Королева на всю голову - Ольга Дашкова

— Не переживай, — отвечаю, стараясь казаться беззаботной. — Я буду паинькой. Выкопаю, почищу, буду тихо сидеть, как примерная деревенская девочка.

Он хмыкает, но взгляда не отводит. И тут я замечаю, как его глаза скользят по моей фигуре — быстро, почти незаметно, но я ловлю этот взгляд. От груди к талии, к бедрам… И тут же отводит глаза, как будто обжегся.

Интересно.

— Ладно, — бормочет он, направляясь к машине. — Я уехал.

Двигатель рычит, джип исчезает за поворотом, оставляя за собой облако пыли. А я стою на веранде и чувствую, как внутри разливается странное тепло.

Он на меня смотрел.

Не просто смотрел. Он… разглядывал.

И от этой мысли у меня внутри все переворачивается. Что со мной не так? Почему от одного взгляда этого лесного дикаря я краснею, как школьница?

Потому что он не дикарь, Каро. Он… он какой-то особенный.

Качаю головой, отгоняя глупые мысли. Это просто реакция на стресс. На все эти приключения, на смену обстановки. Ничего больше.

Но сначала — картошка. Быстро накопаю, почищу, а потом… потом у меня будет целых несколько часов свободного времени.

Беру ведро и лопату, бодро шагаю за дом, оглядываю посадки. Интересно, а что из этого картошка? Нет, как она выглядит, я знаю, и то, что растет в земле, тоже, но вот как отличить ее по другим приметам — не знаю.

Через несколько минут раздумий я решила, что картошка подождет, потом с ней справлюсь.

Нужно уделить время для себя, пока солнышко ярко светит.

Бросаю ведро и лопату, иду в свой дворец, к чемодану, роюсь в вещах. Красный купальник — слишком вызывающий. Голубой — слишком скромный. Черный… нет, в черном я буду выглядеть как вдова.

Красный. Определенно красный. Раздельный, с завязками на талии и лифом, который подчеркивает все мои достоинства. Если уж отдыхать, то по-королевски.

Переодеваюсь, смотрю на себя в зеркальце. Да, вот это уже больше похоже на Каролину Саркисян. Загорелая, стройная, с формами в нужных местах. Нахожу солнцезащитный крем, беру вчерашнее полотенце, что осталось после бани, и направляюсь к озеру.

Берег песчаный, вода прозрачная, как слеза. Расстилаю полотенце на траве, устраиваюсь поудобнее и начинаю намазываться кремом.

— Красота, — говорю я себе, оглядывая пейзаж. — Лазурный Берег нервно курит в стороне.

И тут появляется Валера. Конечно. Куда же без него. Петух подходит ближе, с любопытством смотрит на меня, а потом начинает важно расхаживать вокруг моего импровизированного пляжа.

— Валера, — предупреждаю я его, — я на отдыхе. Не мешай. И даже не думай клеиться ко мне, иди к подружкам.

Валера издает что-то вроде кудахтанья и отходит подальше. Хоть кто-то понимает, что такое личные границы.

Ложусь на полотенце, закрываю глаза и подставляю лицо солнцу. Тишина, покой, никто не дает мне заданий, не смеется над моими попытками быть полезной…

Блаженство.

И тут в моей голове всплывает образ Богдана. Как он смотрел на меня перед уходом. Как играли мышцы на его руках, когда он поднимал ружье. Как смягчился его голос, когда он сказал: «Береги себя»…

Каро, прекрати. Он просто… он просто мужчина. Обычный мужчина.

Но в Богдане нет ничего обычного. В том, как он двигается — уверенно, как хищник. В том, как он смотрит — прямо, без недомолвок. В том, как его присутствие заполняет собой все пространство…

Я переворачиваюсь на живот, пытаясь выбросить эти мысли из головы. Я здесь, чтобы отдохнуть, а не размышлять о загадочном лесном отшельнике и о том, как от его взгляда учащается мой пульс.

Солнце пригревает спину, с озера доносится легкий плеск волн, где-то в лесу поют птицы. И впервые за последние дни я чувствую себя по-настоящему спокойно.

И к черту картошку, подождет.

Глава 16 Богдан

Черт возьми.

Стою за деревом, как последний идиот, и пялюсь на нее. На Каролину. На эту чертову принцессу, которая лежит у моего озера в красном купальнике и выглядит так, будто позирует для обложки журнала.

Лукьянов, ты окончательно спятил.

Четыре часа. Четыре чертовых часа я бродил по лесу с ружьем, думая о ней. О том, как она утром стояла в дверях домика в той короткой футболке. О том, как вчера она плакала на кухне, а я стирал пену с ее лица. О ее губах, которые дрожали, когда она пыталась сдержать всхлипы.

И что в итоге? Три зайца упущены, кабан ушел целым и невредимым, а я возвращаюсь домой с пустыми руками. Хренов охотник. Дед бы меня засмеял.

А она… она лежит на солнце, как богиня. Кожа золотистая, ноги длинные. Красный купальник облегает каждый изгиб, подчеркивает талию, грудь…

Господи, какая грудь.

Она переворачивается на живот, и я чуть не роняю ружье. Попка упругая, идеально округлая, лямки купальника завязаны на спине бантиком, который так и хочется развязать зубами…

Стоп! Немедленно остановись!

Трясу головой, пытаясь выбросить эти образы из головы. Что со мной творится? Я же не пятнадцатилетний подросток, который пялится на девиц в интернете. Я взрослый мужчина, который контролирует свои инстинкты.

Контролирует, говоришь?

Тогда почему джинсы стали тесными? Почему сердце колотится, как после десятикилометрового кросса? Почему хочется подойти к ней, лечь рядом и…

Еб…ь.

Ослабляю ворот рубашки, мне стало жарко. Не от солнца — от мыслей об этой девчонке. От воспоминаний о том, как приоткрылись ее губы, когда я убирал пену с ее щеки. Как дрожали ее ресницы. Как пахла ее кожа — чем-то сладким, цветочным, совсем не похожим на запах леса и озера.

Давно у меня не было женщины, вот и все.

Да, точно. Просто организм напоминает о естественных потребностях. Когда я в последний раз занимался сексом? Полгода назад? Больше?

После Светки я