Срывая маски - Сандра Мэй

Ничего удивительного, что я заорала в голос.

Он неожиданно подошел сзади и спросил насмешливым и скрипучим голосом:

— Что-то потеряли, молодые люди? Или стараетесь найти?

Я спряталась за Ника, а Ник был совершенно спокоен. Впрочем, ему нечего было опасаться — старикашка не мог представлять угрозы для такого громилы, как мой английский полицейский.

Ник слегка кивнул в знак приветствия и негромко сказал:

— Мой добрый знакомый Карло Моретти рассказывал мне об этом маяке и его хранителе, папаше Ги. Я решил показать это место моей… невесте.

Я была слишком занята своими восторгами по поводу последнего слова, произнесенного Ником, и потому не сразу заметила, что старикашка смотрит на меня пронзительным и строгим взглядом. А потом он вскричал:

— Так-так-так! Значит, сопливая девица с разбитыми коленками выросла и называется невестой? Надо же, а в те годы, когда я ее знал, она вряд ли кому-то приглянулась бы. Удивительно была соплива, удивительно!

И тогда я поняла, что передо мной мсье Гийом. И если тогда ему было лет сто пятьдесят, то сейчас всего лет на пятнадцать больше. И еще я поняла, что уж эту ночь мы с Ником точно проведем в безопасности.

Провести-то мы ее провели, только вот по отдельности. Сразу после ужина, который я проглотила, не жуя, Ник со стариком Гийомом отправились на воздух и разговаривали там до тех пор, пока не стемнело. Потом они вернулись — но только для того, чтобы выдать мне грубый рыбацкий свитер, шерстяные носки и одеяло, после чего меня отправили спать, точно ту самую сопливую девчонку. Я лежала на жесткой койке и лелеяла планы отмщения.

Сейчас пойду и подслушаю, а когда они соизволят посвятить меня в свои планы, презрительно скажу: «Подумаешь! Даже младенец догадается, что надо делать!». С этими мыслями я на секундочку прикрыла глаза — и провалилась в темноту сна.

Ник сбросил камушек с обрыва и задумчиво уставился в стремительно темнеющую синеву неба. Где-то там, в той стороне, Англия, лорд Джадсон Кокер Младший, Манчестер, полицейский участок… Прошлая жизнь.

Смотритель маяка раскурил неимоверно вонючую трубку и уселся на большой плоский валун, предварительно постелив на него кусок войлока.

— Старый Карло остался романтиком. Контрабандисты! Все осталось в прошлом.

Ник усмехнулся, не глядя на старика.

— Возможно. Наверное, мы в Англии всей страной остались в романтиках, потому что у нас контрабандистов полно.

— Да? И что везут?

— Всякое. Пиво, сигареты, орехи. Иногда порнуху.

— Надо же. Столько лет — а ассортимент прежний.

— Да уж. Вот что, мастер Ги, я ведь знаю, чего вы темните. Я из полиции, потому вы мне и не доверяете. Поверьте, мне нет дела до того, что везут с той стороны на эту, минуя таможню, равно как и в обратном направлении. Я на таможне не служу.

— Это, конечно, да, но ведь, сам понимаешь, ежели полиция…

— Я вам больше скажу. У меня вообще есть серьезные сомнения в том, что я еще служу в полиции. Уж больно неудачно все получилось.

Объясняться с начальством мне придется еще очень долго.

— Бюрократы!

— Есть немного. Но это мои трудности, и из них я выберусь сам. А вот Аманда…

— Как выросла! Настоящая красавица, вылитая мать.

— Вы знали ее мать?

— А как же? Во-первых, ее тогда, почитай, пол-Франции знало. Без страховки под куполом, такой номер тогда и в больших цирках мало кто делал. Во-вторых, я ведь с Карло и его оболтусами знаком почти полвека. Оболтусы, ясное дело, менялись, но мысль моя понятна.

— Понятна. Так вы поможете Аманде?

— Хитрый английский коп! Слушай меня, сынок. Моторки у меня нет, катера тоже, и это сильно осложняет вашу задачу. Вернее, твою.

Потому что на веслах придется идти тебе.

— До Дувра?

— Не язви, не время. Слушай. Паром отходит из Кале в десять утра. Идет он с достаточно приличной скоростью — это одна сторона треугольника. Расстояние от Мон-Реми до порта Кале — другая сторона. Тебе придется плыть по гипотенузе, которая всегда длиннее.

— Я не был силен в математике, но это помню.

— Таможня находится не на берегу, как думают многие. Она подплывает на большом пограничном катере уже в море, когда никто не может сойти с парома. Час с лишним идет досмотр, еще минут сорок — заполнение деклараций. Считай, в полдень паром в открытом море.

Нужно прибавить еще несколько километров, потому как на море далеко все видно, тут кустов нет, а уж после этого догонять паром и подниматься на борт. — Если это так просто, почему бы всем так не делать?

— Я не сказал, что это просто, мой юный друг. Я обрисовал техническую, так сказать, сторону. Насчет простоты: тебе придется грести минимум восемь километров, причем не по тихой речушке, а по морю. Это тяжело. Кроме того, тебе нужно не сбиться с курса — этим займется девочка, я ей все объясню. Далее: вам надо догнать паром, причалить к нему и убедить капитана, что вас нужно взять с собой. Я бы рекомендовал глубокий обморок.

— Что?

— Не твой, конечно. Амандин. Шлюпка посреди моря, в ней прелестная девушка, бездыханная, рядом — безутешный и обезумевший от горя мужчина. Это будешь ты.

— Мастер Ги, план шикарный, но ничего не выйдет. Наверняка у капитана есть ориентировки, в особенности на прелестную девушку.

— Да? Да, ты прав. Что ж, как ни жаль, но придется использовать старые связи. Значит, так: подплываешь к парому, просишь позвать Анри Лебена. Передаешь ему привет от папаши Ги.

— И?

— И все. Да, девочка в это время прячется на дне шлюпки. Ей придется пролежать там, пока шлюпку не поднимут на тали.

— А почему…

— Многие знания — многие скорби. Так сказано в Библии, и у меня нет оснований ей не верить. Анри Лебен — это помощник капитана.

Достаточно?

— В принципе… Во сколько мы отплываем?

— Вот это разговор! В пять надо встать, в шесть отплыть. Еще надо научить девочку обращаться с компасом. Так что — отбой.

Ник задумчиво кивнул, но сразу в дом не ушел, и старик Ги видел, как широкоплечий, кряжистый мужчина сделал несколько резких круговых махов руками, а потом неожиданно легко согнулся пополам, присел и распрямился в высоком прыжке.

Никто, кроме самого Ника, не знал, чего ему стоили эти движения. Тело сорокалетнего мужчины, давно забросившего занятия спортом, отчаянно сопротивлялось даже этим небольшим нагрузкам, а уж что предстояло вынести этому телу завтра, Ник старался не думать.

Раз надо — он все равно доплывет. Тем более что рядом будет Аманда.