Как завоевать девушку - Сара Нэй

Тем временем официант принес напитки: пиво для меня и коктейль для нее. Не договариваясь, мы подняли стаканы так, словно решили произнести тост.

– Вы когда-нибудь менялись местами, чтобы обмануть людей?

Э-э, прямо сейчас.

– Да, я всегда был плох в математике и других точных науках, поэтому иногда Др… то есть он ходил на занятия вместо меня.

Учителя никогда не различали нас, даже тогда, в восьмом классе, когда я ходил с маллетом[8]. Кстати, сейчас эта прическа возвращается в моду, поэтому не осуждайте, я был ребенком. Уже тогда я знал, что к чему.

– И вы все играете в футбол?

Я кивнул.

– Как это возможно?

– Из-за отца – полагаю, долгое время мы все хотели быть как он, – ответил я, пожимая плечами.

По большей части это правда. Будучи детьми, мы не могли знать, каким ужасным мужем он был для мамы: изменял и вел вторую жизнь за ее спиной. Никто из нас не понимал, что она часто плакала из-за неверности папы и из-за того, что она узнавала обо всем этом из таблоидов. Мы думали, так ведут себя все девочки – много плачут.

– Отец умер, когда мы учились в средней школе, поэтому Дюк взял ответственность за нашу семью на себя. Он уже собирался в колледж, а Даллас учился в старших классах. В тот момент футбол помогал отвлечься, поэтому мы им занимались.

У Дейзи слегка задрожала нижняя губа.

– Мне так жаль.

– Все в порядке. Кажется, с тех пор прошла целая вечность.

Это было сложное время: он не просто умер, но и оставил после себя побочный ущерб, к которому никто из нас не был готов. Из ниоткуда появлялись какие-то женщины, которые заявляли, что у них есть ребенок от нашего отца, при этом не предъявляя никаких доказательств. Они охотились за наследством, которое отец оставил нам и маме. Для СМИ же, напротив, наступило золотое время – они и через несколько недель после его смерти продолжали вытаскивать на свет всю эту грязь. Мама не могла даже оплакать его в одиночестве. Ужасный период.

Именно поэтому я не хотел связывать себя обязательствами с какой-либо девушкой – меня приводило в ужас, что я мог закончить так же, как отец. Нерационально? Возможно. Но и обоснованно.

Конечно, Дюку удалось, и Даллас последовал его примеру: оба старших брата состоят в моногамных отношениях и не изменяют. Надеюсь, они говорят правду. Два ярких примера, чтобы стереть образ, созданный отцом, но… Все же. Все эти «а что, если» перевешивают. Интересно, кто в моем возрасте всерьез размышляет о браке и детях? Я даже не знаю, что буду есть сегодня, когда голодный приду домой. О каком планировании будущего может идти речь? Черт, дайте мне сперва разобраться с карьерой после выпуска!

Все это угнетает. Быть легендой кампуса – классно, но вместе с этим ты получаешь проклятие Колтеров, спасибо нашему отцу…

– Эй? Земля вызывает Дрю.

Дейзи слегка толкнула меня ногой под столом.

– Черт, прости.

– Все в порядке. – Она наклонила свое хорошенькое личико, и солнечный свет, проникающий через окно, осветил ее кожу. – О чем ты думал?

Я снова пожал плечами:

– Внезапно мысли начали блуждать. Вспоминал об отце, наверное.

Ничего хорошего в этом нет, кстати, никаких радостных мыслей.

Она медленно кивнула:

– Думаю, порой то, что сделали или, наоборот, не сделали наши родители, влияет на нас больше, чем кажется.

Я хмыкнул:

– Правда?

– Да. Тот факт, что мои родители влюбились друг в друга в колледже и состояли в безупречных отношениях, серьезно подпортил мне личную жизнь.

– Это как?

Мне сложно представить, как безупречные отношения могли что-то испортить.

– Ну, это спровоцировало нереалистичные ожидания. Раньше я постоянно сравнивала парней со своим отцом, а это несправедливо. Да и не работает, – посмеялась она. – Я знаю, что со мной никогда не случится ничего подобного, потому что это история любви родителей, не моя.

– Откуда ты знаешь, что они не ругаются?

Она пожала плечами:

– Я никогда не слышала, чтобы они ругались.

– Только потому, что ты никогда этого не слышала, не значит, что этого не происходит за закрытыми дверями или когда тебя нет рядом.

– Ты прав, пожалуй.

– Люди ругаются, спорят. Невозможно всегда быть идеальными.

Даже тогда, когда все хорошо. Черт, Дюк и его девушка Поузи постоянно ругались и спорили, когда познакомились. Это был не флирт, а сексуальное напряжение вперемешку с раздражением и злостью. Они терпеть не могли друг друга, и если подумать, то у Далласа и Райан было так же. Теперь понимаете, о чем я? Проклятье Колтеров существует. Женщины терпеть нас не могут. Понятия не имею почему, ведь мы такие очаровательные.

– Фух! – Дейзи облегченно вздохнула, когда появился официант и поставил две тарелки с луковыми кольцами и крылышками в центр стола. Через минуту он вернулся с салфетками и чесночным соусом для закусок.

– Итак, предлагаю сменить тему, – сказала Дейзи, погружая гигантское кольцо в соус. – Когда в последний раз ты с кем-то встречался? В смысле, у тебя есть время на свидания? Ты выглядишь довольно занятым парнем.

– Конечно, у меня есть время для свиданий, иначе стал бы я с тобой болтать в дейтинг-приложении?

Глава 16

Дейзи

Однажды я попыталась сексуально расстегнуть его ширинку зубами. Но мои брекеты зацепились за молнию, и я застряла на добрых десять минут.

– Конечно у меня есть время для свиданий, иначе стал бы я с тобой болтать в дейтинг-приложении?

Его южный акцент разбудил бабочек в моем животе. Я откусила еще кусочек от масляного лукового колечка, которое взяла, чтобы чем-то занять руки.

– Ну, многие переписываются просто от скуки.

Я в этом уверена, потому что сама грешу подобным – открываю и закрываю рандомные приложения. Удаляю их, скачиваю, снова удаляю.

– Я – нет.

Мой взгляд продолжал блуждать по его красивому лицу, отмечая детали, на которые я не обращала внимания раньше. Например, небольшой шрамик над бровью.

Я аккуратно показала на него мизинцем и спросила:

– Откуда он?

Дрю поднял руку и прикоснулся к нему:

– Получил, когда Дерек Спиннер зарядил мне своим костлявым локтем в начальной школе, когда я ходил на детский футбол.

– Ты помнишь, как это произошло?

– Черт возьми, да. Трудно забыть момент, когда тебе накладывают швы в больнице. – Он громко рассмеялся. – Все двенадцать раз.

– Двенадцать раз! – Я умудрилась выговорить это, несмотря на то что рот был набит курицей. Кажется, я почти забыла, что мы здесь для