали.

Отогнав тягостные воспоминания, она подумала о Гарри. Ричард упомянул, что братец отличился на свадьбе, но подробностей рассказывать не стал. Больше всего в Ричарде ее раздражала именно эта черта — он никогда ничего не рассказывал. С тех пор как они поженились, он словно воды в рот набрал. Ну и ладно, подумала Бронте, у женушки его потом выспрошу.

Она мысленно представила себе два оставшихся дня. Завтра на работе ей предстоит последняя летучка по поводу бананового буклета, а послезавтра Ураганная Сьюзен постучится в дверь ее кабинета и потребует очередных идей для следующего выпуска. Бронте решила предложить историю о призраках, но тут же отмела эту мысль. Ни к чему лишний раз об этом думать. Она вспомнила мелькнувший в коридоре белый хвост. Как тогда ни старалась себя убедить, что это был только обман зрения, ничего не выходило. Тем более писать об этом нельзя.

Спустя пару дней Бронте уже спешила в аэропорт с небольшой дорожной сумкой. Магазин в зоне вылета был забит совершенно ненужными ей вещами, вроде надувных подушек под шею или пушистых рюкзачков в виде мишек — коал. Тем не менее она умудрилась убить целых двадцать минут до посадки, топчась у витрины с шоколадными батончиками «Марс».

Бронте вдруг вспомнила, что не взяла ничего почитать. Она пробежалась глазами по полкам, но разглядела лишь уже прочитанную книжку про Гарри Поттера и бесконечные пособия по Интернету. Интернет Бронте ненавидела.

— А про привидения у вас что-нибудь есть? — спросила она продавщицу, которая стояла, небрежно облокотившись о прилавок.

— Привидения… — Девица задумалась. — Стивен Кинг.

— Нет, я имею в виду — о настоящих привидениях.

Девушка протянула ей книгу с радугой на обложке. Ну почему, раз про эзотерику, значит, обязательно надо лепить здоровенную радугу? Название было ужасное — «Твой дух, твоя душа, твое я». Но хуже всего было имя автора — Мунго Хайд — Винклер.

Бронте перелистала писанину человека по имени Мунго Хайд — Винклер. Глава четвертая называлась «Потусторонние контакты». Понятно, это мы уже проходили. Объявили о начале посадки.

— Сойдет, — торопливо сказала она и все же прихватила батончик «Марса».

Откинувшись в кресле, Бронте запихнула книжку в карман переднего сиденья, где уже лежали бесплатный журнал и глянцевые открытки, на которых гривастые человечки скользили по надувным трапам.

Демонстрация техники безопасности — сплошной идиотизм, решила для себя Бронте. Как там — голову в колени, стюардесса на голову? И вообще, если сейчас еще раз скажут, что ручную кладь нужно размещать в багажном отделении или под собственным креслом, придется сумку в морду им швырнуть.

Лора заказала ей место у окна, и Бронте была ей за это крайне признательна. Выглянув из-за крыла, можно было разглядеть пролив Басса. Пересадка в Мельбурне прошла на редкость мирно. Ее соседка, непрерывно жующая чесночный хлеб, проследила за взглядом Бронте и с опаской посмотрела вниз.

— Хотите апельсиновый сок? — предложила она.

Бронте вежливо улыбнулась.

— Даже кушать от волнения не могу, — продолжала та. — Еще разобьемся.

— Не бойтесь, в Австралии самолеты не разбиваются, — беззаботно ответила Бронте, мечтая, чтобы та либо заткнулась, либо надела марлевую повязку.

— Правда?

— Клянусь.

Внезапно что-то громко хлопнуло, самолет дернулся, и Бронте швырнуло вперед.

— Ремень! — крикнула чесночная.

— Что?! — Бронте была на грани паники.

— Пристегните ремень.

Но прежде чем соседка успела присоветовать что-то еще, Бронте снова швырнуло вперед — на этот раз ей удалось ухватиться за карман переднего сиденья, чтобы удержаться. В динамиках раздался голос стюардессы:

— Дамы и господа, мы находимся в зоне небольшой турбулентности. Обратите внимание на горящие табло «Пристегните ремни».

Ее заглушил чудовищный грохот, словно рухнула тележка, нагруженная расфасованными обедами и пакетами апельсинового сока.

Бронте быстро пристегнулась. Чесноком смердело уже нещадно — видимо, дама не только потеряла аппетит, но и вспотела от страха.

— Пустяки, — подбодрила ее Бронте дрожащим голосом, но в окно выглянуть не решилась — и так ясно, что они над морем и до ближайшей суши как минимум полчаса лету.